Марина Хлебникова - Проверка слуха

* * *

Прошло семь лет,а может быть, семь бед,а может, семь весёлых каруселеймимо тебя галопом пролетели,а может, семь дождей и семь метелейсемь раз успели замести мой след…А может, не случилось ничего?А может быть, по капельке всего…Что до того?Теперь мне дела нет…

* * *

В темной роще кукушкамне года ворожит,привирает болтушка, —столько мне не прожить!Столько мне и не надо!Столько мне не поднять!Поживу, сколько в радость,чтоб самой не устать,чтоб друзья не устали,чтоб остались враги,чтоб своими глазамивидеть, как в бочагипо весеннему лесуутекает зима,чтобы там, а не в креследень последний сломать,как сургуч на конверте,где отмечен мой срок,и водой, а не смертьюускользнуть в ручеёк…

* * *

Я люблю неспешные поездки,чай вагонный с угольным дымком.Прадед мой, служивший на «железке»,с этим вкусом тоже был знаком.

Я люблю глухие полустанки,где старушки — тихий наш закат —с молоком в холодной скользкой банкек поезду поспешно семенят.

Я люблю, когда молчат соседи,и стаканы, тонко дребезжа,повторяют: «Едем… едем… едем…» —по «железке» — лезвию ножа…

* * *

Япония, манишь ты неспроста:как скрытая вуалью красота,как чья-то тень манит из-за угла,как женщина, что так и не пришла,как прерванный в начале разговор,как эдельвейс — хранитель тайны гор,как тайнопись древнейшего листа —Япония, манишь ты неспроста…

* * *

Бытует легенда о том, как седой каллиграфна улице знойной, приличья и нравы поправ,на белом халате японки свой знак начертил —знак вечной дороги бессмертных небесных светил.

Рассеянность гения сделала белый халатне просто халатом — ценнее он стал во сто крат,отдельною жизнью зажил — своим счастьем, тоской,как всё, что согрето искусной и умной рукой…

Так краток, пределен и так удивительно простнаш путь от рожденья до смерти, от солнца до звёзд…И счастье немногим — прошедшим сквозь вечный покойтвореньем бессмертным, а может быть, просто                                         строкой!

* * *

Вы, забежав вперед, не стали ближе!..Я улыбнулась?.. Вы тут не при чём!..Пустой вопрос: «Когда я вас увижу?»лишь краем оцарапал мне плечо.

Но отдавая дань словесной моде,отвечу не всерьёз и не шутя:— А это, друг ненужный, по погоде!Увидимся на краешке дождя!..

…Лукавит дождик — ласковая сводня,на мокрые полоски делит сквер…Что это значит? Встретимся сегодня?А может, после дождика в четверг!..

* * *

С рожденья бесхозные псы,на свалках царящие вольно,нет лужи — полижут росыи малостью этой довольны.Хозяина нет — не беда,любому хвостом повиляют.Нет друга — не будет вреда,ведь кто не имел — не теряет.Такого хоть Шарик, хоть Рексокликни — несётся покорно…Ах, этот помоечный плебс,взращённый в почтении к корму!Но ближе мне в тысячу разне те, что ветшают в безболье,а те, что за ласку на часна лапы давить не позволят,что верно хранят имена,пройдя сквозь фавор и измену,и стойко — во все времена —не ищут хозяевам смену.Их можно поймать, привязать,заставить взбеситься со скуки,но их не заставишь лизатьчужие, случайные руки…

* * *

Опять крылом взметнулся парус,опять все сказаны слова,и вымпела веселый гарусопять ласкает синева…Отжатый линией прибоя,ты даже в мыслях не со мной:азартно ждёшь начала боя,а я прошу быть лёгким бой!..Я постою ещё немногои посмотрю на хрупкий след —твоя любовь, твоя дорога,а мне туда дороги нет!Мы в духе времени, ты видишь,но всё же чуть тревожно мне:твои дела — дела твои лишь.Мои дела — мои вполне…Мне не смешно, но рот смеётся —в дороге горечь не нужна,и я желаю, как ведётся,семь футов под килём до дна!Тебе гадает ветер свежий,как в сказке о Златом Руне…Да поведёт тебя надежда!…А что ты пожелаешь мне?..

* * *

Не толкуй мне о причинах:было то, мол, стало — это!..Брось, разгладь на лбу морщины —я сама найду ответы.

Просто два ручья не слились —расплескались у излуки…Просто мы поторопилисьпротянуть друг другу руки…

ЖЕМЧУЖНАЯ ЛЕГЕНДА

Уронила луна слезу,на небесном катясь возу,в полнолуние.

Подобрал ту слезу рыбак,только в доме его и такслёз достаточно.

Бросил в море — волна в накат:— Не хочу день и ночь подрядя слезу точить!

Собрался весь морской народи решили в подводный гротслёзку выбросить.

Лишь моллюск, не страшась грозы,в нежных створках овал слезыприголубливал.

И пока шумел сыр да бор,и пока гудел приговор —хлопнул створками…

С той поры голубым ключомотпирает луна их домв полнолуние…

* * *

Фальшивя, будто ржавая струна,мне говорил: «Не слишком ты нужна!Подумаешь, награда из наград!»Я улыбалась — зелен виноград!Слова–колючки и влюблённый взгляд!..Сказал бы, что ты сам себе не рад.Но ты молчанья сеял мелкий град,и я молчала — зелен виноград.И вдруг — ушла. Да так легко ушла,не слушая, хвала или хулатолкнет вперёд иль позовёт назад…Что возвращаться? Зелен виноград…

* * *

Ночь на этой стороне Земли…Даже днём ночная мгла и сырость…Наблюдаю в дырочку от сыраНочь на этой стороне Земли.

В ночь на этой стороне Земли…Мыши прогрызают что попало,А листва свернулась и опалаВ ночь на этой стороне Земли.

Далеко за «Орбитом» орбитБуйство трав и запахов, и звуков…Может быть, сумеют наши внукиУлизнуть за «Орбиты» орбит?

Пульс, слабея, катится в нули…Сыра нет… Но в дырочку от сыраТоже видно, как темно и сыроЖить на этой стороне земли.

ОКТЯБРЬ, 1993

Опять толкают сирых к дележу:вороне Бог не шлёт — всё это сказки!Так много в патронташах алой краски,что я палитру под замком держу.Унять дрожь рук, хватаясь за древко,или гвоздём пришпилить руки к древу?А думалось: так мирно в доме Девы,из Млечной соски льющей молоко……Раскрыли астры острые лучи,и горек запах осени и тлена…Потомки ада — жертвы, палачи —мы прокляты до пятого колена…

* * *

Не полагаю, не сужу,дискуссий не веду:я просто Родине служу —иду на поводу.Писатель лжет, политик врёт,в желудке — холодок,но я терплю, хоть шею трёткороткий поводок.Я знаю: рядом — ничего,а в сторону — ни-ни!Хозяйку счастья моеготы, Боже, сохрани!Наш вид привычен и знаком,идем нога к руке:хозяйка с длинным языкоми я — на поводке!

* * *

Отвернулся Господь от меня,не далтех стихов, за которыми лишьнебо,и за то, что ложилась судьбарешкой,отвернулся Господь от менягрешной…Но поскольку земной наделилречью,всё равно перед ним я в долгувечном…

* * *

Империя втянулась в берега —Окончены великие походы,И воины спроважены на воды,А лошади — в альпийские луга.

Пал Император — деспот и тиран,В провинциях орудуют шакалы…А стольких вин из самых разных странИмперия вовеки не алкала!

И отупев от кликов и речей,И нахлебавшись вдоволь братской розни,Горластый раб, что нынче стал ничей,Уже мечтает о хозяйской розге.

* * *