Собрание Сочинений. Том 3. Произведения 1970-1979 годов. - Хорхе Луис Борхес

которые можно прочитать «и в фантастическом ключе», автор имеет в виду как раз две эти новеллы. Но то, что он не указывает, о каких именно рассказах идет речь, кажется, дает возможность считать фантастическими любые другие, казалось бы, вполне «реалистические» новеллы.

3

В предисловии к сборнику «Хвала тьме» (1969) автор писал, что «к обычным зеркалам, лабиринтам и клинкам, с которыми уже смирились мои читатели, здесь прибавились две новые темы: старость и этика» (Borges J. L. Obras completes, 1923–1972. Madrid, 1977. P. 975).

4

См.: Sarlo B. Introduccion а «Еl informe de Brodie» (1995) // Borges Studies on Line. J. L. Borges Center for Studies & Documentation. Internet: 07/07/99 (www.hum.au.dk/romansk/borges/bsol/bsbrodie.htm).

5

Из постскриптума 1974 г., добавленного после выборов, вернувших к власти прежнего диктатора Перона: «Сармьенто нашел слова для стоявшей перед страной альтернативы: цивилизация или варварство. Теперь мы знаем, что выбрали аргентинцы» (см. наст, том, с. 422).

6

Напомню, что «отсутствие воображения» открывало перечень особенностей рядового аргентинца в раннем эссе Борхеса «Наши недостатки» (см. наст, изд., т. 1, с. 490–491).

7

Fuentes C. Jorge Luis Borges: La herida de Babel // Fuentes C. Geografia de la novela. Madrid, 1993. P. 53.

8

Мераб Мамардашвили в похожем парадоксальном случае говорит о незеркальном зрении, о задаче «увидеть незеркальность» (Мамардашвили М. К. Эстетика мышления. М., 2000. С. 170). Напомню, что в рассказе «Алеф» противостояли друг другу символы зеркала и карты, условно говоря, физическое отражение противопоставлялось символическому преображению. В таком контексте видеть значило бы понимать, тогда как нынешнее «всего лишь зрение» исключает понимание, фактически означает (имеет своей предпосылкой) непонимание, слепоту к смыслу: «Если бы мы в самом деле видели мир, мы бы его понимали», — признает рассказчик новеллы «There are more things».

9

Но это значит, что подобная монета, как заир в одноименном рассказе, и сама не может быть мерой (эквивалентом), а может быть лишь символом, знаком перехода к, так сказать, другой системе отсчета — к миру «безмерности» от «мира мер», говоря словами Цветаевой. Не зря в зрительном описании заира (опять-таки полемика со зримостью как удостоверением реальности, показом как доказательностью) подчеркивается невозможность отделить системное от случайного, повторяющееся от единственного: смысл нанесенных ножом царапин под двумя буквами и цифрой на той конкретной монете, которая досталась рассказчику, непонятен, и они как будто бы входят в ее чекан, в отчетливый рисунок, не отпускающий как наваждение. Зрение снова парадоксально приравнивается к непониманию.

10

Соотнесенность с субъектом составляет, по Канту, основополагающую характеристику эстетического. Содержанием эстетического отношения, для Канта — чисто «формальным» (целесообразность без цели), выступает не объект видения, а сама конструкция зрения; ср.: «То, что в представлении об объекте чисто субъективно, то есть составляет его отношение к субъекту, есть эстетическое свойство представления…» (Кант И. Критика способности суждения. М., 1994. С. 59).

11

О конструкции, символике и значении бесконечности в культуре см.: Zeliini Р. Breve storia dell’infinito. Milano, 1980. Ha примере борхесовской мысли см.: Champeau S. Borges et la métaphysique. Paris, 1990; Nicolas L. Borges et l’infini // Variaciones Borges. 1999. № 7. P. 88—146.

12

Вдобавок к сказанному об общности, сообществе и встрече можно назвать эту и другие новеллы данного сборника историями обмена; тогда новеллы «Сообщения Броуди» — это истории жертвоприношения. Однако уже говорилось, что оба сборника 70-х гг. связаны и перекликаются между собой. Так, в основе общин из «Конгресса», «Секты тридцати», «Утопии уставшего» — жертва или память о жертвенной гибели: герои «Конгресса» умирают или погибают в символическом 1914 г., Иуда вешается, в «Утопии» герои кончают с собой, вспоминая о «филантропе по имени Гитлер».

13

В стихотворении «Надпись» из сборника «Железная монета» сама надпись китайскими иероглифами называет себя непонятной, «загадочной». Ее текст остается непереведенным и неизвестным нам, а стихи, представленные «от имени» надписи, разворачиваются в сослагательной модальности: «я могу быть… молитвой, сном, притчей», наконец, твоим, читатель, именем и даже всей вселенной (поглощающее целое и здесь дается как часть перечисления). В заключение надпись умоляет автора и читателей сохранить ее темноту, «оставить во мраке», не излагать, не переводить.

14

Во вставном эпизоде с таверной подвыпивший солдатрассказывает о диковинке по имени фонограф, которую по звуку в темноте приняли было за человека и по которой дали залп из винтовок: сцена, которой герой из-за сосредоточенности на своем и страха перед окружающим не воспринимает, не понимает и которая по многослойно-ироническому смыслу близка к детской игре в театр из новеллы «Поиски Аверроэса».

15

В миниатюре «Этнограф» (сб. «Хвала тьме») герой отказывается преодолевать границу между двумя смысловыми мирами, которую он познал на себе и смысл которой понял: он не возвращается в мир индейцев и не передает полученный опыт («тайну») ни устно, ни на письме.

16

См.: Blanco М. Nouer une corde de sable: A propos de la nouvelle «El libro de arena» // Variaciones Borges. 2000. № 10. P. 97—118. Исследовательница явно отсылает здесь к известному эссе Мориса Бланшо «Литература и право на смерть» (см. его в кн.: Бланшо М. От Кафки к Кафке. М., 1998. С. 9—56).

17

Об этом мотиве, его символической нагрузке и сюжетном развертывании см.: Дубин Б. В. Зрелость, слепота, поэзия // Наст, изд., т. 2, с. 6—12.

18

См. наст, изд., т. 2, с. 351.

19

Balderston D. Borges: The Argentine Writer and the «Western Tradition» // Borges and Europe Revisited. London, 1998. P. 45 (имеется в виду новелла «Кафка и его предшественники»),

20

Все три переведены теперь на русский язык и изданы в составе серии «Личная библиотека Борхеса» издательства «Амфора» (СПб, 1999–2001).

21

Декарт Р. Избр. произведения. М„1950. С. 337.

22

Carter А. Borges the Taxonomist // The Borges Tradition / Ed. by Norman Thomas Di Giovanni. London, 1995. P. 37.

23

Ibid. P. 46.