Вдохновитель жарких прений - Сергей Данилов

Любовь — чумная лотерея,

Нежданный, каверзный сюрприз…

Мне обломилась гонорея…

Но будет ведь и главный приз?!

Инвестор

Пора инвестиции делать в себя,

Отбросив ненужных людишек.

Судьба издевается, злобно шипя,

Набито достаточно шишек.

Партнёр закадычный — отпетый подлец,

Бретёр и нахальный задира.

Другой, с виду скромный, — матёрый хитрец

С повадками злого вампира.

Краса обернулась коварной лисой,

Желающей властвовать в доме.

Вторая, скупой отвлекая слезой,

Проделала дырку в кондоме.

Решив инвестировать только в себя,

Я действовать начал по списку:

В карманах последнюю медь наскребя,

Портвейна купил и сосиску.

Люцифер соседнего подъезда

Я — Люцифер соседнего подъезда:

Залил водою пару этажей,

Задраил двор для выезда и въезда,

Установив шлагбаум попрочней.

Я запретил гулять собаководам,

Чтоб шавки не слонялись тут и там,

Благоволю бомжам и нищебродам,

Ютящимся по тёплым чердакам.

Фасад раскрасил ярко-красной краской,

Граффити видно даже за квартал.

Зеваки озираются с опаской:

Им кажется, что город запылал.

Забил мешками с ватою коллектор,

В обычай взял на лестнице сорить…

Я — беспардонный, скаредный риелтор —

Хочу квартиру дёшево купить.

Коитус судьбы

Жизнь — сериал, мы в нём — порноактёры.

Не блещет изобилием сюжет.

У каждого в постели есть дублёры.

Расходы контролирует бюджет.

С сантехниками блуда, правда, нету.

Зато тебя имеют тут и там

За блага и за звонкую монету,

Не веря навернувшимся слезам.

Секс групповой «приятен» однозначно,

Когда начальник, конченый гондон,

Всех донимает грубо, нагло, мрачно,

Хоть ты — трудяга, а не охламон.

Вдувает ипотека вожделенно,

Навязывая новое жильё.

С улыбкой банки прут попеременно,

Фарцуя, словно мелкое жульё.

Страховки успевают надругаться

Над телом, заблудившимся в долгах.

Налоговой приходится отдаться,

Чтоб не терзал ночами жуткий страх.

Жду пенсию смиренно — панацею:

Она должна мне наконец помочь.

Я от соитий жизненных шалею,

Мне коитус судьбы тянуть невмочь.

Мазохисты

Любить — всё время делать больно.

Устроен так подлунный мир.

Идут на жертвы добровольно

И отщепенец, и кумир.

Одна насилие готова

Терпеть, чтоб сохранить семью,

Хотя о скалы стопудово

Разбило нежности ладью.

Второй капризы сносит стойко,

Любую исполняет блажь,

Иначе опустеет койка,

Страсть испарится, как мираж.

Другая мирится с изменой

И принимает адюльтер —

Не видно ренты вожделенной,

А спонсор жизни — кавалер.

Жить с алкоголиком противно,

Но что поделать, он — такой…

Очаг поддерживать фиктивно

Даётся бешеной ценой.

С красавицей везде приятно —

В конторе, дома и в гостях.

Но подозренья душат знатно,

Запутав в ревностных сетях.

Любить — вдвоём пуды съесть соли,

Беречь зажжённую свечу…

А кайф испытывать от боли

Лишь мазохистам по плечу.

Идеальный

Я избегаю злословья, упрёков

И не вторгаюсь в семейную жизнь —

Масса в активе серьёзных уроков,

Мне неприятен оскал укоризн.

Жёстко имею замужних дурнушек,

Разнообразя их скаредный быт,

Сопровождаю порою простушек,

Хоть нареканьями едкими сыт.

Я не курю, нет пристрастия к пиву,

Выбриты щёки аж до синевы,

На дискотеках танцую красиво,

Мне безразличны колючки молвы.

Женщин ценю неподдельно и нежно,

Мудро глаголю, ласкаю уста.

Тает неверия лёд неизбежно,

Отогревается чувств мерзлота.

Я восторгаюсь изысканно, смело,

Пылкость могу каждый день проявлять,

Гладить, лобзать вожделенно, умело…

Я — секс-андроид АС45.

Неуверенный дерзкий повеса

На горячем морозе желаний,

Где от похоти жарко в груди,

Я томился в безмолвье звучаний,

Оставался, пытаясь уйти.

Беззаботно терзала тревога,

Глаз её колоритная тьма.

В тишине длились два монолога.

Аккуратно мела кутерьма

Мудрой глупости, сладостной боли.

Я свободно-зависимым стал.

Страсть лишила незыблемой воли,

Распалила холодный накал.

Неуверенный дерзкий повеса,

Ею я наконец овладел:

Изодрал полотно политеса

С примененьем Амуровых стрел.