Демьян Бедный - Том 2. Стихотворения 1917-1920

Конная Вторая*

По фронтам по всем кочуя,Насмотрелся я чудес.Вот и нынче – к вам качу я,Еду, еду – что за бес?!

Где же «Конная Вторая»?Впереди, да впереди!«Мне ее, – вздыхал вчера я, –Не догнать, того гляди!»

Трух да трух моя кобыла.Кляча, дуй ее горой!Доскакал я все ж до тыла«Конной Армии Второй».

Где приятель мой, Шаронов?На скаку разузнаю.«Эвон там, где треск патронов, –Эскадрон его в бою».

Еду дальше. Люди. Кони.Целый табор у костров.После этакой погониРазомлел я – будь здоров!

И всю ночь казак ШароновМне мерещился во сне:Вздев на пику трех баронов,Он их жарил на огне…

Смех кругом: «Робя, гляди-ко,Врангель щерится, что кот!»Три барона выли дико:«Шерти!» – «Зволечь!» – «Ох, мейн готт!»

Сзади хохот: «Жарьтесь, твари!Это вам за все дела!»Я проснулся. Запах гари:У меня горит пола.

Леший с ней, с полою этой!На войне дыра – фасон,Все ж доволен я приметой.Эх, кабы да в руку сон!

Чтоб от красных эскадроновВражья сила подрала, –Чтоб скорей от всех бароновЛишь осталася зола!

Латышские красные бойцы*

Латыш хорош без аттестации.Таков он есть, таким он был:Не надо долгой агитации,Чтоб в нем зажечь геройский пыл.

Скажи: «барон!» И, словно бешеный,Латыш дерется, все круша.Чай, не один барон повешенныйСвидетель мести латыша.

Заслуги латышей отмечены.Про них, как правило, пиши:Любые фланги обеспечены,Когда на флангах – латыши!

Где в бой вступает латдивизия,Там белых давят, как мышей.«Готовься ж, врангельская физия,К удару красных латышей!»

Честь красноармейцу!*

Превознесу тебя, прославлю,

Тобой бессмертен буду сам.

Красноармеец – Пров, Мефодий,Вавила, Клим, Иван, Софрон –Не ты ль, смахнув всех благородий,Дворян оставил без угодий,Князей, баронов – без корон?

Вся биржа бешено играла«На адмирала Колчака».Где он теперь, палач Урала?Его жестоко покаралаТвоя железная рука!

Деникин? Нет о нем помина.Юденич? Вечный упокой.А Русь Советская – едина.Сибирь, Кавказ и УкраинаЗащищены твоей рукой!

Ты сбавил спеси польской своре,Сменив беду полубедой.Кто победит, решится вскоре,Пока ж – ты мудро доброй ссореМир предпочел полухудой.

Ты жаждал подвига иного:Рабочей, творческой страды.Где места нет у нас больного?Пора, дав жить тому, что ново,Убрать гнилье с родной гряды.

Но оставалася корона,Еще не сбитая тобой.И – всходов новых оборона –Ты на последнего баронаПошел в последний, страшный бой.

Под наши радостные кликиХвалой венчанный боевой,Гроза всех шаек бело-диких,Ты – величайший из великих,Красноармеец рядовой!

Герой, принесший гибель змею,Твоих имен не перечесть!Тебе – Вавиле, Фалалею,Кузьме, Семену, Еремею –Слагаю стих я, как умею,И отдаю по форме честь!

Кузьма Хлопушкин*

В Чухломе да на базареКузька сторожем служил.Словно мышь в мучном амбаре,Жил парнишка – не тужил.

Толстогрудые торговки –С ними Кузя не скучал.По ночам без остановкиКолотушкой он стучал.

Колотушка била дробно:Трам-та-там да трам-та-там!Для воров весьма удобно:Сторож – здесь, а воры – там!

Не бояся с Кузей встречи,Воровали не спеша:Вбок – замок, товар – на плечи.«Жди, торговка, барыша!»

Вот и утро, слава богу!На базаре бранный гул.Все торговки бьют тревогу:«Снова кража! Караул!»

Кончен день базарный, шумный.Люд торговый схлынул прочь.Кузя вновь, как полоумный,В колотушку бьет всю ночь.

Знайте все: Кузьма на страже!Воровской собьет он раж!Утром, глядь, картина та же:Сразу новых десять краж!

Тут торговки взбеленились,Дело кончилось бедой:Били Кузю, не ленились, –Отливать пришлось водой.

«Что?! – молодки и старушкиИзмывались над Кузьмой. –Не забудешь… колотушки?Колотушкин ты прямой!»

Дали бабы Кузе жару,Проучили молодца.Но ушел Кузьма с базаруНе доучен до конца.

Двадцать лет Кузьме без лишку:На губах ни волоска.Через месяц-два парнишкуВзяли в красные войска.

Ай да Кузя, в рот те ситник!Что за парень боевой!Он – отечества защитник,Он за волю – головой!

На фуражке у воякиДаром, что ль, горит звезда?«Ну-кось вы, паны-поляки,Подходите-ко сюда!»

В грязь наш Кузя не ударит:Как сурок, нырнув в окоп,Из винтовки парень жарит,Только слышно: хлоп да хлоп.

Расстрелявши все патроны,Ковыряет он в носу:«Вон шарахнулись вороны…Знать, противник там… в лесу!»

Получив патронов пачку,Кузя снова хлоп да хлоп!Рядом смех: «Уйми горячку!Эк захлопал, остолоп!»

Кузя хлопает, не слышит,Бьет не в цель, а наугад.Раскраснелся, жарко дышит,Заслюнявил весь приклад.

Ротный тут взъярился волком,Закусил сердито ус:«Трать, Кузьма, патроны с толком!Слышь, Хлопушкин? Чертов трус!»

Глупый брешет без умолку,Не жалея языка.Сотня слов, а все без толку, –Сразу видно дурака.

Умный зря болтать не любит:Бережлив он на слова,Слово скажет, как отрубит,Потому что – голова.

Слабосильный прыщ-задираХорохорится – беда!Но – у церкви, у трактира,Всюду бит он и всегда.

Сильный – силы зря не тратит,Но зато в прямом бою,Коль нахвалыцика он хватит,Хватит так, что уй-ю-ю!

О проклятом польском панеЕсть заботиться кому:Снаряженье англичанеИ французы шлют ему.

Мы ж для нашей обороныСами мощь свою куем:Сами делаем патроны,Сами пушки наши льем.

Нам снаряды для сражений,А не «хлопанья» нужны,Так военных снаряженийЗря мы тратить не должны.

Колотушкин Кузя – шалый,Иль Кузьма Хлопушкин тож,Это, братцы, вредный малыйИ в бойцы совсем не гож.

«Хлопать» – нам не по карману.Чтобы пана нам свалить,Надо метить в брюхо пану,А не на ветер палить.

Тит-лодырь*

«Тит, иди молотить».

«Брюхо болит!»

«Тит, иди кисель есть».

«А где моя большая ложка?»

Перезвон звенит пасхальный:«Делень-делень-делень-день,Делень-день,Делень-день,День,День!..»На полатях Тит печальныйДрыхнет, дрыхнет целый день,Целый день.В голове у Тита пусто,В животе – не густо.«Тит!»«Проваливай отсель!»«Тит, советский ел кисель?»«А каков на вкус-то?»Тита голод ущемил,Коммунизм ему не мил.Лодырь прав отчасти:Ждал он сладких пирогов,Ягод сочных,Рек молочныхИ кисельных береговОт Советской власти, –Дождался ж… напасти.Это ль Титу манифест:«Кто не трудится – не ест!»Истинные страсти!Сколько Титов на РусиНа полатях дрыхнет?К Титу порох поднеси,Ни за что не вспыхнет.Тит – не мыт, на нем – кора,А уж вошь – на племя!«Тит, почиститься пора!»«Ладно, будет время».

«День-делень-делень-делень,День-делень,День-делень,Лень,Лень!..»На полатях Тит угрюмый.«Тит, подумай…»                 «Думать лень!»«Думать лень!»Тит лежит, лежит колодой:«Во! Попробуй, угрызни!»С этой лодырской породойМного будет нам возни!Не жалея крови-поту,На заглохшей полосеДружной ратью на работуВстанут труженики все.И когда рабочей ратиЧас придет снимать плоды,Тит, покинувши полати,Влезет в первые ряды:«Братцы, я… да всей душою!..Что коса мне, что метла!..»Сядет с ложкою большоюТит у общего котла.Но… обильною окрошкойВряд ли Тит набьет кишку:Кто-нибудь его же ложкойРазобьет ему башку!

У заводских ворот*