Евгений Долматовский - Товарищ мой

ВТОРОЙ РАССКАЗ ИНЖЕНЕРА

Память о Победе дорога!И сейчас я вижу все деталиДня, когда под городом ТоргауМы с американцами братались.Был один из них чудаковатИ носил пилотку на затылке,К удивлению своих солдат,Воду Эльбы наливал в бутылки.

Он мои гвардейские усыТрогал беспардонно и беспечно.Он хотел купить мои часы,Я ему их подарил, конечно.И представьте, мир настолько мал,Что недавно в городе ДетройтеВ день приезда сразу повстречалЧудака, с кем виделся на фронте.

Как друг друга распознать смоглиЧерез годы,И какие годы!На обратной стороне землиРазные системы и народы?Тот американец! Тот солдат!Пожимавшая мне руку лапа.Ухарски заломлена назадЖелтая стетсоновская шляпа.

Он к себе домой повез меня:Выпьем что-нибудь за нашу встречу.Не люблю я пить в начале дня,Но во имя дружбы не перечу.— Помнишь Эльбу?Воду той реки,—Говорит он,—С наступленьем мираЯ расфасовал на пузырьки,Получилось вроде сувенира.

С этого мой бизнес начался.Развернул я славную торговлю.Знает магазин округа вся,Сувениры новые готовлю.

Пили мы не очень крепкий грог,И молчал, деля застолье с нами,Здоровенный лоб, его сынок,Летчик, воевавший во Вьетнаме.

РАССКАЗ ВЕТЕРАНА

Спасибо вам, друзья, за приглашение.И рад бы в красногалстучном кругуЯ День Победы встретить...Тем не менееПрийти на сбор, пожалуй, не смогу.С годами становлюсь сентиментальнее,Защелкиваю память на замок:Боюсь, что вдруг воспоминанья дальниеЗастрянут в горле, как крутой комок.

Лишь к зданью школы подойду,И видитсяМнеСамый страшный в жизни эпизод.Мальчишка был у нас в полку.Под Витебском.Ему пошел одиннадцатый год.

Усыновлен разведчиками строгими,Не сиротою он в окопе жил.Каких мы только хитростей не строили,Чтобы отправить мальчугана в тыл!Вот увезут с попутною оказией,Через леса, где рыщет враг и волк.Но завтра снова —Что за безобразие!—Является пацан в гвардейский полк.

Ну ладно!Дополнительной нагрузкою,Недавний школьник, был я наделен:Уроки арифметики и русскогоБрал у меня в часы затишья он.Был сын полка обласкан взглядом любящимГвардейцев старших.Он для них тогдаБыл мирным прошлымИ счастливым будущим,Но взорвалась еще одна беда:

Мы встретили атаку полуночнуюИ на позициях нашли чуть светМальчишку с перебитым позвоночником,И военврач сказал:— Надежды нет! —Под нашими мучительными взглядамиШептал мальчишка из последних сил:— Все, что по арифметике мне задано,Проверьте, правильно ли я решил...

Я ту тетрадку с детскими задачкамиДонес до самого конца войны.Страницы были кровью перепачканы.Примеры были верно решены.

Она вела меня в атаки дерзкиеИ отплатилась дорого врагу.Шлю поздравленья слету пионерскому,Но к вам прийти, пожалуй, не смогу.

РАССКАЗ МИНЕРА

Штурмовал я города,Наши и чужие — разные.Но представь, что никогдаЯ победы в них не праздновал.Не успеют передатьИз Москвы приказ Верховного,Я опятьИду искать,От огня не застрахованный.Извини уж за минор,Излагаю все по совести:Ошибается минерТолько раз в опасном поиске.Почта, банк, вокзал, райкомПодлежат проверке первыми.Изучаю каждый дом,Словно прикасаюсь нервами.Трафаретом «нету мин»Метят стены, коль прослушаныИ подвал, и мезонин,И соседний блок разрушенный....Так работал на войне,Но боюсь, что в годы мирныеНа две жизни хватит мнеПроверять и разминировать:Где раздольные поляИ среди долины ровныя,Наша горькая земляСплошь взрывчаткой фарширована.Мина дремлет до поры,Как вулкан с остылым кратером,Бомбу в глубине норыЗадевают экскаватором.И вокруг нелегкий мир —На особые заданияВыезжать пришлось в АлжирИ в другие страны дальние.Много баек рассказатьПостараюсь вам за ужином.Телефон... Честная мать!Вызывают в штаб опять —В сквере бомбы обнаружены.

РАССКАЗ КУРОРТНИКА

Я был отправлен на ремонтВ районы горного заката,Где Первый Украинский фронтВойну заканчивал когда-то...Опять ты про свое, солдат!Все ищешь в заревах пожары?Ну, звался городок Карлсбад,Но он теперь не Бад, а Вары.Забудь, как был наш век жестокИ как свистели пули-дуры.Здесь вместе Запад и ВостокПроходят гидропроцедуры.Седых мужчин из двух мировБрандспойтом подвергают порке,По телу разгоняют кровь,Как демонстрацию в Нью-Йорке.В бассейне мы сидим вдвоем,Довольно древние Адамы,И через воду, сквозь изломСвои разглядываем шрамы.Поговорить баварец рад.Он объясняет мне:— Вот этоПятно оставил Шталинград,Ну а откуда ваша мета? —Налился темной болью шрамИ проступает из-под кожи.Мы оба побывали там,Друг в друга целились, быть может.А нынче — брызги, плеск и смех,Расстеленные полотенца;В их белизну проворный чехНас пеленает, как младенцев.Подходит сонСо всех сторон...Ломота,Добрая дремота...И вдруг будильника трезвон —Как очередь из пулемета.Раненья красная печатьБолеть как будто перестала,Но вряд ли я смогу начать,Как новорожденный, с начала.

РАССКАЗ СВЯЗИСТА

Не первого и не девятого маяВойна закончилась для меня:Огонь круговой на себя принимая,Еще бедовал я четыре дня.

Машина-летучка из роты связиЗавязла, ущельями проходя.На каждом скате — по тонне грязи.Сидим под брезентом на дне дождя,Счастливые тем, что в нашу беседуВрывается лишь натуральный гром.Москва объявляет сейчас Победу.Мы живы! Мы выжили! Мы живем!

Сидим без горючею и без хлеба.Но ты понимаешь — войне конец!Вдруг спереди, сзади, справа и слеваСтучат автоматы, свистит свинец.Какой-то немецкий отряд на марше,Тикая на запад, уткнулся в нас.Я должен решенье принять, как старший,И может, на фронте — в последний раз.

Имею ли после Победы правоИспытывать смертью своих солдат?Сзади, спереди, слева, справаСвистит свинец, автоматы стучат.Штаб корпуса я по радио вызвал,Жалея себя и судьбу кляня.

Прощай, Победа!Прости, Отчизна!Мы в окруженье — огонь на меня!Считаю секунды и представляю,Как ищут на карте седьмой квадрат,Как, снова гаубицы расчехляя,Меня начальники матерят.

Враг наседает.Но вот разрывы.Ущелье накрыл огневой налет.Мы столько лет оставались живы,Ужель свой снаряд нас теперь убьет?Не дал в ущелье врагу проходаОгонь, направленный на меня.Война тянулась четыре года,Но памятней всех — те четыре дня.

ТРОЕ ИЗ ЛЕГЕНДЫ

У новейшей истории спросимФакты из предпоследней главы:Как священным число 28Стало в дни обороны Москвы?

В русских сказках присутствуют числа —Тридцать три, например, или семь.Не ищи в них особого смысла,Может, числа случайны совсем,

Но уж если в сознанье народномУтвердились легендой они,То решение бесповоротно —Будет так навсегда, искони.

Гитлер танки тяжелые бросил.Сколько шло их в ноябрьский тот день!А навстречу — всего 28,И не танков, а просто людей.

Вихрь враждебный — метельные крылья.Подмосковье. Последний рубеж.Казахстанцы-гвардейцы закрылиВ обороне опасную брешь.

Чем закрыли? А разве не ясно?Телом трепетным, кровью живой.Оставалось до площади КраснойПятьдесят километров всего.

Политрук, смерть саму пересилив,Поднимаясь с гранатой опять,Прохрипел, что за нами Россия,Только некуда нам отступать.

Эта клятва над фронтом звучала,Предвещая спасенье МосквыИ советской победы начало,Даже если гвардейцы мертвы.

28 погибших героев —Кто не знает легенды о них?Но недавно открылось, что троеВ том сраженье остались в живых.

Их, обугленных, взяли оттудаИ три года спасали потом.Это вписано было как чудоВ хирургической практики том.

Утверждаю, что их воскрешенье,Не нарушив легенды ничуть,Возвеличило, как подтвержденье,28 — и подвига суть.

А панфиловцы, те, что живые,Трое, с лицами в сетке морщин,Проживают на периферии,Появляются в дни годовщин:

Перед юностью новой несметной —Стать гвардейская, сдержанный жестКак орлы на курганах бессмертья,На дощатых трибунах торжеств.

БАЛЛАДА О ПАМЯТНИКЕ