Демьян Бедный - Стихотворения

1914

И там и тут…

Химический анализ мази показал, что она не содержит никаких ядовитых веществ, за исключением свинца.

Умер рабочий завода «вулкан» Андреев, застреленный городовым во время демонстрации.

На фабрике — отрава,На улице — расправа.И там свинец, и тут свинец…Один конец!

1914

Обреченные

Устроив мстительный локаут,Они слетелися на шумный пьяный раут.Но страха им — увы! — не утопить в вине.И жутко, жутко им, — и от стены к стенеОни по залам освещеннымШагают с видом обреченным:Их мысли робкие холодный страх сковал, —Идет, им чудится, идет последний вал!

1914

«Скакун»

Изолирование правительства — наш новый боевой лозунг.

«Не веришь? — Мужику, смышленому Назару,Маклак навязывал безногого коня. —Не веришь? Черт с тобой! Шатайся по базаруХоть три, четыре дня,А купишь — у меня!Ведь это что за конь? Не сглазили б! Красавец!— Тп-р-р-у, не играй, мерзавец! —Ведь это что за конь?!Огонь!Без сбою, без спотычки!Скакун! Садись — лети!Ахти!Не сковырнися без привычки!Бери. Добра тебе желаю: всем пригож.Всем вышел конь — с хвоста до холки!»«Добра? — вздохнул Назар. —Дай бог тебе того ж!Чтоб, значит, за тобой гналися стаей волки,А ты бы удирал от них на скакунеТаком вот, как теперь всучить желаешь мне!»

Кадеты, позабыв о многом,О чем не след бы забывать,Теперь на лозунге безногомПустились гарцеватьИ нам его всучить пытаются упорно.Благодарим покорно!

1914

Невыносимая брань

(Вниманию Общества покровительства животных)

В главный «обновленный» совет Союза русского народа поступило недавно донесение от бессарабского губернского отдела Союза, сообщающего, что кучера коночных вагонов города Аккермана, понукая лошадей, называют их «Пуришкевич», «Крушеван», «Марков» и т. д.

«Н-но, „Марков“, гром тебя убей!..Но, „Пуришкевич“! Но, злодей!..»Не надобно большой догадки,Тут явно прейдена всех оскорблений граньИ терпят злую брань Не «патревоты» же, конечно, а лошадки.

1914

Кровное

На даче барчуки, набрав еловых шишек,В войну решили поигратьИ наняли толпу крестьянских ребятишекИзображать враждующую рать.Сошлись враги. Увлекшись боем,Деревня перла напролом:«Жарь под микитки!»«Бей колом!»Барчата взвыли диким воем.На крик сбежалися их матери, отцы.Узнав, что их сынки ребятам заплатили,Чтоб те их колотили,Озлились господа: «Ах, псы, ах, подлецы!За медный грош убить готовы, супостаты!»«Да рази ж, — издали ребятушки кричат, —Да рази ж чем мы виноваты?Мы платы силою не брали у барчат:Мы б их избили и без платы!»

1914

Стихотворения. 1914 — 1917

Пушка и соха

Увидевши соху, «Послушай-ка, старушка, —Сказала пушка, —Аль ты глуха?Я тут гремлю весь день, а ты и не слыхала?Ты что ж тут делала — ха-ха?»«Пахала, — молвила соха. —Пахала».«Пахала? Что ты! Не смеши.Работать для кого? Ведь ни одной душиНе сыщется живой в разбитой деревушке.Так что ж тебе теперь осталось? Отдыхать?!»«Пахать, — соха сказала пушке, —Пахать!..»

На ниве брошенной, среди камней и терний,Не прерывая борозды,Друзья, работайте от утренней звезды —И до вечерней!Ваш мирный подвиг свят, и нет его безмерней.Под грохот пушечный, в бою, в огне, в адуЯ думаю о вас, чей путь простерся в вечность.Привет мой пахарям, борцам за человечность!Привет мой мирному — культурному труду!

1914

Анчутка-заимодавец

У мужика случилася беда.Мужик — туда, сюда.Подмоги ниоткуда.Бедняк у бога молит чуда.А чуда нет. В беде, спасаясь от сумы,Мужик готов у черта взять взаймы:«У черта денег груда!»А черт уж тут как тут.Мужик разинул рот:«Вот легок на помине!Анчутка, выручи! Пришел совсем капут.Дела: хоть вешайся на первой же осине!»«Да чем помочь-то?»«Чем! Известно: дай деньжат!Зря деньги у тебя, слыхал-от я, лежат».Скребет Анчутка темя:«Да ведь какое время!Сам знаешь, старина:Война!Куда ни сунешься, все стонут от разору.Нашел когда просить. Да тут собрать бы впоруХоть старые долги!»«Анчутка, помоги!Верь совести, Анчутка,Весь долг верну сполна».«Война!»«Так ведь война, гляди какая, шутка!Как немцев сокрушим, так с этих басурманВсе протори сдерем…»«Хе-хе, держи карман».«Тогда по совести с тобой сведем мы счеты…»«Хе-хе!»«Вот и хе-хе! Ты — скуп!»«Ох, брат, не скуп».«Ну, глуп!Не смыслишь, вижу, ничего ты.Ведь опосля войны пойдут какие льготы!»Тут, не жалея языка.Мужик, что где слыхал, о льготах все поведал.Черт молча слушал мужика,Все выслушал, вздохнул… и денег не дал!

1915

Усы да борода (Сказка)

У кузнеца, у дедушки Филата,Был двор и хата,А в хате на стене —Портрет, а чей портрет — не угадать в три года:То ль в бричке поп, то ль воеводаНа вороном коне,То ль… как-нибудь потом скажу наедине.Ну, словом, кто-то был когда-то намалеван,Да после дедом так заплеван,Что от лица почти не стало и следа:Едва виднелися усы да борода!У деда был такой обычай постоянный:К портрету подойдет и — тьфу ему в глаза!«Тьфу, разрази тебя гроза!Тьфу, сатана ты окаянный!»Случилось — сатана все это увидал, —И стало так ему обидно и досадно,Что он с досады похудал.«Постой же! — про себя ворчал нечистый. — Ладно.Посмотрим, так-то ль ты удал!Плеваться вздумал, а? Моя-де это рожа!Положим, на мою она и не похожа, —Но ежли ты ее считаешь за мою,Так я ж те поплюю!»Тут дьявол подослал подручного к Филату.Явился к деду бес под видом паренька.«Не надо ль, дескать, батрака?»«Что ж? — молвил дед. — Возьму. А за какуюплату?»«Задаром! Лишь, мое усердие ценя,Ты малость подучи кузнечеству меня!»Дед рад тому: «Изволь, учись, коли охотник!»Сам бабе шепотком: «Глянь, даровой работник!»Работник даровойУ наковальни без отхода.Прошло каких-нибудь полгода,Дед не нахвалится: «Парнишка — с головой,И золотые руки!»Парнишка стал меж тем ковать такие штуки,Что дед, хоть чувствовал в руках немалый зуд.Хоть глаз не мог отвесть от мастерской работы,Одначе взвыл: «Ой, парень, что ты!Взлетим под суд!Эх, черт! Подделал же ты ловко!Пятак! Воистину — пятак!Ну ж, молодец! И как ты так?!»«Вот пустяки нашел! Какая это ковка?» —Стал несуразное тут малый толковать. —«Коль хочешь, я тебя могу перековать!!Переверну в горне налево да направо —Полсотни лет с тебя сниму!..»«Да ну? Такое скажешь, право!Никак и в толк я не возьму!»«Возьмешь!.. Вон старичок идет по косогору!..Эй, старина! А старина!(Знал младший бес по уговору,Что „старичок“ был — сатана.)Слышь, дедушка, тебе помолодеть охота?»«Еще бы!»«Я тебя перекую в два счета».«Что ж, милый, помирать равно мне. Хочешь — куй.Ты парень, вижу я, удалый».Засуетился сразу малый:«Хозяин, дуй!»Едва не лопаясь от смеха,Пыхтит-кряхтит Филат у меха.А бес клещами старца хватьИ ну ковать!Вертел в огне его проворно.Глядь, прыгнул из горна такой ли молодец:«Благодарим покорно!Ай да кузнец!»Филат, оторопев, не мог промолвить слова.А парень снова:«Хозяин, что ж? Ложись!»Очухался Филат:«Ох, брат!Кузнец и вправду хоть куда ты!Помолодеть бы я и рад, —Но, как война теперь, баюсь: возьмут в солдаты,А я… какой уж я солдат?Обидел я когда хоть муху?Таких, как я, да ежли в бой…»Озлился парень: «Шут с тобой!Веди сюда свою старуху.Пусть хоть ее омоложу!»«Старуху? слова не скажу!Старушка стала чтой-то слабой».Посеменил Филат за бабой:«Вот, баба, так и так, — пример тебе живой.Вернешь ты молодость свою, красу и силу.Помру, останешься такою ли вдовой!»Мотает баба головой:«Век прожила с тобой, с тобой пойду в могилу»«Да ты подумай, голова!»Дед не скупился на слова.Просил по-доброму сначала,Покамест баба осерчала,Потом, озлившись сам, забил ей в рот платок.Связал ее и в кузню приволок.Вертели, жарили в огне старушку Дарью,Пока запахло крепко гарью.Тут дед встревожился: «Чай, вынимать пора?Боюсь, не выдержит: стара!Слышь, парень, погляди: старуха-то жива ли?»А парня… Митькой звали!Исчез, как не бывал. Дед глянул, а в огне,Заместо бабушки, костей горелых кучка.Да недотлевшая онучка.Сомлел Филат: «Ой, лихо мне!Ой, лихо!»Прижался, съежившись, к стенеИ… захихикал тихо:«Хи-хи-хи-хи!.. Хи-хи-хи-хи!..Помолодел… Хоть в женихи!..А бабка… Под венец такую молодицу!..Сережки, Дарьюшка, сережки-то надень!..»Бедняк, отправленный в больницу,В больнице помер в тот же день.Не стало дедушки Филата!В пустом его дворе стоит, как прежде, хата,А в хате на стенеВисит портрет, а чей — не угадать в три года:То ль в бричке поп, то ль воеводаНа вороном коне,То ль… как-нибудь потом скажу наедине.Ну, словом, кто-то намалеван,Да только кузнецом покойным так заплеван,Что от лица почти не стало и следа:Чуть-чуть виднеются усы да борода!

1915