Захватывающий XVIII век. Революционеры, авантюристы, развратники и пуритане. Эпоха, навсегда изменившая мир - Фрэнсис Вейнс

по одной мишени должны были одновременно стрелять как можно больше солдат в надежде, что хотя бы одна пуля действительно поразит врага. Тем временем индейцы, скрывающиеся от британцев за деревьями и в высокой траве, использовали винтовки – оружие, перезаряжать которое было дольше, чем мушкет, но которое стреляло намного точнее. Для британцев это сражение стало бойней.

Сотни британских солдат в панике бежали от преследовавших их индейцев с томагавками. Джордж Вашингтон докладывал губернатору Роберту Динвидди через неделю после поражения на Мононгахиле: «…наших вооруженных солдат обуяла такая паника, что они пришли в полное замешательство и перестали слушать приказы […] и бежали, как овцы от волков, бросив орудия, боеприпасы, провиант, обоз с вещами, одним словом, все досталось противнику». Генерал Брэддок во время обстрела получил серьезное ранение в легкое, от которого скончался через два дня. Англичане понесли огромные потери: как минимум 456 солдат были убиты. Еще четыре сотни тяжелораненых остались лежать на берегу Мононгахилы или поблизости, тщетно взывая о помощи. Паника, охватившая британских солдат, была столь велика, что, как позже выяснилось, почти 200 английских солдат пострадали от friendly fire[39].

Во время сражения Джордж Вашингтон, презрев смерть, бросился в бой и выжил чудом. Пули попали под седло и в подушку для седла, шляпа и полы мундира были продырявлены еще четырьмя пулями. Вашингтону пришлось быстро развеивать слухи о своей гибели. Например, в письме своему младшему брату Джону он писал: «Как я слышал, ходят слухи о моей смерти и о моих последних словах, [которые я произнес]. Пользуюсь случаем, чтобы опровергнуть первое и заверить тебя, что второго я еще не писал. […] У меня была поистине чудесная защита, потому что в мой мундир попало четыре пули, две мои лошади были ранены, и все же я уцелел, в то время как моих товарищей убивали одного за другим».

Битва за форт Дюкен еще больше усилила таинственный ореол вокруг Джорджа Вашингтона во время и после Американской революции. Его поражение и позорное убийство французского командующего Жумонвиля постепенно отошли на второй план. Один из индейских вождей, воевавших в этом сражении на стороне французов, уверенно рассказывал, как его воины продолжали стрелять в Джорджа Вашингтона, но ни одна пуля не смогла поразить его. Колонисты считали Джорджа Вашингтона untouchable[40] героем, едва ли не суррогатным королем Америки. Бенджамин Раш, политик, врач и член Континентального конгресса, а с весны 1777 года – главный врач американской армии, говорил, что «в Европе нет короля, который не был бы похож на камердинера рядом с Вашингтоном».

В сражении за форт Дюкен потери французов и индейцев составили всего лишь 30 убитых и 57 раненых. Британцы были полностью повержены, и Джордж Вашингтон позже признавался: «Да, это правда. Нас разгромила, причем с полным для нас позором, горстка людей, которая всего лишь хотела замедлить наше продвижение вперед [к форту Дюкен]».

Как ни странно, индейцы после этой победы оставили форт Дюкен всего на две сотни французских солдат, что делало его неожиданным подарком для британцев. У тех в свою очередь еще оставалась возможность использовать уцелевший арьергард, но возможность захватить форт Дюкен они упустили. Тому было несколько причин: смертельно раненный генерал Брэддок лежал в походном лазарете, британские офицеры просто не знали, что индейцы покинули форт, а подавляющее большинство британских солдат были потрясены видом товарищей, с которых индейцы сняли скальпы. На этот раз французам удалось удержать форт Дюкен в своих руках.

Отступление британцев превратилось для Вашингтона в настоящий кошмар, о котором у него остались очень тяжелые воспоминания: «Мертвые – умирающие – стоны – вопли – мольбы раненых о помощи всю дорогу… этого было бы достаточно, чтобы разбить сердце самого несгибаемого человека». Ходят слухи, что перед тем как испустить дух, генерал Брэддок пробормотал: «Кто бы мог подумать?» Позднее Бенджамин Франклин сухо отметил, что «Брэддок был чересчур самоуверенным».

Британский король Георг II отказался сдаваться и останавливаться. Конфликт тем временем распространился и на Европу: Франция, Англия, Пруссия и Австрия в бурной дипломатической карусели заключили новые политические союзы, которые заодно способствовали росту напряжения в британских колониях в Америке, Африке и Индии. Разразившаяся в 1756 году война длилась семь лет и навсегда изменила ход истории.

Расклад изменился

Во время войны в Северной Европе британцы судорожно продолжали борьбу за контроль над Северной Америкой. Семилетняя война, которая в Америке больше известна как Война с французами и индейцами, обошлась британской короне примерно в 18 миллионов фунтов стерлингов, причем большую их часть покрывали кредиты. Британский король рассчитывал на то, что его войскам в колониях будут рады, но он ошибался. Колонисты не слишком хорошо понимали действия британцев, больше того, считали их «политическим вмешательством» и согласились принять участие в войне лишь после гарантий от британского парламента в том, что все расходы, связанные с войной против Франции, будет нести Британское королевство. Со временем неприятие войны сменилось у колонистов патриотическими чувствами, и британская армия при их поддержке получила преимущество в Америке.

В октябре 1758 года британцы сумели заручиться поддержкой индейских вождей, пообещав оставить за ними их земли в долине Огайо, и это заметно приблизило победу. 23 ноября 1758 года форт Дюкен наконец перешел в руки британцев, открыв им путь в Канаду. Людовик XV с горечью осознал, что положение французов в Америке оставляет желать лучшего. Франсуа Иоаким Пьер де Берни, граф Лионский, министр иностранных дел, смотрел на то, как развиваются события, еще более пессимистично: «[У Франции] больше нет никакой торговли, а следовательно, нет ни денег, ни денежного оборота. У нас больше нет флота, поэтому мы больше не можем противостоять Англии. В нашем флоте больше нет матросов, а из-за отсутствия средств мы не можем позволить себе набрать новых. Что из этого следует? Полная потеря наших колоний».

Предающийся унынию министр был нужен Людовику XIV меньше всего, поэтому Берни отправили в отставку. На его место пришел герцог Этьен-Франсуа де Шуазель, исполненный политических амбиций сторонник жесткой политики, который, подобно бесстрашному льву, с новой энергией занялся войной с Америкой. Но время для реванша, о котором мечтал Шуазель, было упущено.

Британские силы, воюющие в Америке, закалились и сумели приспособиться к местным условиям. Они отказались от обмундирования из толстого сукна, бесполезных длинных сабель, тяжелых сапог и запыленных париков, которые, по словам британских солдат, превращали их в «армию деревянных машин». Многие британские солдаты по примеру индейцев стали ходить в мокасинах и носить за поясом