Демьян Бедный - Том 5. Стихотворения 1941-1945. Статьи

«Разлука ты, разлука!»*

   «Куда я ноги унесу-у-у-у!   Как я волчат своих спасу-у-у-у!Я растеряла их и след их позабы-ы-ы-ыла!» –      В глухом лесу      Волчиха выла:Она рождественской студеною порой      Переживала муки         Разлуки   С «родной своею детворой».Чужая детвора – совсем иное дело:   Тут знай лишь тешь свою корысть,Не уставай чужих детей терзать и грызть,   Нагуливай, волчиха, тело!Под волчьим лозунгом – «своих детей беречь,      Чужих – изничтожать разбоем!» –   Свою «рождественскую» речь   Поганый Геббельс начал воем:

Если в мирное время у немцев рождество было праздником семьи, то теперь, когда война достигла кульминационной точки, оно превратилось для миллионов немцев, если можно так выразиться, в «праздник разлуки». В нынешнем году этот праздник встречают вдали от родины и близких бесчисленные немцы-солдаты на фронте, рабочие на отдаленных предприятиях военной промышленности, матери, эвакуированные вместе с детьми или выполняющие свою работу в угрожаемых районах, в то время как их сынишки и дочурки, огражденные от ужасов вражеского воздушного террора, живут в детских лагерях. В этот час немецкая тоска по близким витает над всей страной, как и над далекими краями, объединяя любящие и любимые сердца.

Какая лирика! Каких мелодий звуки!   Какой надрыв! Какие муки!   Какой истошный волчий вой!Плут изолгавшийся ломает скорбно руки, –   Рождественский сочельник свой   Назвал он «праздником разлуки»!

   Нам это слышать каково!   Нам, русским людям, у кого   Из мест, пустынной ставших гарью,   Похищено фашистской тварью,      Разлучено с родной         СтранойДля жизни каторжной, мучений повсечастныхТак много юношей и девушек прекрасных!      Негодовать ли на зверей,      Замучивших, осиротивших,      С детьми родными разлучивших      Советских столько матерей!Нет, мы напрасных слов перед зверьем не тратим.      Долг красен платежом!Псам, нас хотевшим взять разбоем, грабежом,      Мы по заслугам платим.Тому свидетели – они, как лес, густы, –      Псов надмогильные кресты!Фашисты этого ль искали «урожая»!   Их приняла земля чужая   - Родная наша сторона! –   Согласно песне. Вот она:      «Разлука ты, разлука,      Чужая сторона!      Никто нас не разлучит,      Лишь мать сыра-земля!»

Изведав на спине советскую науку,   Пой, Геббельс, песню про разлуку!Скули, ослиными ушами шевеля!Немецкая взбесившаяся тля,      Что заслужила,      То получила:Мильоны немчуры советская земляС землей немецкою навеки разлучила!      Спи, Фриц, в краю чужом!      Долг красен платежом:      Захватчику – могила!

Ленин – с нами!*

Высоких гениев твореньяНе для одной живут поры:Из поколений в поколеньяОни несут свои дары.

Наследье гениев былого –Источник вечного добра.Живое ленинское словоЗвучит сегодня, как вчера.

Трудясь, мы знаем: Ленин – с нами!И мы отважно под огнемНесем в боях сквозь дым и пламяВенчанное победой знамяС портретом Ленина на нем!

Фашистские «ангелочки»*

Ведь были до чего ж фашисты все рысисты      И оголтело-голосисты,      В разбойный двинувшись поход!Они-де цвет земли, немецкие расисты!      Они-де «нация господ»!«Неполноценным всем народам смерть иль рабство!» –Ан приключилася с фашистами беда.Увидя свой провал, пустились «господа»      На неприкрытое арапство:Сердечком губы, скромный взгляд, –Завуалировав своих речей похабство,      Они юлят, они скулят:

Тупоумная свора на Западе, которой еще со времен Карлейля недоступны духовные ценности Европы, начитавшись Ницше и Розенберга, но не поняв их, выдумала пропагандистскую сказку о том, что немцы мнят себя «нацией господ» и стремятся подчинить себе все остальные народы, считая их «неполноценными». К сожалению, немцы уже в начале средних веков не были нацией господ и с тех пор не чувствовали себя таковой. Если же национал-социалистская Германия вообще еще употребляет это выражение, то она разумеет под этим совсем не то, что в Англии считается «господством».

«Не то! Совсем не то!»Выходит, голова у немца – решето:Забыл он, что писал. Мы помним, что читали.Как уморительны немецкие детали:«Мы, к сожалению, давно не господа,И если так себя зовем мы иногда,Так это ж „просто так“… Нас зло оклеветали!Кой-кто из нас писал – совсем не важно кто! –Насчет немецкого всемирного господства…      Так это же совсем не то!      Нет никакого даже сходства!      За что ж поносят нас! За что!»      Их надо гладить по головке.Бывает разный плач, но самый мерзкий плач,      Когда расплачется палач,Внезапно очутясь в нежданной обстановке:Суд, справедливый суд, стал угрожать ему,Придется палачу, как видно, самому      Висеть на собственной веревке.Он в страхе мечется, как крыса в крысоловке:Да, он палаческим гордился ремеслом,      Хвалился жертв своих числом,Он вешал у Днепра, на Немане, на Висле.      Винить его, однако, в чем!      Он был, нет спору, палачом,      Но палачом – в особом смысле!На виселицу он не как-нибудь волок,А к делу применял особую сноровку.      Он – не палач, он – ангелок!      Снимите с ангела веревку!

Дела у немчуры сложились – не ахти,Так в оборот они пустили размалевку:      «Фашисты – ангелы почти!»Фашистских «ангелов», родной боец, почти      И, приложив к плечу винтовку,      За все им честно заплати:«Коль, немец-душегуб ты „ангел во плоти“,То получи-ка „в рай“ свинцовую путевку!»

Предзнаменование*

Осыпал звездный дождь кремлевские бойницы.Куранты древние час поздний ночи бьют.По всей стране гремит гром пушечный столицы,Родным богатырям торжественный салют!

Триумф их Корсуньский войдет в века – былиной:     Здесь наши славные бойцы     Вождя стратегии орлиной     Явили чудо-образцы!

     Числа трофеев их военных     Не подсчитать в короткий срок.Разбита армия разбойников отменных.Убитые молчат, и хмуры лица пленных.Преступников настиг неотвратимый рок.     Для идиотов «полноценных»     Какой разительный урок!

Пришел за ночью день. Над нами небо сине.     Сверкает солнце. Даль светла.     Москва ликует. А в Берлине     Непроницаемая мгла.

Средь штаба, метивший в Наполеоны сдуру,     Сидит фашистский сверхболван.     Дрожа за собственную шкуру,     Он сочиняет новый «план».

Но, хорохоряся с оглядкой беспокойной,Он всем нутром дрожит, как в лихорадке знойной.Как шулер пойманный, продувшийся дотла:Он знает, что его проиграны делаИ что с фашистскою своей ордой разбойной     Не избежать ему «котла»!

Обиженный вор*