Дороти Лаудэн - Голос сердца

— Ну я же тебе сказал: я летал. — С этими словами Брайен соскочил с кушетки и выбежал мимо Микаэлы и Колин на улицу.

— Ты куда? — только и успела крикнуть ему вслед Микаэла.

— К мистеру Брею, — бросил Брайен через плечо.

Микаэла с облегчением улыбнулась. Хотя отношения между Брайеном и торговцем не всегда можно было назвать безоблачными, мальчика как магнитом тянуло заглянуть в его лавку. Возможно, ребенку нравилось разглядывать выставленные в ней товары, в первую очередь банки, заполненные до краев конфетами, Брей же со своей стороны, к радости Микаэлы, все больше вживался в роль дедушки, пусть и неродного. В течение дня Брайен вопросами доводил Брея до исступления, и тот иногда вместо ответа отмахивался от него, будто от назойливой мухи, что не удивляло Микаэлу, хорошо знавшую, как порой способен действовать на нервы Брайен; и тем не менее стареющий лавочник, очевидно, получал удовольствие от общества малыша и скучал по нему, когда того день-другой не было.

Туда же, в лавку Брея, направила под вечер свои стопы и Микаэла. Салли давно попрощался с ней и ушел, увидев, как Брайен в самом веселом настроении сбежал из материнского кабинета. Ему было крайне неприятно, что именно при нем случилось это происшествие.

Самого Брея, однако, в лавке не оказалось. Заменявшая его за прилавком миссис Олив объяснила, что он уже занялся составлением плана школы.

— И можете себе представить, сразу же возникло недоразумение, — доверительно сообщила она Микаэле. — Джейк Сликер пожелал добавить что-то от себя и воспользовался для этого списком заказов, начертив свою схему прямо на нем. Лорен попросил его восстановить перечень требуемых товаров — гвоздей, молотков и так далее, но Джейк отказался. А все дело в том, что он ни читать, ни писать не умеет! — громким шепотом закончила она и многозначительно взглянула на Микаэлу.

Последней стоило немалого труда удержаться от улыбки. Насколько ей было известно, сама миссис Олив писала отнюдь не безукоризненно. — Но это не его вина, — дипломатично заметила она. — В детстве он, очевидно, был лишен возможности учиться, а сейчас ему не до того. Да мы все в таком же положении. — Микаэла старалась выражаться как можно дипломатичнее, опасаясь стать невольным источником сплетни: ведь никогда нельзя знать, в каком искаженном виде она впоследствии вернется к тебе.

— Да, да, разумеется, — с готовностью подхватила миссис Олив. Сосчитав бинты в закупочной корзине Микаэлы, она задумчиво произнесла: — Когда я пытаюсь представить себе, сколько повязок вам придется наложить, чтобы все их использовать…

— Иногда они уходят быстрее, чем хотелось бы, — рассмеялась Микаэла. — Но будем надеяться, что в ближайшем будущем они не понадобятся. А где же Брайен? Он ведь пошел к вашему брату.

— Малыш побежал за Лореном на место будущей строительной площадки, — как нечто само собой разумеющееся сообщила миссис Олив и вручила Микаэле счет.

И действительно, не застав мистера Брея в лавке, Брайен поспешил на строительную площадку. Там было захватывающе интересно: со всех сторон люди несли доски для школы, не обращая внимания на Брея, который доказывал, что зря они торопятся, ведь еще и план здания не готов: в последний момент Джейк Сликер в пух и прах раскритиковал его проект.

Брайен решил помочь мистеру Брею. Но чем чаще он вглядывался в чертеж, тем меньше в нем понимал, да и немудрено: торговец то проводил на нем новые линии, то стирал их ластиком, притом с таким усердием, что в конце концов выронил его наземь.

— Подними, пожалуйста, ластик, Брайен, — попросил Брей, в который раз накладывая линейку на чертеж. — Ну чего ты там копаешься? Мне надо провести новую линию.

Он опустил глаза. Брайен, встав на четвереньки, бесцельно шарил руками по грязной земле, словно не замечая ластика, лежащего около ботинка торговца.

— Куда же он запропастился? — Брайен, продолжая ощупывать землю вокруг себя, время от времени тер глаза грязными руками. Вдруг он ухватился за штанину Лорена.

— Это вы, мистер Брей? Я ничего не вижу.

Тот усмехнулся. Неужели его снова хотят выставить дураком? Тем не менее он медленно опустился на колени, так что оказался вровень с мальчиком. Затем, внезапно встревожившись, он поводил пальцем перед глазами мальчика. Старый Брей не хотел бы верить в то, что увидел.

Лорен Брей с Брайеном на руках бежал по площади Колорадо-Спрингс, губы его тряслись от отчаяния. Встречным пешеходам с первого взгляда становилось ясно, что с мальчиком случилась беда, и они, изменив свой маршрут, отправлялись за Лореном Бреем, одни из любопытства, другие из сострадания, остальные же — их было большинство — из чувства самосохранения. Ибо если один из горожан подхватывал инфекционную болезнь, она превращалась в угрозу для всего города. В подобных случаях важнее всего было узнать об опасности как можно раньше.

Увидев такую процессию с Лореном Бреем в центре, Микаэла очень испугалась. Едва оправившись от сковавшего ее на миг ледяного ужаса, она со всех ног бросилась к окруженным плотным кольцом людей Лорену и Брайену. В ее голове эта картина почему-то сразу связалась с утренним происшествием.

— Что случилось? — вскричала она, беря мальчика на руки.

— Это ты, ма? — спросил он дрожащим от испуга голосом. Глаза его были устремлены на какую-то далекую точку в небе, хотя Микаэла склонилась почти вплотную к его лицу.

— Да, это я, — сказала Микаэла растерянно.

Не спуская Брайена с рук, Микаэла кинулась к дверям своего кабинета, которые уже отперла догадливая Колин. Половина населения Колорадо-Спрингс провожала их до самого порога, и Лорена Брея буквально осаждали вопросами о том, что же произошло. Даже такие завзятые забулдыги, как грубиян Хэнк, и то проявили сочувствие. Никто еще ничего не мог понять, только Микаэла уже представляла в полной мере, какая опасность нависла над мальчиком.

В приемной она посадила Брайена на ту самую кушетку, на которой осматривала его утром, и для начала поводила перед его лицом зажженной свечой. За ее действиями наблюдали Колин, Мэтью, некоторые просочившиеся следом зеваки.

— Где сейчас пламя, Брайен? — спросила Микаэла.

— Какое пламя, ма? Я вообще ничего не вижу. — Мальчик снова потер глаза и уставился куда-то в потолок. — И у меня болит голова.

Микаэла в ужасе застыла.

— И сильно болит, радость моя? — спросила она.

— Да, — кивнул Брайен. — Так она еще никогда не болела.

Микаэла мягко нажала ему на плечи, заставляя принять лежачее положение.

— Отдохни, — тихо посоветовала она. — После этого тебе обязательно станет лучше. — И она с озабоченным видом вышла из дома.