Ксавье де Монтепен - Владетель Мессиака. Двоеженец

Говоря это, Купидон уселся в кресло, скрестил ноги и обмахивался то своим платком, то шляпой.

— Когда ты молчишь, — сказал Рысь, как бы любуясь дружком, — ты, действительно, недурен… надо отдать тебе в этом справедливость.

Рысь небрежно развалился в кресле напротив Купидона и прибавил:

— А я-то? Кажется, говоря беспристрастно, у меня тоже внушительный вид?

— Дивный! Несравненный! — ответил Купидон. — Если бы маркизы и герцогини увидали тебя, то, я уверен, ты сразу поразил бы их всех!

Во время этого разговора в приемную вошли Филипп Орлеанский и де Тианж.

— Что это значит? Чудаки вы этакие! — воскликнул последний при виде небрежных поз, принятых мошенниками.

Рысь и Купидон вскочили, совершенно сконфузившись, и ответили:

— Извините, маркиз, тысячу раз просим извинения!

— Спрашивайте их, — тихо сказал маркизу регент.

— Ну, Жак Обри, — произнес де Тианж, — какие известия? Отыскали ли вы девицу де Сен-Жильду?

— Нет еще, господин маркиз, — ответил Рысь.

Лицо регента приняло грустное выражение.

— Однако неделю тому назад вы были так уверены в успехе! — возразил маркиз. — Невозможное для вас не существовало! Ваши уверения и обещания, стало быть, были ложны?

— Никак нет, господин маркиз! Я сделал все, что только было возможно.

— А между прочим, вы ничего не нашли?

— Я не говорил вам этого.

Луч надежды блеснул в глазах Филиппа.

— Так объяснитесь же! — воскликнул де Тианж. — Что же вы открыли?

— Одну очень важную вещь, которая нам стоила много труда и издержек… Мы узнали наверное, что после смерти графини де Сен-Жильды дочь ее оставила Варен и направилась в Париж, где оставалась недолго; отсюда же она уехала в дилижансе в Орлеан.

— А потом?

— Пока что это все, что я знаю.

— Немного же!…

— Напротив, очень много, господин маркиз! Во-первых, это доказывает нам, что девушка жива.

— Да это мы знали и прежде… надо было тотчас же отправиться в Орлеан…

— Во-первых, — возразил Рысь, — хорошо еще, что наши первые попытки увенчались успехом… а то в Орлеане надо было бы снова начать поиски, которые мы делали в Париже, рыскать всюду и расспрашивать у всех… Все это стоит денег… а вы понимаете, господин маркиз, что мы не в состоянии много тратить! — прибавил бандит, хлопая по своим карманам.

— Вам, стало быть, нужны деньги? — спросил де Тианж.

— Да, и много! — подтвердил Купидон.

— Вам дадут их… Вот бумага на пять тысяч ливров… Надеюсь, этой суммы с вас будет достаточно!… Как только вы нападете на след, то известите меня немедленно.

— Слушаю, господин маркиз!

— Употребите все ваши силы и надейтесь на вознаграждение.

— Эти вещи не забываются… постараемся исполнить ваше приказание!

Де Тианж позвонил. Вошел лакей.

— Вас проведут сейчас к казначею: там вы получите деньги, — продолжал маркиз, — ступайте!…

Оба вора вышли в сопровождении лакея.

— Что думаете вы, ваше высочество, о том, что мы сейчас слышали? — спросил маркиз, оставшись наедине с регентом.

— Увы! — грустно ответил Филипп. — Не знаю отчего, но я более не рассчитываю на этих плутов… Предчувствие говорит, что они нас обманывают и не найдут Диану. Теперь я твердо верю только в познания Виолы Рени и надеюсь на нее…

Глава XIX

ДЕ САЛЬЕ И ДИАНА

Пока Рысь и Купидон, сопровождаемые лакеем, шли к казначею, первый толкнул локтем второго и сказал ему на ухо:

— Пять тысяч ливров! А? Что скажешь на это?

— Это еще только задаток!

— У нас просто золотоносный рудник…

— Не считая еще Виолы Рени, которая нам также платит за поиски…

— Поищем подольше!

— Будем искать вечно!

Пять тысяч были тотчас же выданы Жаку Обри, и оба вора вышли на улицу.

В то время, как они подходили к дворцовым воротам, во двор въехала карета, в которой сидели вельможа и молодая дама в черном.

Рысь и Купидон остановились на минуту, чтобы взглянуть на них.

— Кажется, лицо этого господина мне знакомо, — промолвил Рысь.

— Мне самому думается, что я его где-то видел! — согласился Купидон.

— Скажите, почтеннейший, кто этот господин? — спросил Рысь у лакея.

— Маркиз де Салье, капитан гвардии…

«Друг виконта Геркулеса… Да, точно! Это он», — подумал Жак Обри и потом прибавил громко:

— А эта дама в трауре?

— Его жена… Он женился несколько дней тому назад, и маркиза де Салье в первый раз представляется сегодня вечером ко двору… А пока, вероятно, они будут у герцогини де Бронкас, которая живет здесь же…

— Благодарю вас, мой милый… У маркиза хороший вкус. Эта дамочка хорошенькая…

Рысь и Купидон с веселым настроением и полным кошельком отправились прямо в гостиницу «Белый Лебедь», к Виоле Рени, которая их уже ожидала.

Молодая женщина собиралась ехать в Пале-Рояль; на ней было платье огненного цвета, с длинным шлейфом, ее чудная шея и руки были открыты; она совсем готова была к отъезду, и ей только хотелось побыстрее узнать о результатах переговоров Рыси с де Тианжем.

— Ну, что! — спросила она. — Как обошлось дело?

— Отлично, сударыня! — ответил Рысь. — Известие, что девушка уехала в Орлеан, как вы приказали сказать, произвело должное действие…

— Дали ли вам опять какое-нибудь поручение?

— Да, ехать в Орлеан и продолжать поиски!

— Я советую вам то же, но в Париже, и для меня.

— Слушаю сударыня, желание ваше будет исполнено.

— Щедро ли вам заплатили?

— Нет! Скудно и даже очень.

— Я вас награжу по-королевски!

— А! Будем ждать, сударыня!

Рысь повернулся было к двери и хотел выйти, но вспомнил что-то и остановился.

— Еще слово, сударыня, — сказал он, — вы меня как-то спрашивали про маркиза де Салье…

— Да… ну, и что же? — поспешно спросила Виола.

— Так как вы едете сегодня вечером в Пале-Рояль, то вы его там увидите… с его женой.

— С женой… сказали вы! — воскликнула Виола. — С его женой! — повторила она.

— Ну да! Конечно!… Хорошенькая блондинка, очень еще молоденькая.

— Он женился!

— Несколько дней тому назад…

— Женился, нет, это невозможно!

— Мы сейчас видели маркизу… собственными глазами, Купидон и я. И сегодня вечером господин де Салье представляет ее регенту.

— Это сон! — прошептала Виола Рени.

Рысь и Купидон вышли из комнаты, а Жерар де Нойаль вошел в нее. Он заметил бледность и волнение молодой женщины.