Мирза Ахундов - Приключения скряги (Хаджи-Гара)

Хаджи-Кара. Все это бывает с трусливыми и неосторожными. Нельзя никого подпускать близко, в каком бы виде они не появлялись. Пусть только встретятся мне, увидят тогда, что я сделаю с ними. Я им такое покажу, что зарекутся еще когда-нибудь останавливать на дороге контрабандистов.

Сафар-бек. Да, ты прав, человек не должен быть трусом. Нужно всегда быть начеку.

В это время входят Керемали — слуга, и Бадал — сын Хаджи-Кары.

Керемали. Лошади готовы, хозяин. Куда ты собираешься ехать?

Хаджи-Кара. В Тебриз.

Керемали. В Тебриз? Ты и меня хочешь взять?

Хаджи-Кара. Да.

Керемали. А зачем ты туда едешь, хозяин?

Хаджи-Кара. Это тебя не касается.

Керемали. Как это не касается? Сам же говоришь, что и меня хочешь взять с собой. Так разве не надо мне знать, для чего я понадобился?

Хаджи-Кара. Еду за товаром. Закуплю товар, навьючу на лошадь, и ты поведешь ее в поводу.

Керемали. Когда же ты успел получить паспорт для поездки в Тебриз?

Аскер-бек. Паспорт не нужен.

Керемали. Если так, я не поеду. Однажды я поехал отсюда в Сальян без билета, и по приказанию заседателя меня так били, что и теперь забыть не могу.

Аскер-бек. Не бойся, заседатель никогда не узнает, куда мы поехали.

Керемали. К тому же скоро кончается срок моей службы, я хочу уйти отсюда и поступить к другому хозяину. Хаджи мне очень мало платит и держит впроголодь. Я не поеду.

Аскер-бек. Поезжай на этот раз. В дороге мы будем кормить тебя вдоволь, и каждый из нас подарит тебе еще по куску ситца.

Керемали. А Хаджи тоже подарит?

Хаджи-Кара. Если ты доставишь тюки в целости и сохранности, я постараюсь как можно дороже продать в твою пользу ситец, который тебе подарят беки.

Керемали. Ну ладно, так и быть.

Хаджи-Кара (бекам). Пожалуйте! Едем!

Все выходят. Затем появляется Тюкез.

Тюкез (одна). Да разрушит аллах ваши дома! Соблазнили муженька и взяли с собой за контрабандой. Если с ним случится какое-нибудь несчастье, детишки мои останутся сиротами! О горе!.. (Ударяет себя по коленям и уходит.)

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

Происходит на берегу Аракса, на иранской стороне. Беки и Хаджи-Кара, закупив в Тебризе товар, возвращаются домой. Спешившись, они собрались у берега реки. Араке шумно катит свои волны. Туманная ночь. Изредка сверкают молнии.

Гейдар-бек. Здесь сейчас нельзя переправляться. Надо спуститься версты на четыре ниже, поднять шум и вызвать тревогу, чтобы казаки поспешили туда. А потом быстро возвратиться сюда и перейти реку.

Аскер-бек. В такую туманную ночь, в такое ненастье все казаки спрятались. На берегу Аракса сейчас и джинов не найдешь. Раз уж мы подъехали, давайте переправимся.

Гейдар-бек. Никак нельзя. Я не раз переправлялся здесь через Араке, когда ходил на грабежи. У казаков на берегу Аракса всегда кто-нибудь есть в секрете.

Хаджи-Кара. Гейдар-бек прав. Надо соблюдать осторожность. Сделаем, как он говорит.

Сафар-бек. Верно говорит Хаджи. Спустимся ниже и поднимем тревогу, а ты, Хаджи, оставайся здесь с вьюками.

Беки удаляются. Вскоре издали слышится шум. Вооруженные казаки потри, по пять человек спешат вниз по течению реки.

Один из казаков. Ах, проклятые! Верно, разбойники угнали лошадей и теперь хотят переправить через реку.

Второй казак. А мне думается, что это контрабандисты.

Третий казак. Кто бы там ни был, мы разделаемся с ними.

Казаки исчезают. Через некоторое время шум прекращается. Беки подходятк Хаджи-Каре.

Гейдар-бек. Ну, теперь переправляйтесь скорее. Медлить нельзя.

Все бросаются в реку. В середине реки лошадь Хаджи-Кары спотыкается. Хаджи-Кара падает в воду, и его уносит течением. Он хватается обеими руками за выступающую над водой ветку ракиты и повисает в воздухе.

Хаджи-Кара (кричит). Ай, беда! Гейдар-бек! Аскер-бек! Сафар-бек! Спасите, я тону!

Гейдар-бек. Где ты, Хаджи?

Хаджи-Кара. Здесь я! Уцепился за ракиту и повис.

Гейдар-бек. Ах, несчастный! Ты в таком глубоком месте, что никак тебя не вытащишь.

Бадал. Ради аллаха, вытащите отца!

Керемали. Пусть тонет, парень, все его богатство достанется вам, будете есть, пить, жить в свое удовольствие. Что тебе беспокоиться о нем?

Аскер-бек. Не болтай глупостей. Скорей достань веревку из сумки и подай сюда.

Керемали достает веревку.

Гейдар-бек. Аскер-бек, скорей дай сюда веревку!

Аскер-бек передает ему веревку.

Хаджи, бросаю тебе веревку, лови ее.

Хаджи-Кара. Да погибну я ради тебя! Как могу я поймать веревку? Течение сильное, если я отпущу ветку, вода унесет меня. Сделай петлю и накинь на меня.

Гейдар-бек делает петлю, набрасывает на Хаджи-Кару и начинает тянуть. Петля падает на шею Хаджи-Кары. Хаджи-Кара обеими руками хватается за веревку и кое-как вылезает на берег. С него стекает вода.

Хаджи-Кара. Пусть развалится дом того, кто довел меня до этого состояния! Пусть погибнет тот, кто увел меня из моей лавки!

Гейдар-бек. Ничего, Хаджи, в походе может всякое случиться. Не стоит расстраиваться. Сейчас не до ссор. Того и гляди казаки нагрянут. Надо поскорее уйти от берега и спрятаться в камышах. В полночь, когда все уснут, пустимся в дорогу.

Все быстро удаляются. Немного погодя с другой стороны появляются десять вооруженных есаулов.

Охан (старшина есаулов). Мой храбрый Саркис, мой храбрый Карапет, мой храбрый Кахраман! Стойте рядом со мной. Приготовьте ружья. Как скомандую, тотчас стреляйте. Я назвал вас всех заседателю и просил отрядить со мной. Когда вы при мне, я справлюсь с сотней контрабандистов. А остальные стойте за нами, не бойтесь! Бог даст, увидев нас, они убегут и вьюки побросают! А если не убегут и вздумают хоть рукой шевельнуть, клянусь богом, всех изрублю, как репейник!

Саркис. Скажи, старшина, с какой стороны они должны появиться?

Охан. Вот оттуда. Разведчик донес, что другой дороги у них нет. Саркис, будь начеку! Если бог даст удачу, за отбитые вьюки каждый получит больше пяти-десяти рублей наградных.

Саркис. Старшина, неужели ты отнимешь все вьюки?

Охан. Еще бы, даже сумки отниму.

Саркис. А не жалко тебе их, старшина? Как-никак они наши земляки карабахцы. Если мы им не поможем, кто же им поможет? Надо хоть что-нибудь им оставить, иначе бог нас накажет.

Охан. Что ты болтаешь, парень? Нам ли им помогать? Если ты будешь бояться божьего наказания и помогать таким, как эти, только потому что они карабахцы, никогда не выслужишься.

Саркис. Дай-ка старшина, я пройду немного вперед, посмотрю, не идут ли.

Охан. Хорошо, только осторожней, не спугни их, а то повернут назад.

Саркис. Я им не покажусь на глаза. (Уходит.)

Охан. Ребята, не зевать! (Расставляет людей.)

Саркис (возвращается). Старшина, честное слово, это контрабандисты. Впереди идет высокий мужчина, хорошо одетый, вооружен с ног до головы, да такой страшный! Глаза налиты кровью!

Охан. Ты правду говоришь?

Саркис. Бог свидетель, что правду!

Охан. Скажи: клянусь твоей жизнью.

Саркис. Клянусь твоей жизнью и головой.

Охан. И на нем ружье, пистолет? Ты видел?

Саркис. Клянусь богом, видел.

Охан. Сколько их?

Саркис. Я заметил только троих. Но с тем мужчиной никто не сравнится.

Охан. Не надо бояться. Пусть идут. Только, Саркис, мы слишком выдвинулись вперед. Здесь они прямо наскочат на нас. Лучше немного отойти назад и приготовиться к встрече.

Отводит людей назад. В это время показываются беки, за ними Хаджи-Кара с вьюками. Гейдар-бек с ружьем в руках выступает вперед.

Гейдар-бек. Эй, что вы за люди? Почему стали на дороге? Убирайтесь прочь!

Охан. Зачем это нам убираться прочь? И кто ты такой, что говоришь так смело?

Гейдар-бек. Ах, подлец! Ты что, следователь или дорожный надзиратель, что стоишь на нашей дороге? Какое тебе дело до нас? Прочь с дороги, говорю тебе! Или хочешь, чтобы я напустил тебе в брюхо порохового дыма? (Поднимает ружье.) Аскер-бек, Сафар-бек, чего стоите? Почему не убиваете наглецов? Бейте их, пусть валяются на дороге!