Марк Гроссман - Синева осенних вечеров

БОИ ГРЕМЯТ ЕЩЕ В ЕВРОПЕ

Бои гремят еще в Европе,И смерть еще свое берет,Но минет время, в свой чередПланета вспомнит об окопе,Откуда мы пошли вперед.

Волга, 1942

В СТАНИЦЕ ПУШКИ… ПЫЛЬ… ОБОЗЫ…

В станице пушки… пыль… обозы…Грустит на цепке пес незлой.И мирно пахнет от повозокТравой привядшей и смолой.Бойцы у кухонь с котелками, —Солдатским щам пришел черед.А кто-то точит нож о камень,А кто-то дремлет наперед.Поет цыганка, будто стонет,Звенит монисто из монет.Играет юность на гармониВсе о любви, которой нет.Завороженные трехрядкой,Солдаты песенку хрипят.И смотрят девушки украдкойНа славных стриженых ребят.Река рыбачьи лодки вертит,Вдали саперы ищут брод.

…Как будто ни войны, ни смерти, —К страде готовится народ.

Дон, 1943

В ОКОПЕ, В ПОЛЕ

Тишина полеваяИ полыни пыльца.Пыль полей истлеваетНа морщинах лица.И в душе у солдатаЭта тишь, как ожог.Будто где-то когда-тоЯ все это прошел.Было, было все этоНаяву иль в бреду:Я в зеленое лето,Точно в реку, бреду.Вскрикнут сонные гуси,Просвистит ветерок.Снова тихо над РусьюУ полевок-дорог.Ни войны и ни боли —Только вёдро и синь,Только гуси на полеОкликают гусынь.Никого там не травят,Никому там не лечь.И шумит разнотравье,Точно бабкина речь,Точно реченьки лепетТам, в глуши, вдалеке.…Самолеты — над степью!Самолеты — в пике!

1943

МАЛЬЧИК НА ДОРОГЕ

Мальчишка шел, задохшийся от пыли,Из черных сел, где вороны кружат.Его станицу пушками разбили,Отец и мама мертвые лежат.Трещали крыши от жары в колхозе,Бродил в лощинках, запинаясь, дым.Ревели танки, сокрушая озимь.И мальчик шел. И пепел плыл над ним.Застывших туч печальное молчанье.В его глазах отчаянье и страх.…А в этот день шутили англичанеВ кругу своих детей, на островах.А в этот день, закованные в панцирь.На якоря поставив корабли,Крутили патефон американцыОт плачущего мальчика вдали.Он ковылял устало по проселкуИ вдруг увидел нас в пыли, в дыму.

Мы в этот день форсировали Волгу.Мы шли к нему. К мальчишке своему.

Волга — Дон, 1942

ДА БУДЕТ ВАШЕ ИМЯ СВЯТО

Орудие черно от сажи,Почти лежит оно в снегу.Но покореженное дажеЕще стреляет по врагу.Его расчет стоит на месте,Еще в лотках снаряды есть.А дым разрывов — в перекрестье,А танков на́ поле не счесть.Свою уральцы ставят мету —Сгорает прусское литье,Нет, вашим танкам хода нету,Умерьте рвение свое!Покрыты по́том руки, лица,Ревут разрывы, душит дым.Ты не достанешься, станица,Заклятым недругам твоим!Гвардейской доблести и честиНе тронут траки и броня,И танк, попавший в перекрестье,Уже не выйдет из огня.Упал один боец расчета,Упал второй — и он не бог.И обтекает нас пехотаПод волчьи вопли «Хенде хох!».Уже сержант навылет ранен.Ему кричат живые: «Ляг!».Но он стоит и умирает…Твое предсмертное стараньеНавек запомню я, земляк…Да будет ваше имя свято,Как вечный памятник трудамОт крови красного солдата,Не уступившего врагам!

1978

ВОШЛИ В СТАНИЦУ НАШИ ТАНКИ

Вошли в станицу наши танки.Течет, качаясь, черный чад.У тела молодой крестьянкиМальчишки малые молчат.Дымя, потрескивает уголь,И в пепле мать от кос до пят.Глазами, полными испуга,Сироты под ноги глядят.Садится дым над пепелищемВ золу обугленных стропил.

…Мы в бой идем. И мы отыщемТого, кто детство их убил.

Дон, 1943

В СОЛДАТСКОМ ЗЕРКАЛЬЦЕ СЛУЧАЙНО

В солдатском зеркальце случайноУвидишь свой висок седой,И станет на душе печально,Что ты уже не молодой.Но, завершив атаку дружно,Где столько крови утекло,Поймешь, что хмуриться не нужно,Что лжет бездушное стекло.В полях, снарядами избитых,И в жар сражаясь, и в пургу,Не дал ты Родину в обиду,На разграбление врагу.И ты спешил со всеми рядом,Не уступая никому,И седина твоя — наградаТебе, и делу твоему.Пусть время лица наши сушит,И не близка победы высь,Не в стужу зеркала, а в душуВзгляни, солдат, и улыбнись.

1943

НА ПОЛЕ БОЯ ПАДАЮТ СОЛДАТЫ

На поле боя падают солдаты.Звезда из жести. Рябь имен и дат.И синие холодные КарпатыЗаносят снегом кладбища солдат.Во имя нашей Родины и чести,Четвертый год, как братья и родняБойцы победу добывают вместе,Не все дойдут до радостного дня.…Те, что погибли, доверяли святоПобеде нашей, что должна прийти.

На поле боя падают солдаты…Не забывайте павших на пути!

Чехословакия, 1944

В ОКОП СНАРЯД УПАЛ ГРОМАМИ

В окоп снаряд упал громами,Чтоб там служивого накрыть.И в тот же миг старушке-мамеСмерть принялась могилу рыть.Потом корчагу слез влачилаМолчком по выжженной траве,Чтоб их хватило до кончиныТого, убитого, вдове.И ни детей, ни внуков нынеИ впредь — на тысячу веков —От тех, горбатых, как унынье,Неисчислимых бугорков.Ах, нету горя глубже ямы,И нету памяти больней —Когда теряют наши мамыСвоих неживших сыновей.

1944

КОГДА-НИБУДЬ, КОГДА ПРОЙДЕТ ВОЙНА

Когда-нибудь, когда пройдет войнаИ наш народ отпразднует победу,И вновь посеет пахарь семена, —Я на могилу к матери приеду.Там шелестят березки в тишине,Там чуть дрожит железная ограда.Враг не топтал твоей могилы. МнеИ это, мама, ратная награда.…Горит металл. На поле тлеет пень.— Ты жив, сосед? — кричу я наудачу.

Еще придет благословенный день —Я на могиле матери поплачу.

Польша, 1944

ВСЕ ВПЕРЕДИ. И СЛАВА, И НАГРАДА…

Все впереди. И слава, и награда.И мир. И тишь. И, может быть, музей.Все впереди. А здесь бомбежка рядомИ смертный скрежет танковых осей.И до предела выжатая фраза,Окопный настороженный народ.И коммунисты — молча, без приказаИз ряда выходящие вперед.Сигнал — в атаку! Ветер хлещет в лицаНа штык наткнуться тут немудрено.И атакуют первыми партийцы,Иного на войне им не дано.Мы — ленинцы, мы все — однополчанеНа этих тропах, где горит броня,Мы столько раз друг друга выручали,И столько нас не вышло из огня!Еще немного. Мы додавим гада.Живи в тиши. Поля боев засей.Еще чуток… А здесь бомбежка рядом,И смертный скрежет танковых осей.

Зееловские высоты под Берлином, апрель, 1945

МОГИЛА ТАНКИСТОВ

На берегу морском, в тумане,Не на земле своих отцов,Пилотки сняв, однополчанеПохоронили трех бойцов.Чтоб им не тосковать в могиле.Вдали от милых мест родных,На холм машину водрузили,В которой смерть застигла их.Волна метаться не устала,И лбами бури бьют в гранит,Но танк уральского закала,Как часовой, их сон хранит.…Мы помним берег дальний, синий,Гуденье гневного огня.

Спокойно спите на чужбине:Над вами — Родины броня!

Берег Балтийского моря, 1945

ЕЩЕ В ХОДУ ШТАБНЫЕ КАРТЫ