Юрий Никитин - О доблестном рыцаре Гае Гисборне

Ознакомительный фрагмент

Правда, в это же время в Нортумбрию вторглись норвежские викинги, они мгновенно захватили кусок Англии и основали собственное независимое королевство в Йорке. С огромным трудом англосаксы сумели разгромить скандинавских королей при Брунабурге, но через два года дублинский король Олаф I Гутфритссон занял Йорк и вторгся дальше в Англию. Ему уступили область Пяти Городов, спустя два года снова отвоевали ее, еще через два года новый король Йорка Олаф II Куаран привел огромное войско норвежцев в Англию, но нападение удалось отбить во многом благодаря тому, что впервые жители Пяти Городов, то есть Данелага, помогли англосаксам, и король Эдмунд сумел восстановить власть над Йорком…

В девятьсот сорок седьмом году викинги снова захватили Йорк, и так длилось несколько долгих лет кровавых ожесточенных сражений, когда Йорк переходил из рук в руки, но в пятьдесят четвертом Йорк и все Йоркское королевство вошло в состав Англии уже окончательно.

В дверь постучали, Гай сказал нетерпеливо:

— Открыто!

Вошел Хильд, в руках широкий поднос, ногой закрыл за собой дверь.

— Ваша милость, вам надо и поесть. Вы же не монах?

— Еще нет, — ответил Гай. — Вообще-то спасибо.

— Вообще-то пожалуйста, — откликнулся Хильд.

Он умело расставил по столу тарелки с мясом и сыром, в центре водрузил кувшин с вином, поставил две чаши и аккуратно нарезал хлеб. Гай потянул ноздрями ароматный запах, но не мог оторваться от красочного описания яростных битв, когда англы выдерживали свирепый натиск могучих викингов.

Хильд следил с сочувствием за муками сурового рыцаря, занятого таким непривычным занятием, тот добрался до четверти первого тома, а впереди еще двенадцать толстых книг, одна другой увесистее, наконец сказал тихонько:

— Ваша милость, я мог бы за хорошую выпивку рассказать вам все, что здесь написано, за один короткий вечер, если не будет пустовать моя кружка!

Гай посмотрел на него с недоверием.

— Ты в самом деле их все читал?

Хильд ухмыльнулся.

— Вам трудно поверить, но… читал. И кроме этих читал еще много. И хотя во многих знаниях много печали, сеньор, но я буду и дальше собирать крупицы мудрости в книгах.

— Вот как? Ну, если ты такой грамотный, тогда можешь сказать, что именно меня интересует?

Хильд широко улыбнулся.

— Легко.

— Что именно?

— Вовсе не описание подвигов, — ответил Хильд, — хотя вы именно про них и читаете. Кровавые битвы, славные победы, блеск мечей, героические речи… Да, это по-рыцарски, но вас сейчас интересует… или должно интересовать совсем другое.

— Ну-ну, что же?

Хильд молча указал взглядом на свою огромную кружку. Гай покосился на нее мрачно, но негоже рыцарю прислуживать за монахом, тем более простым прислужником, громко хлопнул в ладоши.

Открылась дверь, в проеме вырос мрачный слуга, за его спиной снова мелькнул страж.

Гай велел коротко:

— Вина этому бегемоту. Вдоволь!

Глава 7

Слуга вздохнул и потащился к кувшину с таким видом, словно к ногам привязаны гири. Хильд дождался, когда кружка наполнится, сделал большой глоток, прислушался к ощущениям, довольно заулыбался.

— Хорошо, — сказал он и закатил глазки. — Я думал, угостите какой-либо кислой дрянью. А это хорошее вино, господское…

— Сам такое принес, — напомнил Гай сурово. — Давай рассказывай. И не шибко ври.

Хильд вздохнул, лицо посерьезнело.

— Ваша милость едет туда шерифом, а это значит, вас интересует, что такое шериф и в чем его обязанности. К тому же вы из Плимута…

— Я из Кардиффа, — напомнил Гай строго, уже сообразивший, что быть из Плимута — почему-то расписаться в полнейшей дикости.

Хильд отмахнулся.

— Да хоть из Ливерпуля, та еще дыра… В общем, как я уже сказал, в Ноттингеме совсем другая система права…

— В чем ее отличие? — спросил Гай.

— К примеру, — сказал Хильд, — вы хоть знаете, что такое суд присяжных?

Гай в недоумении покачал головой.

— Нет. Что это?

Послушник сказал с удовольствием:

— А его нигде больше нет, как в городах и землях Датского права! Двенадцать наиболее авторитетных тэнов уэпентейка решают сперва, виновен или нет, потом передают в суд обвиняемого и — главное! — участвуют в одобрении приговора. Или неодобрении. Это уникальная система…

Гай пробормотал озадаченно:

— Да… а как же суд сеньора?

Хильд отмахнулся с полнейшим пренебрежением.

— Это осталось только в диких землях.

— Это во всей Англии! — сообщил Гай мрачно.

— Я и говорю, — согласился Хильд. — Мы живем в диком мире, верно?.. По всей Англии крестьяне почти все зависимые, верно? А там почти все свободные. Сокмены! И фригольдеры.

— Сок… мены?

— Да, — сказал Хальд. — Сокмены. Но это для вас не важно, сэр…

Гай запротестовал:

— Мне это очень важно! Налоги тоже мне собирать, черт бы побрал эту унизительную обязанность! Так что там насчет сокменов?

Хильд сам налил себе в кружку, отпил, вытер рот рукавом и продолжил почти весело:

— Вы были в Уорикшире?

— Был, — ответил Гай настороженно. — А что?

— Видели там сокменов?

— Ни одного, — ответил Гай с недоумением. — А может, и видел, только это что? Вино такое? Или мясо под соусом?

— Даже слова такого не слышали?

— Н-нет…

Хильд покачал головой.

— Вот что получается, когда римские дороги зарастают лесом. Связи обрываются, люди живут в селе и думают, что одни-единственные на свете!..

Гай сказал с досадой:

— Ладно тебе! Я успел повидать кое-что, кроме своего села. Что это?

— То, — ответил Хильд победно, — чего здесь совсем нет, а вот совсем рядом, в Лестершире, — больше двух тысяч!.. Они, в отличие от здешних вилланов, все имеют полное право собственности на свои земли и могут распоряжаться ими по своему усмотрению. То ли пахать, то ли овец пасти, то ли вообще подарить или продать. Земли датского права из самых бедных в Англии после захвата их скандинавами стали самыми богатыми! Только скандинавы превратили пустоши и леса в пахотные земли и собирают огромные урожаи.

Гай протянул озадаченно:

— Спасибо… Пожалуй, это и есть самое важное, что узнал за сегодня. Там издалека вся Англия такая крохотная! А эта крохотулька, оказывается, еще какая, надо же, разная.

С документами вышла какая-то задержка, ему сообщили, что идет передача прав, а тем временем явился слуга и пригласил на ужин. Гай опасался, что придется вместе со слугами, а это оскорбление, хотя сам не видел в этом ничего зазорного, но тут важно, как другие оценят…