Замочная скважина - Кейси Эшли Доуз

вполне реальным долгом. Терпеть ненавижу ходить в должниках».

Я с ней не согласен, но не в этом суть. У нас разное воспитание, а значит разное мировоззрение. Я и не ожидал, что она проникнется моими переживаниями.

Просто пришел вломить люлей и узнать, что у них было с Питером. Точнее, сначала узнать, а потом вломить.

Пока что все стопорится там, где даже не предвиделось.

– Питер тебя достал? – повторяю уже в третий раз.

Нара не реагирует, потому резко дергаю ее за плечо, привлекая внимание. Она тут же смахивает мою руку и озлобленно цедит:

– Еще раз распустишь грабли – вылетишь отсюда со скоростью света. Тоже мне, Артур бравый воин. Ты кем себя возомнил? Вламываться, что-то требовать от меня. Придурок.

– Я просто переживаю – тут же иду на попятную.

Да, что-то меня занесло.

При таком общении с Нарой – можно лишиться и любого общения с Нарой.

– Ну это твои проблемы.

– Так сложно ответить на вопрос?

– А что ты хочешь услышать? – язвительно скалится она – что мой папаша спокойно умчался на работу, совершенно не терзаясь тем, что я вдала по его роже и осталась безнаказанной?

– Он оттаскал тебя за волосы.

– Ты мне сейчас пытаешься что-то доказать или ему?

– Значит, достал – заключаю.

Равнодушно жмет плечами:

– Значит, достал. Ну и пошел к черту – хмыкает – ему тоже прилетело.

Полагаю, что говорит она это ради фарса. Я видел их стычку на кухне. Даже Нара в ярости слабо может противостоять взрослому, накаченному мужику. Да что там говорить – я ему противостоять не могу! О какой Наре может идти речь.

– Мне жаль.

– А мне насрать – хмыкает и кивает на пакетик – будешь?

– Нет. Еще уроки делать.

– Ну да. Прилежный ученик.

– Может и тебе не стоит. Питер вернется и..

– И обломится – заканчивает она – когда он вернется, меня тут уже не будет.

Белею, решив, что речь идет о побеге.

Но не успеваю озвучить эту догадку вслух, подняв себя на смех, как Нара добавляет:

– Договорилась с Бобби, переночую у него. Его предки свалили на неделю, а бабло на еду оставили. Ну, в случае Бобса – на бухло.

Хмурюсь.

Боб – наш одноклассник. Она говорила, что он типо просто ее друг все дела. Но с друзьями не бывает перепихона «по приколу». Конечно, она говорила, что это было давно и вообще в прошлой жизни, но я таким прошлым жизням не доверяю, когда речь идет о Бобби, Наре, пустом доме и куче бухла.

– И надолго? – уточняю, стараясь сохранять невозмутимость.

Нара жмет плечами:

– Ну пока его предки не причалят. Пусть у этого ублюдка пердак-то за неделю подгорит.

У Питера-то он может и подгорит – но за неделю точно не у него одного. Ладно, один день. Даже два. Но неделя! За неделю уже не «может», а точно случится все, что только возможно.

– По-моему это тупо.

– Тебя никто и не подбивает – фыркает.

Точно.

Есть ведь всегда другой вариант. Самый крайний конечно.. но разве сейчас не крайний случай?

– А если я сам хочу?

Нара удивленно вскидывает брови. Конечно, сколько раз она уговаривала меня слинять на какие-нибудь масштабные тусы, сколько просила и даже шантажировала, как вчера – а тут ни одного намека, а я сам напрашиваюсь на такое авантюрное (для меня) приключение.

– Ну.. – усмехается – если очко не сильно жмет, то погнали. Бобби вряд ли будет против.

– На все время?

– Ну не на два же часа – смеется она, заметно потеплев и теперь уже довольно повисает на мне, скрестив руки на шеи – все-таки есть в тебе нераскрытый потенциал, Нейт Райтсон. А я уж думала, ты безнадежен.

– Я безнадежен – обреченно киваю – если и правда после сегодняшнего собрался бежать.

– Это не побег – закусывает нижнюю губу – это недельная туса. Считай, каникулы вне очереди , как..

Но не успевает Нара договорить, как прямо над нами (значит в комнате Джейзи) слышится истошный визг. Слишком высокий и звонкий для моей старшей сестры..

Визг, скорее похожий на детский.

Эби!

Глава 10

Усадив сестренку на кровать, я переодеваюсь в свои обычные домашние шорты и майку. Какое же облегчение стянуть дурацкую юбку! Не могу, делая это, мимолетом не глянуть в зеркало – действительно ли у меня ноги «колесом»? Конечно нет, это все Шейла Голдсмит.

Хотя, можно ли ее винить?

Я ведь могу и не подходить к ним. Наверное, они сами задаются вопросом, какого черта я все еще это не сделаю. Потому что они не понимают, что есть нечто похуже унижений. Например, одиночество в старшей школе. Так только они (ну и еще парочка) знают, как ничтожно мое положение и как безгранично убожество. Остальные ученики школы, которые замечают меня, прилипчиво идущей рядом с самыми популярными ребятами, хотя бы не закатывают глаза, кривя губы в омерзении. Они считают, что я одна из них.

А если ходить просто одной, то станет очевидно, что я обычная одиночка. А одиночками в старших классах бывают только лузеры. А лузеры никому не нравятся.

Быть лузером паршиво.

Я бы могла обвинить в своем нынешнем положении брата – именно Нейт в средней школе начал спускать на меня собак, пытаясь (кстати, весьма успешно) тем самым подняться в глазах своих друзей за мой счет. Да, это было бы справедливое обвинение, если бы я еще до этого не стала одиночкой. Ведь зубрилами обычно в восемь лет дети становятся не от лучшей жизни.

У меня никогда не ладилось общение со сверстниками.

Мы неплохо дружили с парочкой девочек в первом классе, но едва я сочла, что мы достаточно близки, чтобы доверить все тайны и рассказала про Кевина – они подняли меня на смех. Одна, правда, поверила. Ну или сделала вид. И напросилась ко мне домой – захотела лично посмотреть, как Кевин рисует на зеркале. Я, конечно, полная радости пригласила ее (тогда еще в папин пентхаус). И Кевин меня не подвел. Только девчонка эта фыркнула и назвала меня сумасшедшей. Мол, я специально как-то это подстроила.

Тогда я попросила Кевина рассказать сказку – чужой голос я точно не смогу подстроить. Да и не чревовещатель я, чтобы говорить с закрытым ртом. И Кевин начал рассказывать сказку.

Однако, когда я улыбнулась, обернувшись к девочке, та покрутила у виска:

– Ты чокнутая, Джи. В комнате тишина.

Тогда я решила, что она наврала из вредности (на