Майкл Гир - Люди Волка

— Ну так сотвори сам для себя Сон… И охоться в нем, пока…

— Охоться во Сне… Великий Мамонт! Да пойми же ты, ты нам нужен! Нам нужна твоя Сила!

— Я вам больше не нужен.

— Нужен! Вороний Ловчий пришел тоже с Силой… С Белой Шкурой.

— В конце концов это не имеет значения. Издающий Клич вдруг замолчал, и в душе его возникло синее пятнышко. Пятнышко росло и постепенно заполнило всю душу. Отчаяние его стало полным, безнадежным, всеобъемлющим.

Упавшим голосом он произнес:

— Для спирали — может быть. Не знаю. — И он ушел, тяжело ступая по снегу.

— Для спирали, — повторил Волчий Сновидец, наблюдая нечто внутри иллюзорного мира, чуя зов Волка. — Паутина, вьющаяся спиралью. Да…

Он улыбнулся во тьму и с благодарностью посмотрел на черные сморщенные грибы, еще оставшиеся на краю расстеленной шкуры. Встав на ноги, он, как в тумане, пошел вперед. Разноцветные души деревьев и зверей окружали его — и каждая жила своей собственной жизнью в этом диковинном царстве.

Время сомкнулось вокруг него. Каждый шаг был путешествием в иной мир. Он словно смотрел на все через слоистую льдину. Образы сменяли друг друга, линии изгибались, предметы каждое мгновение меняли очертания. Перед ним голубовато-зеленой стеной вставал Народ. Страх, тревога, гнев — все это смешалось в странный сполох цветов, будто это Дети-Чудища сражались в зимнем небе или солнечные лучи прорывались сквозь туман, распадаясь на цвета спектра.

Он вошел в их ряды, его душа смешалась с их душами, и он ощутил странное беспокойство. Все в ярких красках, даже пламя поднимается над углями красным и желтым столбом. Люди разделились на две группы, и в наконечниках их копий мерцает Вещая Сила. Их души раздираются между красновато-оранжевым гневом и лиловато-зеленым страхом. Души их рвались из тел — и люди не в силах были совладать с ними.

Среди них стоял Вороний Ловчий — черное пятно, изнутри горящее желтовато-красным пламенем, которое рассекала зеленая струя — струя самодовольства и властолюбия. Мышцы воинов были напряжены: они сжимали копья, готовясь метнуть их друг в друга.

— Если вы сейчас начнете сражаться, вы разорвете спираль, — тихо, обращаясь словно не к ним, а к их душам, произнес он. — Тогда нам не выжить.

Они замерли на месте и уставились на него. Белое пламя любопытства смягчило болезненно-яркие цвета их душ. Все они были растеряны, кроме Пляшущей Лисы и еще одного человека. Кроме…

Волчий Сновидец подошел к нему.

— Вот мы с тобой и встретились, — произнес он, заметив белую лисью накидку на плечах своего старого знакомца. — Приветствую тебя, отец.

Человек кивнул. Он полон Силы, душа его сильна и тверда — дух и плоть в этом человеке друг друга не перевешивают и не мешают друг другу.

— Волчий Сновидец…

— Убейте их! — раздался голос Вороньего Ловчего. — Я — будущее Народа. Вас предают. Вам грозит гибель от рук Других! У меня — Сила Белой Шкуры. Я — сын Отца Солнца… Я пришел, чтобы вести вас…

— Ты мой сын, — произнес Ледяной Огонь голосом, не допускающим возражений.

Волчий Сновидец улыбнулся, видя, как играет струя белого света в груди его отца.

— Зачем ты обманул меня? — закричал Вороний Ловчий.

— Чтобы спасти тебя, — вздохнул Ледяной Огонь. — Я предоставил суд над тобой Белой Шкуре. То, что ты сделал, ты сделал над собой сам. Твоя душа…

— Могуча! — прошипел Вороний Ловчий.

— Твоя душа — сплошная тьма, брат, — печально сказал Волчий Сновидец. — Ты не человек в полной мере. В сущности, у тебя уже нет души.

— Замолчи! Что ты знаешь о душах, о Снах! А я видел, видел будущее, мое и Пляшущей Лисы. Мое дитя поведет Народ к югу, к…

— Ты не видел своего будущего, — прошептал Волчий Сновидец. — Ты видел только обрывки будущего твоего отца.

Ледяной Огонь нахмурился и удивленно поглядел на него:

— Моего? Что же это…

— Нет, моего! — закричал Вороний Ловчий, ударив кулаком по Белой Шкуре.

Воины Других в страхе и гневе кинулись на него.

Волчий Сновидец, склонив голову, смотрел, как пламя танцует новый танец, которому, казалось, не будет конца. Его мысли уносились вдаль. Образы из видений Цапли вставали в его сознании. Он видел земляные курганы, растущие по берегам большой илистой реки. Видел каменные чумы в пять ярусов, с острыми, разрезающими воздух углами. Другие чумы, длинные, из древесной коры, окружали поля, поросшие какой-то травой с длинными листьями и желтыми зернами. Народ давил их, и они отдавали ему свою жизнь.

Прошли охотники, длиннорукие люди с копьями в руках, словно они собрались охотиться на бизонов. Когда солнце высушивало равнину, женщины срезали чудесную траву и колотили палками ее семена. Проползло на брюхе огромное тонкое создание с клыкастой головой и длинным хвостом. А дальше к югу люди строили каменные горы — и Отец Солнце, в перьях и чешуе, спускался на землю.

— Мы в силах все исправить, — прервал видения голос Ледяного Огня. — Исправить… исправить… Волчий Сновидец кивнул:

— Да. То, что разделилось, вновь должно стать Единым.

— Позволь мне помочь тебе, — предложил Ледяной Огонь, подойдя к Волчьему Сновидцу поближе.

Сквозь дрожащий туман Волчий Сновидец увидел, как Почтенный Старейшина Других остановился. Протянув руку, он коснулся груди своего отца — в том месте, откуда струился белый свет. Это согрело его, пронзило все его тело лучами гармонии. Прежде чем он понял, что происходит, Ледяной Огонь обнял его и прижал к груди.

— Сын мой, — прошептал он. — Все, что ты делал, — во благо Народу.

Волчий Сновидец поглядел на Пляшущую Лису. Она стояла в стороне, но он заметил, с какой нежностью глядит она на Ледяного Огня. И вдруг он широко раскрыл глаза от удивления: в животе у нее светилось крохотное белоснежное пятнышко.

— Сын за сына, — вздохнул Волчий Сновидец. — Теперь я все понял, Цапля.

66

Волчий Сновидец вместе со своим отцом плыл в лучах Единства, забыв про тот неподлинный мир, что окружал его. И вдруг сквозь эти видения донесся голос Вороньего Ловчего:

— Итак, олененок лег рядом с медведем! Смотрите, воины! Это — конец Народа!

Гул враждебных голосов разорвал тишину. Опомнившись, Волчий Сновидец отстранился от Ледяного Огня, Цепь видений прервалась. Он поглядел на брата. Тот стоял расправив плечи, угрожающе выпятив грудь и попирая ногами труп старика.

— Ты убил Бизонью Спину, — тихо сказал Волчий Сновидец.

Вороний Ловчий рассмеялся:

— И тебя тоже убью. А надо было сделать это много лет назад.

Волчий Сновидец шагнул вперед. Пляшущая Лиса попыталась удержать его:

— Не делай этого! Он не стоит…

Он улыбнулся ей и нежно коснулся рукой ее лона, в котором зрела новая жизнь. Она вспыхнула, но не отвела его руки, вопросительно посмотрев на него.