Райнер Шрёдер - Амулет воинов пустыни

Никто из молодых хранителей Грааля не осмелился задать возникший у каждого вопрос. Чаша снова стала переходить от губ одного рыцаря к губам другого. И лишь когда погас свет, исходивший от Священного Грааля, Герольт рискнул спросить у Антуана де Сент-Армана, почему он решил дать им еще по одному глотку.

— Потому, братья мои, что хранителей Грааля очень мало, — грустно ответил Антуан. — Наше братство никогда не было большим. Этого требует сама тайна, которую мы обязаны хранить. А за те двести лет, в течение которых мы с аббатом Вилларом собирали братство, многие из наших соратников пали в борьбе со слугами Черного Князя.

— Сколько же осталось хранителей на сегодняшний день? — поинтересовался Тарик.

— Даже вместе с вами это всего лишь горстка людей. Двое находятся в других странах. Один — в Испании, которая уже не первый век ждет возможности сбросить владычество завоевателей-мусульман, покоривших большую часть страны. Другой — в Лондоне. Но после того что вам довелось испытать за минувшие месяцы, вы станете играть одну из… нет, главную роль в братстве хранителей Грааля. Поэтому я и решил усилить ваши Божественные дарования и продлить вам жизни с помощью дополнительных глотков. Уже через несколько десятилетий один из вас возглавит братство.

— Кто же именно? — спросил Морис. — Он будет избран?

Антуан улыбнулся.

— Нет, он станет главным тамплиером в результате Божественного откровения. Тем не менее он останется равным среди равных. Каждый хранитель Грааля призывается на свою службу именно благодаря откровению. Прежде такое откровение было даровано аббату Виллару. Ведь я сменил его совсем ненадолго.

Позже рыцари задали Антуану де Сент-Арману много вопросов о своих собратьях в Испании и Англии, а также рассказали ему о своих приключениях. Примерно через час Морис начал проявлять признаки нетерпения. Наконец он сказал:

— Извините, но мне кажется, что все остальное может подождать. Было бы не по-рыцарски так долго держать в парлаториуме Беатрису и Элоизу. За последние месяцы им пришлось пережить много лишений. Они уже давно ждут, когда я доставлю их к дяде.

Антуан де Сент-Арман целиком согласился с Морисом.

— Ну конечно же! Идите к ним! В ближайшие дни у нас еще будет время для беседы.

Перед уходом Антуан показал рыцарям тайник, приготовленный для Святого Грааля, а также рассказал, как действует тайный механизм, закрывающий его.

У ворот замка Герольт, Тарик и Мак-Айвор попрощались с Беатрисой и Элоизой. Прощание оказалось трогательным, хотя прежде они не раз находили друг в друге недостатки. Но теперь все эти мелочи были преданы забвению. То, что рыцарям и сестрам довелось пережить и выстрадать сообща, крепко соединило их души.

Прощаясь с Мак-Айвором, Элоиза не смогла сдержать слез. Она обнимала и целовала этого медведя, не боясь показаться смешной.

Договариваться о том, что через многочисленные ворота замка сестер выведет и проводит к дяде именно Морис, рыцарям показалось лишним. Иначе он мог бы и обидеться.

— Надеюсь, француз вернется, — вздохнул Мак-Айвор, влажными глазами глядя вслед карете, которую сопровождал эскорт тамплиеров.

— Вернется, можешь не сомневаться, — тревожно сказал Герольт. — Вопрос в том, надолго ли он у нас задержится…

22

Таверна в угловом доме, стоявшем недалеко от квартала тамплиеров, имела многозначительное название «У белого рыцаря». Собираясь отправиться в какое-нибудь увеселительное заведение, рыцари-тамплиеры вспоминали о ней прежде всего. И этим вечером под низкими сводами таверны сидело множество воинов-монахов в белых балахонах с красными крестами. Хорошее вино, которое тут подавали к тяжелым, сытным блюдам, было доступно даже тощим кошелькам.

Герольт, Тарик и Мак-Айвор пришли в таверну вовремя. Они успели занять один из отдельных столиков, и им не пришлось садиться за длинный стол к другим собратьям-тамплиерам. В противном случае они не смогли бы предаться беседе, не предназначенной для посторонних ушей.

— Черт возьми, где жаркое и шампуры с мясом, которые мы заказали еще сто лет назад? Я уже не говорю о паштете! — нетерпеливо крикнул Мак-Айвор долговязому кудрявому парню, который обслуживал гостей в этом углу таверны. — Пускайся в галоп, приятель, и разбуди повара, чтобы на нашем столе наконец что-нибудь появилось! Мы тут скоро корни пустим!

— Ваша еда почти готова, господин рыцарь, — торопливо проговорил юноша. С этими словами он поставил на их столик еще один кувшин вина и побежал в сторону кухни.

— Если мы и дальше будем продолжать пить такими темпами, то скоро у нас опять ничего не останется, — заметил Герольт, разливая вино по кубкам. — Не капризничай, шотландец, этот парень и без того проворен, как дьявол.

Мак-Айвор сделал глоток, вытер кулаком губы и с улыбкой произнес:

— Нет уж, друг мой. Если отдаешь этим трактирщикам свои деньги, научись их подгонять, ибо сами они быстрее работать не станут. Ладно. А теперь давайте чокнемся и выпьем за Антуана. Уж он-то хорошо знает, что может понадобиться рыцарям после долгого странствия. Иначе он не подарил бы нам этот кошелек с золотом. — Мак-Айвор поднял кубок. — За достопочтенного старца, друзья!

— За Антуана де Сент-Армана! — хором сказали Тарик и Герольт. И рыцари одним духом выпили содержимое кубков.

В то время как Тарик снова наполнял кубки вином, Мак-Айвор пригнулся к столу и вполголоса спросил друзей:

— Как вы думаете, какое задание Антуан для нас приготовил?

— По намекам, которые он сделал сегодня днем, догадаться несложно, — ответил Герольт. — Готов поспорить, скоро мы отправимся в Испанию, чтобы познакомиться с одним из немногих… — Герольт хотел сказать «хранителей Грааля», но запнулся и продолжил: — братьев-тамплиеров.

Тарик кивнул.

— У меня сложилось такое же впечатление. Но поедем мы туда не только для того, чтобы увидеть этого Хуана Франциско Монтою. На испанской земле, занятой мусульманами, нам придется выполнить какое-то опасное задание.

— Несомненно, — согласился Герольт. — Ведь не для развлечений пошлет нас Антуан в такую даль!

— Уж поскорее бы, — сказал Мак-Айвор. — Чего нам высиживать в этом Париже? Не люблю я ежедневных учений. И носить меч только для красоты тоже не люблю.

Тарик закатил глаза.

— Мы в Париже еще и дня не провели, а у тебя уже чешутся руки! Можно подумать, шотландец, что в последнее время у тебя было мало возможностей подраться.

Мак-Айвор расплылся в улыбке.

— Если что-то попало тебе в кровь, это и бочкой вина не смоешь, левантиец.