Собрание Сочинений. Том 4. Произведения 1980-1986 годов. - Хорхе Луис Борхес

«Великом боге Брауне» (1926) вдова главного героя, солидного американского предпринимателя, утешается и любуется оставленной им маской, забывая умершего мужа. В трилогии «Траур — участь Электры» (1931) лица актеров и фасад особняка Мэннонов напоминают застывшие маски. Аллегорический смысл этих символов отступает перед их внушительностью.

«В О’Ниле нет ничего нового, кроме его новшеств», — написал Бернард Шоу. Удачные остроты редко бывают верными. Юджин О’Нил обновил и продолжает обновлять мировой театр.

АРИВАРА НАРИХИРА

«ИСЭ-МОНОГАТАРИ»

Япония, подобно Франции, — страна, среди прочего, литературная, страна, жители которой владеют словом и исповедуют любовь к слову. Свидетельством тому — эти рассказы, относящиеся к десятому веку нашей эры. Перед нами — один из древнейших образцов японской прозы, и центральная его тема — лирическая поэзия. История Японии была эпической, но, в отличие от других стран, главный предмет ее поэзии — вовсе не меч. С самого начала сквозной темой здесь была природа, краски сменяющихся дней и времен года, радости и горести любви. В эту книгу входят около двух сотен коротких стихотворений вместе с подлинными или мнимыми историями их создания. Герой книги — принц Аривара Нарихира{199}, кое-где называемый по имени. Като{200} в своей «Истории японской литературы» (1979) сравнивает его с Дон Жуаном. Несмотря на неисчислимые любовные подвиги, пересказанные на этих страницах, сравнение грешит неточностью. Дон Жуан — отдавшийся разврату католик, который соблазняет многих женщин и дерзко нарушает закон, предписанный, как ему известно, Богом. Нарихира — гедонист в безгрешном мире язычества, еще не потрясенном учением о Дао и требованием неукоснительно следовать восьмеричным путем Будды. По ту они или по эту сторону добра и зла, но раскрытые перед читателем классические страницы японской словесности не ведают ни морали, ни аморальности.

По мнению уже упоминавшегося доктора Като, эта книга предвещает знаменитую «Повесть о Гэндзи».

Подобно критянам, обитатели Исэ пользуются славой лжецов. Заглавие тома подразумевает, что входящие в него истории — выдумка. Вполне вероятно, что безымянный автор написал многие из приведенных стихов сам, а потом попросту присочинил объясняющие их драматические обстоятельства.

ГЕРМАН МЕЛВИЛЛ

«БЕНИТО СЕРЕНО. БИЛЛИ БАД.

ПИСЕЦ БАРТЛЕБИ»{201}

Есть писатели, совершенно не похожие на свою известную читателям судьбу. Не таков Герман Мелвилл, на себе переживший испытания и разлуки, послужившие позднее материалом для его символических притч. Он родился в 1819 году в Нью-Йорке. Один из сыновей в многодетной и обедневшей семье суровых кальвинистов, он в тринадцать лет потерял отца. В девятнадцать отправился в первое длительное плавание — матросом до Ливерпуля. В 1841 году нанялся на китобойное судно, поднявшее якорь в Нантукете. Капитан оказался сущим зверем; Мелвилл бежал и доплыл до одного из тихоокеанских островов. Пришельца приютили каннибалы-островитяне. Прошло сто дней и сто ночей, прежде чем его взяло на борт австралийское судно. Мелвилл поднял там матросский бунт. К 1845 году он добрался до Нью-Йорка.

На следующий год вышла его первая книга, «Тайпи». В 1851-м появился роман «Моби Дик», прошедший незамеченным. Критика открыла его лишь в двадцатые годы нашего века. Теперь он снискал всемирную славу; белый кит и капитал Ахав заняли место в той разноголосой мифологии, которую называют памятью человечества. В романе немало счастливых и загадочных находок: «Проповедник, пав на колени, молился с таким жаром, что, казалось, он стоит и молится среди бушующих волн». О том, что белизна может пугать, догадывался уже Эдгар По{202}. Кроме него, по страницам этого тома бродят тени Карлейля и Шекспира.

Мелвилл, как и Колридж, часто впадал в отчаяние. Не случайно в его «Моби Дике» царит кошмар.

Любовь к Библии внушила Мелвиллу мысль о его последнем путешествии. В 1855 году он объехал Египет и Палестину.

Его другом был Натаниел Готорн. Почти забытый, Мелвилл скончался в Нью-Йорке в 1891 году.

Опубликованный в 1856 году «Барглеби» предвещает Кафку. Его обезоруживающий протагонист — загадочный человек, который упорно отказывается от поступков. Автор обходится без объяснений, но наше воображение тут же и с большим сочувствием принимает героя. На самом деле в повести два действующих лица: непреклонный Бартлеби и рассказчик, мирящийся с этой непреклонностью и в конце концов привязывающийся к герою.

«Билли Бада» можно назвать повестью о конфликте между справедливостью и законом. Но этот сюжет отступает перед характером заглавного героя, который убивает человека и до конца не может понять, за что его судят и приговаривают к смерти.

О «Бенито Серено» по-прежнему идут споры. Одни считают его лучшей вещью Мелвилла и одной из лучших вещей в мировой литературе. Другие видят в нем неудачу или даже серию неудач. Иные же убеждены, что Мелвилл оставил нам заведомо непостижимый текст как верный символ непостижимости всего нашего мира.

ДЖОВАННИ ПАНИНИ

«ТРАГИЧЕСКАЯ ПОВСЕДНЕВНОСТЬ.

СЛЕПОЙ ПОВОДЫРЬ. СЛОВА И КРОВЬ»

Если есть в нашем столетии пара египтянину Протею, то это Джованни Папини, в иных случаях подписывавшийся именем Джан Фалько, историк литературы и поэт, прагматист и романтик, атеист, а впоследствии — богослов. Лицо Папини нам неизвестно: слишком многочисленны были его маски. Но, может быть, говорить здесь о масках несправедливо. На протяжении своей долгой жизни Папини удавалось с одинаковой искренностью поддерживать абсолютно противоположные идеи. (В наших краях такова была судьба Лугонеса.) Случается, стиль не позволяет автору понизить голос. Как полемист Папини был обязан говорить громко и страстно. Он ниспровергал и «Декамерона», и «Гамлета».

Папини родился во Флоренции в 1881 году. Если верить биографам, он был скромного происхождения, но родиться флорентийцем значит уже унаследовать, помимо сомнительных генеалогических древес, замечательную многовековую традицию. Он был читатель-гедонист, движимый радостью чтения, а не понукаемый завтрашним экзаменом. Первым предметом его интереса стала философия. Он перевел и откомментировал книги Бергсона, Шопенгауэра, Беркли. Шопенгауэр говорит о сновиденной сущности жизни; по Беркли, всемирная история — это долгий сон Бога, который ее бесконечно творит и воспринимает. Подобные воззрения не были для Папини простой абстракцией. Их лучами освещены рассказы, составившие эту книгу. Все они относятся к началу века.

В 1912 году он опубликовал свои «Сумерки богов», заглавие которых — вариант «Сумерек идолов» Ницше, заглавие которых — вариант «Сумерек богов» из первой песни «Старшей Эдды». От идеализма Папини перешел к прагматизму, который соединял психологию с магией и мало чем напоминал Уильяма Джеймса. Спустя несколько лет он счел своим долгом подыскать оправдание фашизму. Грустная автобиография Папини под названием «Конченый» появилась в 1913 году. Его наиболее известные книги — «Жизнь Христа», «Гог и Магог», «Вечноживой Данте», «Дьявол» — писались как шедевры, жанр, требующий от