Китай в XX веке. От рисовых полей до атомной бомбы - Алекс Каплан

был Председатель в военных вопросах, остается предметом для споров и по сей день, однако за годы противостояния он накопил немалый опыт борьбы, который в совокупности с политической дальновидностью помогал ему правильно оценивать ход событий. На тот момент он знал слабые стороны своего врага и воспользовался ими. В армию Гоминьдана принудительно мобилизовали тех же крестьян, что каждый день добровольно пополняли ряды Народно-освободительной армии, и Мао Цзэдун развернул активную кампанию по политической работе с солдатами Чан Кайши. Взяв их в плен, коммунисты давали им денег на дорогу и отпускали домой – этот факт на фронте был хорошо известен. Однако в 1948 году красноармейские политработники сделали из своей давней военной традиции настоящий культ – вместо того, чтобы вести с противником ожесточенные сражения, подразделения НОАК занялись активной пропагандой. Комиссары убеждали гоминьдановских солдат возвращаться в родные деревни и ждать начала справедливого распределения земель, а не биться насмерть на поле брани со своими же собратьями. В рядах вражеских офицеров политработники выискивали слабые звенья – людей с левыми взглядами, – которых склоняли к переходу на свою сторону. Во второй половине 1948 года все больше гоминьдановских солдат числились среди пленных, в то время как списки погибших стали сокращаться, так как многие не просто сдавались, но вливались в ряды коммунистов. В вопросах крестьянской психологии, вне зависимости от принадлежности к тому или иному лагерю, Мао Цзэдун отлично разбирался. Он знал наверняка, что не следует упускать момент для оказания давления на и без того напуганных крестьян, которые с радостью променяют американское оружие на возможность мирной и сытой жизни. Со своей стороны Чан Кайши ничего не мог им предложить.

Коммунисты начали наступление на двух направлениях сразу же после разгрома сил Чан Кайши в Маньчжурии. На плечах отступающих националистов Народно-освободительная армия ворвалась на Северо-Китайскую равнину, устремившись к Пекину и Тяньцзиню. Одновременно началось наступление в центре страны. На севере националисты с трудом продержались полтора месяца, после чего их оборона рухнула. Четырнадцатого января 1949 года коммунисты подошли к Тяньцзиню и сразу же приступили к штурму. Один из крупнейших городов страны с гарнизоном в две полевые армии продержался чуть более суток – и сдался. В плен попали 130 тысяч солдат и офицеров. На очереди был Пекин, но никакого сражения за него не последовало. Командующий всеми гоминьдановскими войсками в регионе генерал Фу Цзои, находившийся в Пекине, перешел на сторону коммунистов с вверенным ему 250-тысячным гарнизоном. После завершения войны он занял пост министра водных ресурсов КНР, на котором трудился 25 лет. Тридцать первого января 1949 года в Пекин вошли части НОАК. На центральном участке фронта еще в начале января коммунистам удалось взять город Сюйчжоу, служивший важным железнодорожным узлом в регионе, а потому оборона гоминьдановских войск в центре страны также рухнула. Сдача в плен и переход на сторону коммунистов приняли массовый характер. Стремительный коллапс режима Чан Кайши в январе 1949 года ни для кого не стал неожиданностью: ни для коммунистов, ни для китайского народа, ни для американского правительства. Фундамент гоминьдановской власти Чан Кайши разрушил собственными руками. В канун 1949 года он выступил с предложением начать мирные переговоры, а затем внезапно объявил своим командующим в регионах: «Спасайтесь, как можете, переходите к партизанским методам борьбы». Американцы остановили военные поставки, но к этому моменту на подконтрольных Гоминьдану территориях царил полный хаос – после неудачной финансовой реформы 1948 года экономика лежала в руинах, а военные думали только о том, как бы побыстрее сбежать. Те, что придерживались левых взглядов, планировали перейти на сторону коммунистов, а сторонники правых идей надеялись покинуть Китай, прихватив с собой как можно больше награбленного имущества. В сложившейся обстановке было абсолютным безумием продолжать сопротивление – и Чан Кайши это отчетливо понимал, а потому решил разыграть последнюю – дипломатическую – карту. Он вступил с Мао Цзэдуном в очередные переговоры, надеясь на внешнюю помощь, которая оставалась неизменной – и США, и СССР желали завершить войну в Китае миром и коалиционным правительством. Приход к власти коммунистов в такой огромной стране грозил тектоническими сдвигами в геополитических процессах не только в Азии, но и во всем мире – чего опасались и Москва, и Вашингтон. Тревоги Сталина были связаны с личностью Мао Цзэдуна, в то время как президент Трумэн выступал против коммунистов в целом.

Двадцать первого января 1949 года Чан Кайши подал в отставку с поста президента Китайской республики. Положение на фронте стало отчаянным, и чтобы вынудить Мао Цзэдуна начать переговоры всерьез, требовалось прибегнуть к мерам, вызывающим у коммунистов доверие, – и отставка Чан Кайши с поста президента могла таковой считаться. Мао Цзэдун немедленно отдал приказ прекратить все наступательные действия. Переговорный процесс начался. Мао выдвинул восемь условий, которые для Гоминьдана означали отказ от власти в стране, хотя звучали они довольно демократично. Однако подвох заключался в том, что на тот момент настоящая демократия в Китае, облаченная в форму свободных выборов, принесла бы бесспорную победу коммунистам. Центральное правительство Гоминьдана в Нанкине всеми способами старалось затянуть переговорный процесс, точку в котором в апреле 1949 года поставил Мао Цзэдун, предъявив оппонентам ультиматум. После этого судьба режима Чан Кайши была решена. Двадцать первого апреля 1949 года Народно-освободительная армия форсировала реку Янцзы – и операция эта была, пожалуй, крупнейшей в военной истории человечества. За сутки одну из самых широких рек в мире организованно преодолели более 800 тысяч солдат и офицеров, сломив ожесточенное сопротивление противника на оборонительных рубежах протяженностью в сотни километров. Весной 1949 года гоминьдановцы спрятались за естественной преградой – рекой Янцзы, – полагая, что коммунистам придется потратить много времени на ее преодоление, в то время как переговоры пойдут уже в совсем ином ключе – на условиях Чан Кайши. Однако такой расчет оказался глубоко ошибочным. Двадцать третьего апреля 1949 года правительству Гоминьдана пришлось спешно бежать из Нанкина в Гуанчжоу, так как почти миллионная армия коммунистов переправилась через реку Янцзы и теперь стояла у городских ворот. При этом в суматохе гоминьдановцы потеряли своего президента. После отставки Чан Кайши с поста главы республики его место занял вице-президент Ли Цзунжэнь, однако ему оказалось крайне непросто управлять тонущим кораблем. Во-первых, положение дел было просто катастрофическим. Во-вторых, еще большую угрозу, чем Мао Цзэдун, для нового президента Ли Цзунжэня представлял бывший президент Чан Кайши. Генералиссимус оставил свой пост, но не отказался от реальной власти – его люди были повсюду, и он фактически продолжал руководить страной из-за кулис, игнорируя то, что своими действиями