Лотосовый Терем - Тэн Пин

Юнь Цзяо закрыла глаза и снова кивнула.

— Вы даже готовы умереть за него, убить ради него — ведь даже если он и невиновен, но не мог объяснить, зачем вывозить тело, — ласково сказал Ли Ляньхуа, он всегда разговаривал с женщинами вежливо и мягко. — Вы его любите?

Юй Хунчжу и цзунчжэн Мин Чжу застыли с выражением крайнего изумления, а Юнь Цзяо тольео заплакала ещё горше и снова кивнула.

Ли Ляньхуа перевёл взгляд на цзунчжэна Мин Чжу и беспомощно улыбнулся.

— Скитаясь по цзянху, старшая дочь семьи Юй завела много друзей, и все они были драконами и фениксами* среди людей: цзунчжэн Мин Чжу — красивый и элегантный галантный мужчина, барышня Юнь — нежная, добродетельная и заботливая, но увы… они были слишком хороши… Градоначальник Юй в самом расцвете сил, госпожа Юй — несравненная красавица, боюсь, юной барышне, которой едва исполнилось восемнадцать, было не сравниться с ней. — Цзунчжэн Мин Чжу помертвел, Ли Ляньхуа помолчал. — Разобравшись в этих отношениях, я понял, как погибла Юй Цюшуан. Барышня Юй умерла от сильного удара “рассекающей ладонью” в нижнюю часть живота, как можно было нанести такой удар? Положение слишком низкое. Осмотрев здания Нефритового города, я обнаружил, что только к спальным покоям градоначальника ведёт цветочная галерея с оградой из белого нефрита, по левую сторону от неё пустое здание, а по правую — покои Юй Цюшуан… — В этот момент в его голосе появились странные нотки. — Забравшись на ограду, в окно справа она могла бы увидеть, что происходит в комнате, а тот, кто в комнате, обнаружив слежку, мог взмахнуть рукой и нанести ей удар в низ живота. Получив ранение и упав, вероятно, из-за потрясения она побежала не в том направлении и оказалась в пустых покоях… Она была воистине невезучей девушкой — забежав в эти покои, застала другую неожиданную сцену. Но из-за травмы у неё началось внутреннее кровотечение, и плача и обвиняя, она упала и умерла. Поэтому… кое-кто подумал, что она покончила с собой, не так ли? Вышесказанному нет никаких подтверждений, и всё это не более, чем безудержная фантазия Ли Ляньхуа, однако… — Он мягко обратился к цзунчжэну Мин Чжу: — Помните, о чём я спросил, когда давал вам поручение? Я спросил, можете ли вы разбить мешок с песком на расстоянии пяти чжанов*, а вы удивились, откуда я знаю. Расстояние от спальни градоначальника до ограды из белого нефрита как раз ровно пять чжанов, и если бы это сделала госпожа Юй… — Он бросил взгляд на разбитый в щепки стул из наньму. — Боюсь, она раскрошила бы даже кости.

Драконы и фениксы среди людей — т. е. выдающиеся люди

Чжан — китайская сажень, равна 3,33 метра; 5 чжанов — чуть больше 16,5 метров

Когда он договорил, в тронном зале Нефритового города воцарилась тишина.

Через некоторое время Хуа Жусюэ хлопнул рукой три раза. Цзунчжэн Мин Чжу попытался отрыть рот, Бу Чэнхай ударил его по точке немоты, и наконец он хрипло заговорил.

— Я не хотел убивать её, просто… просто… вы верно сказали, но, Небо и Земля свидетели, в тот день… я просто… случайно…

— Ли… Вы не можете винить его, я понимаю… — вдруг заговорила Юнь Цзяо. — Мулань с госпожой поженились больше двадцати лет назад, они… они не любят друг друга! Только ради Цюшуан они все эти годы сквозь зубы улыбались друг другу, притворяясь любящими супругами перед дочерью, и пусть Нефритовый город полон несметных богатств, их жизнь была хуже, чем у простых бедняков. Мулань… его так жалко… и госпожа… госпожа… что плохого в том, что она нашла мужчину, который её ценит?.. — По её щекам текли слёзы. — Неправильно лишь то, что мы все лгали Цюшуан, боясь, что она не вынесет этого, а в итоге мы все… общими усилиями… довели её до такого… Я не боюсь смерти, если нужно кого-то наказать, убейте меня, я не боюсь, но Мулань ни в чём не виноват.

— Юнь Цзяо. — Цзунчжэн Мин Чжу не ожидал от неё таких слов и задрожал всем телом. — Это я убил её, она… она залезла на ограду, чтобы сорвать цветок, и увидела в окне меня и Хунчжу, я даже не подумал… я ударил, не подумав, но клянусь, тогда я не знал, что это была она! Она упала с ограды и убежала в пустые покои, мы с Хунчжу оделись и вышли, но её уже не было. А когда я снова увидел её, сказали, что она умерла в Юаньчжоу, привезли её тело… я… я правда думал, что это призраки. Когда господин Ли начал расследовать, как она могла умереть в Юаньчжоу, я больше всех хотел знать правду…

— Когда она забежала в дом, я была с Муланем, — слабым голосом сказала Юнь Цзяо. — Она вломилась как безумная, и много всего наговорила нам, я… я не знала, как отвечать. Потом вдруг упала и умерла, мы с Муланем подумали, что задохнулась от ярости. Она с рождения была слабой, в детстве страдала одышкой. Она умерла на наших глазах, и мы перепугались. Хоть Мулань и богат, но всё принадлежит его жене, и если она узнает, что он виновен в смерти Цюшуан, да ещё сошёлся со мной за её спиной, то никогда его не простит. Так что нам пришлось придумать, как быть с телом Цюшуан. Мы с Муланем представления не имели о её отношениях с Мин Чжу. Возможно, она подумала, что я сражаюсь с ней за его внимание… и не знала о нас с Муланем. — Глазами, прозрачными как вода в осеннем пруду, она посмотрела на Ли Ляньхуа. — Господин Ли — страшный человек, вы словно видели всё собственными глазами. Я надела маску и спустилась с гор, нашла охранный отряд. Мулань спрятал тело в пустом сундуке, а остальные загрузил лично накопленными за много лет драгоценностями, и отправил всё это под видом продажи нефрита. Но сейчас лето, тело не могло лежать в сундуке слишком долго, поэтому я догнала их на постоялом дворе “Сяо-мянь”, притворилась призраком, чтобы напугались и открыли сундук. Чэн Юньхэ — честный человек, он ни на миг не усомнился. Дело успешно свалили на призраков. Мы с Муланем подумали, что так расследовать никто не будет, и всё закончится, — шёпотом закончила она, вытерла слёзы и замолчала.

— Мы с Мин Чжу никак не могли найти Цюшуан, и тут услышали, что в цзянху ходят слухи о призраках, — наконец заговорила Юй Хунчжу. — Господин