Грёзы - Илья Бровтман

руках.

Мы в шоколаде никогда не тонем,

Хотя наверно каждый был бы рад.

Ты на зубах, на пальцах, на ладонях,

И на губах есть тоже шоколад.

Тебя кусать я больше не сумею.

Ты превратилась в жидкий, сладкий ком.

На свете нету ничего вкуснее,

И я тебя касаюсь языком.

На языке пленительно и сладко.

Я никому язык не покажу,

Пока не съем всю плитку без остатка

И пальчики свои не оближу.

Август 2002

Ангел

Я нёс своих страданий крест,

Укрывшись от дождя и града.

За это, видно, Бог с небес

Послал мне Ангела в награду.

Обняв меня своим крылом,

Шепча на ухо нежно что-то,

Ты вмиг наполнила мой дом

Своей любовью и заботой.

И мы познали благодать

В порыве нежного признанья.

Но Бог, от зависти, видать

Подрезал крылья в наказанье.

Обильны слёзы и горьки.

Болят лопатки нестерпимо.

Но всем невзгодам вопреки

Твоя любовь неугасима.

Всевышнего благодарю,

Ведь он послал мне эту встречу.

О! Если б мог я боль твою

Взвалить как крест себе на плечи.

Возможно, Бог нас испытать

Решил, страданья посылая.

Не стоит пеплом посыпать

Главу. Она итак седая.

Мечтаю я, что бы и впредь

Горели от желаний губы.

Нам не удастся постареть.

Мы молоды, пока мы любим.

Март 2020

Букет подснежников

Я осторожно обниму тебя,

В глазах твоих весной играет лето,

Губами прикоснусь к тебе любя,

И подарю тебе букетик этот.

Он раскрывает нежный свой бутон,

Согретый солнцем, ласковым и нежным,

Заботливо под снегом сохранен,

И потому его зовут подснежник.

Он мал, невзрачен, не душист,

Он пахнет лесом, а не летом,

А лепесток невинно чист,

И любим мы его за это.

Источник жизни в том цветке,

Вся жизнь покоится на первом,

Упрямо кровь стучит в виске,

При первом поцелуе верном.

Ему никак не изменить,

Как ожиданье и признанье,

Ведь первый в жизни не забыть,

Как не забыть весны дыханье.

И я дарю тебе цветы,

Что бьются с сердцем унисоном,

И я хочу, что б все мечты,

Твои раскрылись, как бутоны.

Март 1995

Вкус сметаны

Я старый кот, а ты моя сметана,

Тебя я осторожненько лизну.

Я от тебя без валерьянки пьяный.

С тобой почуял вечную весну.

Да разве есть, сметаны что вкуснее.

Ты не гони, а лучше позови.

Как рад, что ем сметану по весне я,

Под нос, мурлыча песню о любви.

Вот я в тебя всей мордой зарываюсь.

Сметана на усах и на ушах.

К тебе я крепко-крепко прижимаюсь,

С счастливою улыбкой на устах.

В меня ты постепенно проникаешь,

Все меньше в блюдце, больше в животе.

От счастья и от страсти утопаю,

Я в белизне твоей и чистоте.

Как рад, что оказался в меру смелый.

Я съел тебя и облизал все дно.

Я твой, а ты моя, теперь всецело.

Теперь с тобой мы целое одно.

Август 2003

Встреча

Я счастлив, что сегодня вновь

Я обниму свою любовь,

И приласкаю.

Я без тебя был как во сне,

И пробуждаясь в тишине

Я изнываю.

Тебя схвачу и обниму,

Не дав вздохнуть, тебя сожму,

И как невежда,

Я налечу и закружу

И заласкаю, обнажу,

Сорвав одежду.

Ты в бездну ласки попадешь,

В моих руках ты запоешь

Сонату страсти.

Тобой упьюсь и буду пьян,

Твой гибкий стан, твой талисман,

Порву на части.

Не обижайся — я скучал,

И долго ждал и успевал

Истосковаться,

В глаза взгляну, к тебе прильну,

В тебя проникну, проскользну,

Чтоб там остаться.

Август 1998

два холма

Я тебя накрою как волна,

По устам пройдусь, скользну по шее.

Есть на милом теле два холма,

Что манят к себе всего сильнее.

Словно в них какой-то есть магнит,

Соком спелым в сердце моем брызнет.

Что всегда зовет к себе, манит,

В них огонь любви, источник жизни.

У подножья их мои уста,

Я взойти не смею на вершину.

И нальется соком высота,

Под немыми ласками мужчины.

Я взойду по склонам мягких гор,

Что от ласки сделались упруги.

Каждый раз, впервые с давних пор,

Я хочу назвать тебя супругой.

Я губой скользну по волоску,

Что так редко в горах прорастает,

И устами прикоснусь к соску,

Языком шершавым покатаю.

Поплывет под нами небосвод,

В тайны ночи темной окунемся.

И как будто соком зрелый плод,

Под моими ласками нальется.

В ягодке соска сплошной нектар,

Ты вздохнешь неслышно, еле-еле,

Страсти женской несравненный дар,

Растечется в истомленном теле.

Тела зов, неясный зов крови,

Нас с тобой сведет в желаньи бренном.

И тогда поэзия любви,

В танце закружит тебя священном.

Будет эта нежная весна,

Жарче солнца, голубее неба,

Слаще меда и пьяней вина,

Раньше Бога и сытнее хлеба.

Август 1994

Ода морозу

Я холоду признателен, который

Любимую в объятья погрузил.

В нее проник я, словно воздух в поры,

И милую обнял, что было сил.

Хочу ее ласкать, не зная сна, я,

И до утра в объятьях согревать.

Я рад забыться, в небо улетая,

И крепко, крепко к сердцу прижимать.

В уста ее проникнуть сможет снова,

Мой поцелуй, возвышенный как храм.

Ее согреет ласковое слово.

Тепло сердец не даст замерзнуть нам.

Июль 2002

Девичий гардероб

Я хотел бы, чтоб жар-птица

Мне перо дала