Георгий Иванов - Стихотворения (Полное собрание стихотворений)

<1916>

579. СВЯТОЧНАЯ ПОЕЗДКА

Настали солнечные святки,И, снег полозьями деля,Опять несут меня лошадкиВ родные дальние края.

Мороз и снег. Простор и воля.Дорога ровная долга.Задорный ветер веет волей,Блестит зеленая дуга.

И колокольчик подпеваетВеселым звоном ямщику.И сладко сердце забываетСвою тревогу и тоску.

Мы все томимся и скучаемИ долю грустную клянем,Мы ночью звезд не замечаемИ солнца мы не видим днем.

Но стоит только город бросить —И снова оживаешь ты,Вновь сердце бьется, сердце проситПростой и ясной красоты.

Душой овладевает негаПустых таинственных полей.И что тогда милее снегаИ ветра вольного милей?

…Плетень разломанный и шаткийОтбросил голубую тень.Но резвые — летят лошадки,И вот — уж далеко плетень.

Леса на горизонте, иней,Темнеет издали река,А в небе — золотой пустыниПлывут, слетая, облака.

Скрипят полозья, точно лыжи,И напевает бубенец,Что с каждым шагом ближе, ближеДороги сладостной конец.

Как хорошо проснуться дома(Еще милей, чем дома лечь!)Все там любимо и знакомо;Трещит натопленная печь.

Как хорошо напиться чаюВ столовой низкой, в два окна,Где, верно сердцу отвечая,Покоем веет старина.

И сладко знать, что в самом делеПрийдут волхвы, зажгут звезду,Что две счастливые неделиЯ в этом доме проведу.

<1916>

580

Теплятся жаркие свечиВ сельских убогих церквах,Тихие слышатся речи,Тихое горе в глазах.

Ветер шумит над деревней,Веси пылью поит,Рядом с старушкою древнейС мальчиком баба стоит.

Низки земные поклоны.Милой-то нынче — солдат.В темных окладах иконыХмуро и тускло глядят.

Вспомнить ли луг изумрудный,Теплое солнце весной?Дети… И справиться трудно,Горько работать одной.

Знаю, родная, что горько.Бога покрепче моли.Уж занимается зорькаКрасной победы вдали.

Сила немецкая гнется,Глохнет в неравном бою.Скоро и милый вернетсяВ темную хату твою.

<1917>

581. КУЛИКОВО ПОЛЕ

Когда я слышу — ветер воет,Морозным снегом в окна бьет,Что сердце тайно беспокоит,О чем тоска ему поет,

Я слышу, словно отзыв тайный,И, через сумрак голубой,Неизъяснимый и печальныйШуршит таинственный прибой.

Растет неясная тревога:Зовет куда, о чем поет?..Нагие ветки шепчут строго,Морозный ветер в окна бьет.

Вот — отступает все живоеВ объятья мглы, в пределы сна.Я вижу поле роковое,Где кости павших и луна.

Давно здесь рокотали громыИ стрел врывалися дожди —Разбиты крепкие шеломы,Недвижны павшие вожди.

Глядит луна холодным взором,Дробится в омуте ручья;Над полем крадется дозоромГлухая сила воронья.

Но нет! Бегут виденья ночи,И, зыбкой славою горя,С улыбкой смотрит мертвымНад Русью вставшая заря.

Да, много павших в битве славной,Но подвиг светлый совершен —В борьбе тяжелой и неравнойТатарский латник побежден.

О, поле, поле Куликово,Ты первый луч средь черной мглы!Достойно имени какого,Какой достойно ты хвалы.

Навстречу вражеским преградам,Любовью к родине святы,Удельный князь и ратник рядомНесли тяжелые щиты.

Пусть гневно кличет ворон черный;Мы знали — царь всевышний благ,Мы знали, что нерукотворныйНад Русью светлый веет стяг.

Да, мы падем за честь отчизны,Мы все костьми поляжем тут,Но даже имя нашей тризныПотомки — славой назовут.

Несите братские молитвыО всех, о всех, кто пал в бою,В великий день великой битвыПогиб за родину свою.

И, сквозь свинцовый мрак столетий,Пожаром сладостным горя,Моленья пламенные этиЗлатит нетленная заря!

<1917>

582. ДЕКАБРИСТЫ

Декабристы,Это первый ветер свободы,Что нежданно сладко повеялНад Россией в цепях и язвах.Аракчеев, доносы, плетиИ глухие, темные слухи,И слепые, страшные вести,И военные поселенья.Жутко было и слово молвить,Жутко было и в очи глянуть.Суд продажный творил расправу.Вдруг повеял ветер свободы,Вдруг запели вольную песнюДекабристы!

День морозныйБыл нерадостным солнцем залит.Заиграли трубы в казармах,Заблестели холодом ружья,И полки на улицу вышли."Ну, товарищи, Бог нас видит,Постоим за правое дело,Разобьем постылые цепи,Есть присяга вернее царской,То присяга родины милой,Умереть за нее — клянемся!"Обнимали друг друга, плача,И сияло зимнее солнцеТак тревожно, темно, печально,Точно знало…

Точно знало:Близок час — и серые пушкиЗадымятся вдоль по Галерной,И мятежники в страхе дрогнутПред железною царской силой…"Все погибло — прощай свобода —Чья судьба — тосковать в Сибири,Чья судьба — умереть на плахе.Все погибло — прощай, свобода".Грохотали царские пушки.И туманилось дымное солнце,И неправда торжествовалаНа Сенатской площади мертвой.Вольный ветер свободы милой,Где ты, где ты!

Декабристы!Умирая на черной плахе,Задыхаясь в цепях в Сибири,Вы не знали, какою славойИмена засияют ваши.Слава мученикам свободы,Слава первым поднявшим знамя,Знамя то, что широко веетНад Россией освобожденной:Светло-алое знамя чести.Пропоем же вечную памятьТем, кто нашу свободу начал,Кто своею горячей кровью.Оросил снега вековые —Декабристам!

<1917>

583

Кто говорит: "Долой войну!",Кто восклицает: "Бросим меч!",Не любит он свою странуИ речь его — безумца речь.

Ведь все мы потом и трудомСвой созидаем кров и дом,И тяжко каждому своюПокинуть пашню и семью.

Но непреложно знаем мы,Что только сильным духом — вестьО мире солнечном, средь тьмы,Господь позволит произнесть.

Затем, что пролитая кровьЗа честь и веру, и любовьВ великий и тревожный часЗовет сражаться властно нас.

Друзья! Мы были юны все,И нас заботливая матьЛюбви — божественной красеУчила верить и внимать.

И вот знамен трепещет шелк,И слово честь, и слово долгСреди блаженной тишиныТак звонко произнесены.

Кто услыхав — остался глух,Тому презренье — он не наш.В ком победил крылатый дух,Достоин славы гордых чаш.

Настанет день. И слово "мир"Звончее будет громких лир,Торжественнее пенья птиц,Пышней победных колесниц.

Тогда мы скажем: "Вот конец,Достойный чести и любви.Вот искупительный венец,Омытый в пролитой крови!"

И бросим меч, и мирный плугУже не выпустим из рук,На все четыре стороныРазвеяв черный прах войны.

<1917>