Игорь Тихоненко - Игорь

— Мы пришли сюда для того, чтобы заставить Византию вновь платить дань Киевской Руси, которую она платила согласно договору, заключённому с князем Олегом, — продолжил говорить князь Игорь. — Какой же смысл продолжать войну, если греки сами соглашаются платить нам дань, да ещё в два раза больше, чем платили Олегу? Ведь война дело непредсказуемое. Кто победит ещё не известно. Вон как с нашим флотом получилось, раз и нет его. Так, что судьбу мы испытывать не будем. Согласимся на предложение греков. Ну, а для того, чтобы греки нас не обманули с данью, мы не двинемся с этого места до тех пор, пока они не выплатят нам выкуп. А когда их послы привезут нам этот выкуп, то они должны будут привезти и договор, подписанный их императором, в котором будут перечислены все наши требования. После этого они принесут нам клятву именем своего Бога, что не нарушат этого договора. А для большей верности, ты хан Кудияр, разместишь свою орду на самой границе с Византией. Ты же просил меня, чтобы я разрешил твоему народу жить в этих степях. Вот и поживёте здесь. А в случае, если Византия вздумает нас обмануть, ты хан первым и нападёшь на греков. Можешь тогда делать с их городами, всё что хочешь. Я тебе всё разрешаю. А там и наше войско подойдёт. И карать их за обман будем нещадно. Так и передайте императорским послам. Сроку на сбор дани и доставки её сюда, я им даю месяц. Если они через месяц не привезут сюда выкуп и подписанный императором договор, мы выступаем на Царьград. Ну, что все согласны с таким решением?

— Согласны, — почти в один голос ответили военачальники.

Воевода Истр вышел из шатра и направился передавать условия князя Игоря послам. Представители императора терпеливо дожидались решения русского князя в палатке. Воевода вошёл, присел на стул и глубоко вздохнул. Взгляды послов были прикованы к воеводе, в ожидании, что он им сообщит.

— Вам повезло, послы, — начал говорить Истр. — Сегодня у князя Игоря было хорошее настроение, и он согласился исполнить вашу просьбу, и покинуть пределы Византии. Но за это Византия будет платить Руси дань вдвое больше, чем она платила по договору с князем Олегом. Но главное состоит в том, что вы должны привезти сюда выкуп, указанный в договоре не позже, чем через месяц. Иначе наша армия двинется на Царьград. А по дороге туда, мы сожжём все ваши города и….

— Понятно, понятно, — осторожно перебил воеводу Денисий. — Не надо подробностей, воевода Истр. Мы знаем, что делают воины армии противника, когда их пытаются обмануть побеждённые. Это все условия вашего князя?

— Нет, вы ещё должны привезти сюда договор, составленный князем Игорем, подписанный вашим императором, — проговорил Истр. — Вот теперь всё.

— Передай своему князю, воевода, что мы немедленно отправляемся исполнять его волю, — заверил Денисий. — И пусть он не сомневается, что всё будет сделано так, как он пожелал. Я уверен в этом. Мы ведь сами предложили вам мир.

Через две недели русская армия получила выкуп, обещанный Византией, и отправилась в обратный путь. Войско вытянулось длинной цепочкой вдоль береговой линии, двигаясь по направлению на восток. Князь Игорь стоял на холме и, глядя на море, размышлял:

«Что-то я вообще ничего не понимаю. Ведь колдун говорил, что начнутся беды для меня и князя Олега, если мы не примем христианскую веру. Так оно сначала и получилось. Дядя Олег погиб нелепой смертью. Мой флот греки сожгли. Я чудом жив остался. А теперь, вдруг я одержал победу в войне, в которой не провёл даже ни одного серьёзного сражения. А выкуп получил за это в два раза больше, чем рассчитывал. И это называется большой бедой? Похоже, что старый колдун сам ничего толком не знает о будущем. Болтает языком и всё».

69. Благие намерения

Князь Братислав весь вечер не выходил из оружейной комнаты. Его жена Ангельда, которую некогда звали Радмила, очень нервничала. Она уже давно заметила, что с мужем происходит что-то неладное. Князь всё время был какой-то задумчивый и даже рассеянный. А больше всего взволновало Ангельду то, что Братислав почти не обращал на неё никакого внимания. Он даже, когда ложился с ней в постель, сразу же поворачивался на бок и засыпал. Княгиня была женщиной опытной, да и замужество это было у неё не первое, поэтому она сразу предположила, либо у Братислава появилась зазноба, либо он соскучился по любимому мужскому развлечению — войне. Ангельда несколько раз следила за князем, когда он отправлялся в город, но ничего подозрительного, указывающего на неверность мужа, она не заметила.

Вечером княгиня поднялась на второй этаж их Новгородского дома, и тихо приблизилась к двери оружейной комнаты. Затем Ангельда осторожно приоткрыла дверь и заглянула внутрь помещения. Князь занимался тем, что осматривал своё боевое оружие. Он гладил его рукой и при этом довольно улыбался.

«Я так и думала, — размышляла княгиня, — точно, на войну собрался. И что этим мужчинам дома не сидится? Ну, что может быть интересного в этих войнах? Лупят друг дружку почём зря, и радуются, если удаётся много людей покалечить или убить. Хотя с другой стороны это, конечно, лучше, чем, если бы у него завелась другая женщина, вот тогда бы действительно, мне пришлось нелегко. Я то уже ни та, что раньше была. Мне уже тяжело соперничать с молодыми девушками. А они так и смотрят на Братислава похотливыми взглядами. Я неоднократно замечала, как они ему глазки стоят».

Княгиня толкнула дверь и вошла в оружейную комнату. Князь взглянул на неё, и вновь принялся рассматривать оружие. Ангельда подошла к мужу сзади, прижалась к нему всем телом и ласково сказала:

— Что с тобой происходит, Братислав? Я же вижу, ты последнее время сам не свой. Ходишь темнее тучи. На меня внимания совсем не обращаешь.

Братислав повернулся к жене лицом и проговорил:

— Я письмо получил из Киева. Я нужен князю Игорю. Он задумал идти в поход на южные земли. А полководца, которому он мог бы доверить это дело, у него нет. Завтра же я еду в Киев.

— Но я же не могу вернуться в Киев, — забеспокоилась Ангельда. — Звенислав никогда не простит мне измену. Он меня сразу убьёт.

— А ты оставайся в Новгороде, — предложил Братислав. — А я, как только возвращусь из похода, сразу приеду в Новгород.

— Я не хочу оставаться одна в Новгороде, — возмутилась Ангельда. — Я же замужняя женщина, почему я должна быть одна? Мне скучно будет одной.

— Ну, хватит, — резко произнёс Братислав. — Я еду в Киев, а ты будешь ждать меня в Новгороде. Разговор окончен.

Князь отвернулся от жены и продолжил заниматься осмотром своего оружия. Радмила-Ангельда ухмыльнулась и подумала: «Очевидно, опять придётся мне самой искать для себя развлечения».