Алексей Пиманов - Александровский cад

– Откуда это у вас?

– Наследство, – ответил человек, которого Лешке видно не было.

Коган еще раз рассмотрел камни.

– Знаете, это вы зря ко мне пришли. Понимаете ли вы меня? – пробормотал он, откладывая лупу. – Я такими вещами не занимаюсь. У меня с Советской властью всегда все в порядке было…

«Невидимка» недовольно хмыкнул и прикрыл дверь.

Казарин, смутившись, что пришел не вовремя и теперь, к тому же, вынужден подглядывать, осторожно открыл входную дверь и вышел на улицу. Колокольчик по-прежнему промолчал. На этот раз Лешка решил обнаружить себя сразу. Он аккуратно вернул колокольчик на место, потоптался на улице, вновь распахнул дверь и тут же нос к носу столкнулся с любопытным человеком, выходившим от Когана. Этот субъект не был похож на обычных посетителей антикварной лавки: кремовое пальто, заграничная шляпа, лакированные ботинки. На руке – золотой перстень…

«Барон!» – пронеслось в Лешкиной голове. Он не мог сказать, почему так решил. Но именно таким Казарин себе и представлял Барона. А бриллианты только укрепили подозрения. Незнакомец пропустил Лешку и зашагал вверх по направлению к Волхонке.

Коган так и не появился из подсобки. Вместо работы он о чем-то очень оживленно говорил по телефону. Лешка услышал только последнюю фразу:

– …говорю же: я собственными глазами их видел… мое дело предупредить.

Коган положил трубку и вышел в зал.

– Мой юный друг? – удивился ювелир при виде Каза-рина. – Давно ждете?

– Не очень…

Лешка хотел промолчать, но любопытство переполняло его.

– Зиновий Ефимович, а что это за человек от вас сейчас вышел?

Коган внимательно поглядел на Лешку:

– А чем это, любезный, он так вас заинтересовал? Лешка помялся, но все-таки сказал:

– Это… это не Барон?

– Барон?! – удивленно переспросил ювелир и приподнял очки на лоб. – Ну что же, смешно… А я как-то не подумал… Постой! А ты откуда про Барона знаешь?

– Слыхал, – уклончиво ответил Лешка.

Коган усмехнулся и нацепил вместо очков лупу-глазок на резинке.

– «Барон»! – презрительно фыркнул старик. – Развелось, понимаете ли вы меня, всякой шушеры. Носят каждый божий день всякое. А что носят – сами не знают.

Он разложил инструмент на прилавке.

– Ладно, давай посмотрим, что ты принес. Лешка растерянно пожал плечами:

– Да я так приходил. Просто… Коган нахмурился.

– «Просто» ходят за дверью. А у нас, понимаете ли вы меня, работа. Прощайте, милостивый государь.

Уже начинало темнеть. Лешка стоял на набережной и смотрел на Москву-реку, подернутую легкой рябью.

Он был разочарован: Коган так ничего и не рассказал про Барона. По-видимому, у ювелиров, как и у врачей, есть своя служебная тайна. Тем не менее Лешке понравилось, что Зиновий Ефимович оказался порядочным человеком: ведь не стал же он связываться с ворованными камнями. Что ж, в поисках Барона Каза-рину оставалось надеяться только на себя. Его это не пугало. Представлялась реальная возможность стать Шерлоком Холмсом и Эркюлем Пуаро в одном лице. Только вот начало было трудным: пока у Казарина не было ни одной зацепки, за которую можно было бы ухватиться.

Звуки города отвлекли Лешку от размышлений. Грохот трамвая, марш духового оркестра, обрывки чьих-то фраз не давали возможности сосредоточиться. Из открытого окна донесся женский крик:

– Погаси свет! Я за тебя платить не буду! Нечего газету в уборной читать!

Проза жизни буквально шла по пятам. Казарин вздохнул и поплелся домой, в Кремль.

Глава 10

Следующий день был выходным. Приглашенный к Ша-пилиным на обед, Лешка с утра забежал в кондитерский магазин на улице Горького. Ходить с пустыми руками в гости он был не приучен. На прилавке лежали коробки шоколадных конфет «Деликатес», «Карнавал», «Лилипут», расфасованный в пакетики «Театральный набор», и шоколадные «бомбы» размером с бильярдный шар, с сюрпризом внутри. Остановив свой выбор на коробочке «Ровесник Октября», Казарин расплатился и через полчаса уже сидел над шахматной доской в кабинете Шапилина. Петр Саввич спрятал за спиной две пешки.

– Правая, – указал Лешка.

Шапилин разжал ладонь с черной фигуркой.

– Повезло, я начинаю. Предлагаю Е2-Е4, – зевнув, произнес Петр Саввич и двинул пешку.

Лешка оценил ход и, в свою очередь, резко двинул пешку от ферзя на две клетки.

– Ну, не волнуйся. Ты ведь книжку прочел? – покровительственно спросил Шапилин.

Лешка кивнул.

– Переходи.

– Не хочу. Шапилин усмехнулся.

– Это сложный дебют. Не простой – тебе еще рано его играть.

– Ну и ладно.

Лешка взял яблоко из вазы и смачно откусил от него огромный кусок. Шапилин хмыкнул и съел Лешкину пешку. Лешка, не задумываясь, съел пешку противника ферзем. Партия начиналась нестандартно. Шапилин попытался напасть на ферзя слоном, но Лешка отошел и стал быстро развивать свои фигуры. Через несколько ходов он поймал Шапилина на «вилке». Шапилин напрягся.

– Фу ты черт, прозевал.

Лешка, как ни в чем не бывало, «съел» слона и снова откусил от яблока. На этот раз кусок был поменьше.

– Вы ошиблись два хода назад. Вам надо было убирать коня, а вы решили играть ферзевый гамбит.

От удивления глаза Шапилина поползли на лоб.

– Что?!!

– Гамбит, говорю, ферзевый вы напрасно начали играть. Шапилин покраснел от злости.

– Ты что, гараж, будешь меня учить? Ты играть сначала научись.

Уже через пять минут ситуация стала для него угрожающей.

– Шах, – тихо сообщил Лешка.

Шапилин чесал затылок. Он сделал еще пару бессмысленных ходов.

– Извините, Петр Саввич, вам мат.

Шапилин долго глядел на доску. Он развел руками и положил короля.

– Случайность… Но все равно: для первого раза ты сыграл блестяще.

– Спасибо.

– Давай еще одну.

Они заново расставили фигуры, и теперь играть белыми предстояло Лешке. Через 15 минут все повторилось. Шапилин вскочил и зашагал по комнате.

– Не понимаю! Такого не бывает! Как это у тебя получается?

Лешка пожал плечами.

– А может, ты врешь? Небось с отцом с утра до вечера фигуры двигаешь, а мне голову морочишь?

Лешка отложил яблоко и встал с кресла.

– Ладно, ладно! Не кипятись! Но как?

– Да очень просто: я запомнил все комбинации, описанные в той книге, что вы мне дали. Вы играете комбинации в два-три хода, поэтому их легко просчитать.

– А сколько ходов ты сам просчитываешь?

– Может, пять, может, шесть. Я не задумывался…

Шапилин не мог вымолвить ни слова. Постояв с минуту, он развел руками и вышел из кабинета. Танька прыснула от смеха.

– Он что, обиделся? – виновато спросил Лешка. Танька махнула рукой и сняла фантик с очередной конфеты.