История, оперенная рифмой - Натан Альтерман

подвергались подобным гонениям, то от «чужих» оборонялись еще яростней. Тем большее уважение вызывает гражданское мужество Альтермана, возвысившего голос в ситуации, когда многие предпочитали трусливо помалкивать. Стихотворения из цикла «Песни борцов за светлое будущее» написаны от имени этих борцов, благодаря чему сарказм автора становится еще более наглядным и разящим. Стрелы попали в цель и вызвали яростную реакцию сталинистов, которым пришлось пустить в ход тяжелую артиллерию — своих союзников из числа уважаемых представителей общественности. К примеру, легендарная пальмахница Рахель Сабурай, бывшая напарницей Меира Ѓар-Циона в их знаменитом походе на Петру[31], опубликовала в те дни «открытое письмо», в котором остро полемизировала с Альтерманом и его колонкой. Но Альтерман был не из пугливых — всеобщий хор осуждения лишь еще более ожесточил его позицию.

Стихотворение «Из песен борцов за светлое будущее» (משירי לוחמי המחר) было опубликовано 5.12.1952 в газете «Давар». Сокращенный перевод.

В день судилища кривды, бесчестной и серой,

сформулируем заново старый догмат

и, подкрасив дворец облупившейся веры,

мы усилим броней ее вечный фасад.

Ничего, что концы не сойдутся с концами,

не беда, что вершит справедливость злодей —

мы от лишних вопросов укроемся в храме —

в светлом будущем, липком от крови людей.

Мы готовы на все, как примерные дети —

солнце социализма — спасенье от тьмы.

Оно светит давно вкривь и вкось — если светит,

но иного светила не ведаем мы…

Мы его беззаветно прикроем телами,

ну а ежели кто-то отступит на шаг,

мы докажем, что спорить и меряться с нами

не рискнет даже самый упрямый ишак.

Мы себе не позволим хотя б на минутку

усомниться в жрецах пролетарских идей,

хоть в суде этом пражском, суде этом жутком

непохоже, чтоб люди судили людей.

Здесь свобода навету, свобода поклепу —

на позорной скамье, на судейском столе,

здесь свобода свободу ведет к эшафоту,

и свобода висит, задыхаясь в петле.

Ну и что? Разве это причина для стресса?..

Лишь одно нас сейчас утешает слегка:

относительно тяжкой железной завесы

мы пока что — по сторону эту… Пока.

Удивительное удивление

Стихотворение из того же цикла «Песен борцов за светлое будущее» написано по следам «удивления», выраженного газетой «Аль Ѓа-Мишмар» в связи с тем, что сталинское «дело врачей» сопровождалось антисионистской кампанией. Не возражая ни словом против самого «дела», израильские сталинисты робко протестовали против «привязки» сионизма к «преступлениям врачей-отравите лей».

«Группа граждан Советского Союза, — писала „Аль Ѓа-Мишмар“, — обвиняется в действиях, которые квалифицируются советскими властями как контрреволюция и измена Родине. Вместе с тем нас снова удивляет попытка привязать эти тяжкие обвинения, хотя бы и косвенно, к сионизму».

Пародируя сталинистов из партии МАПАМ, Альтерман выражает от их имени покорнейшее верноподданное согласие со всеми советскими судебными процессами — прошлыми и нынешними; лишь один факт вызывает «удивительное удивление» израильских коммунистов: «ну при чем же тут „Джойнт“ и при чем тут „Сохнут“?» Нельзя ли, оставив все прочее, как-нибудь исключить нас из списка врагов… ну, если не исключить, то хотя бы не упоминать… ну, пожалуйста, ну что вам стоит — мы ведь «свои», пролетарские…

Стихотворение «Удивительное удивление» (התמיהה היחידה) было опубликовано 16.01.1953 в газете «Давар».

1

Большевистская гвардия, люди идеи,

знаменосцы великих побед Октября

были втайне предатели, гады, злодеи

и врагу продавали страну почем зря.

Только госбезопасность на страже народов,

за поганую руку схватила уродов!

Все сознались: Бухарин, и Рыков-шпион,

и Зиновьев, и Каменев-хамелеон.

Их поставили к стенке и крикнули: «Пли!»,

чтоб не портили жизни народам земли.

Ну, а наш инструктаж подрастающей смене

был, как меч революции, быстр и пунцов:

если гвардия эта созналась в измене,

значит, так ей надо, в конце-то концов.

2

Представители партий, друживших с Россией,

и вожди демократий окрестных дворов

оказались шпионами буржуазии,

паразитами, змеями, бандой воров.

Хорошо, что ГэБэ, щит советских народов,

за преступную руку схватила уродов!

Все, опять же, сознались: и Райк[32], и Костов[33],

и Клементис[34], и Сланский[35] — поганей глистов.

Этим пуля досталась, а этим петля —

будет чище без подлых наймитов земля!

Ну, а наш инструктаж подрастающей смене

объяснял символичность таких перемен:

ведь шпионы публично сознались в измене —

революция-мать не прощает измен.

3

Доктора в кабинетах, в больничных палатах,

в чьих руках пребывало здоровье вождя,

обернулись убийцами в белых халатах,

что губили людей, никого не щадя.

Если бы не ГэБэ неизбывная сила,

эта подлая банда бы всех отравила!

Все, конечно, сознались, ну что за вопрос —

печень, сердце, и ухо, и горло, и нос…

Говорят, и Михоэлс, из мертвых восстав,

на допросе признал преступленья состав.

Ну, а мы говорим подрастающей смене:

нету места сомнениям в нашей среде,

потому что когда заподозрят в измене,

признаются, как правило, все и везде.

4

Гм… ГэБэ-то… Представьте: герои охраны,

несгибаемый полк неподкупных бойцов,

был на деле ордой лизоблюдов поганых,

на подхвате у подлых британских купцов!

Даже страшно подумать, чем кончилось бы,

Если б не было новой хорошей ГыБы.

Ну а мы, как всегда, инструктируем смену

объясняем решенья, подходы, пути:

Революция, дети, находит измену

там, где нужно ей эту измену найти.

Так что все в лучшем виде. Спокойствие, братцы.

Коммунисты с пути никогда не свернут!

Лишь одно заставляет слегка сомневаться:

ну при чем же тут «Джойнт» и при чем тут «Сохнут»?