Драматургия Югославии - Мирослав Крлежа

найдите и свою,

особенно вы, кто сегодня был свидетелем.

Бегите как можно скорее из темницы своего «я»,

забудьте о себе хотя бы на миг,

и вы увидите: в кустах роз

кроме шипов

есть и розы!..

Вы видели здесь человека, который попытался предать забвению жизнь, как плохого друга. Поищите его в себе и судите его строго и справедливо, как судит она!

Занавес опускается — впервые за этот вечер. Судья показывает на огромную фигуру Фемиды с завязанными глазами, с весами в левой руке и мечом в правой, которая изображена на занавесе, — и медленно скрывается за порталом.

Секунду-другую освещается только занавес. Постепенно включается свет в зрительном зале.

1968

Иво Брешан

ПРЕДСТАВЛЕНИЕ «ГАМЛЕТА» В СЕЛЕ НИЖНЯЯ МРДУША{35}

Гротескная трагедия в пяти картинах

Перевод с хорватскосербского Н. ЛЕБЕДЕВОЙ

Необыкновенное представление «Гамлета» в селе Нижняя Мрдуша, общины{36} Блатуша, состоявшееся по инициативе актива сельскохозяйственной артели (задруги{37}) в результате самопожертвованного труда и бескорыстного участия следующих товарищей:

Букары — Мате Букарицы, управляющего сельскохозяйственной артелью — в роли короля Клавдия.

Пульо — Миле Пулиза, председателя местного актива Народного фронта — в роли Полония.

Анджи — его дочери — в роли Офелии.

Майкачи — (Бабец) Мары Миш, деревенской корчмарки — в роли королевы Гертруды.

Мачака{38} — председателя правления артели — в роли Лаэрта.

Шкоки — Иоцы Шкокича, деревенского парня, работающего в городе на фабрике, — в роли принца Гамлета.

Андры Шкунцы — сельского учителя — в качестве режиссера спектакля.

Шимурины — комментатора и толкователя спектакля.

Пяти крестьян и двух крестьянок из Нижней Мрдуши.

КАРТИНА ПЕРВАЯ

Клуб организации Народного фронта{39} в Нижней Мрдуше.

На стенах висят бумажные флаги, лозунги, написанные неумелой рукой: «Да здравствует Народный фронт!», «Вперед, к новым победам!», «Все — в крестьянские трудовые задруги!» и т. д. В простенке между двумя окнами висит стенная газета.

Помещение имеет унылый, запущенный вид. На стенах отвалилась штукатурка, стекла разбиты, окна заколочены упаковочным картоном.

В задней части — сцена, на возвышении — стол, покрытый ковром в народном стиле, а перед ним длинные деревянные скамьи, на которых сидят крестьяне и крестьянки. Они оживленно разговаривают.

П е р в ы й  к р е с т ь я н и н. Давай, Миле, начинай же, в конце концов! Завтра рано вставать — кукуруза ждать не будет.

В т о р о й  к р е с т ь я н и н. А у меня преподобная моя ж. . .а к скамейке прилипла, дожидаемся не знаю чего…

Т р е т и й  к р е с т ь я н и н. А я-то, дурак, уже мог бы с женой в постели побаловаться, вместо того чтобы тут попусту время тратить.

Ч е т в е р т ы й  к р е с т ь я н и н. Ты что, Миле, ожидаешь, пока петухи запоют? Устали мы, с поля ведь…

П у л ь о. Сейчас, товарищи, сейчас! (Садится за стол.) Товарищи! Открываю заседание местного актива Народного фронта и предлагаю следующую повестку дня. Первое — это, как говорится, культурно-просветительная деятельность в нашем селе. А второе — разное. Принимается?

П я т ы й  к р е с т ь я н и н. И ты для этого нас собрал? Черт побери и культуру и просвещение!

Ч е т в е р т ы й  к р е с т ь я н и н. На кой нам эта болтовня! Поставь на повестку дня приобретение какое-нибудь, ну там… механизация, моторизация… чтоб нам на работе не околевать. Погляди, какие у меня руки!

П е р в ы й  к р е с т ь я н и н. А этой вот культурой (показывает на мешок) пшеницу можно унаваживать, а, Миле?

П у л ь о. Прошу вас, товарищи, немного потише! И ваши дела тоже поставим на повестку. Потерпите немного! И не думайте, что культура и просвещение, понятно вам, — это какая-то пятая спица в колеснице. Это важные дела, товарищи, да еще какие важные!.. Вот, товарищи, до войны эта самая буржуазия не заботилась о нас, крестьянах, чтобы нас, скажем, просвещать, а, понятно вам, держала нас в темноте и невежестве, и мы были как бараны. А сейчас, товарищи, наша народная власть стремится, чтобы мы были культурные, умели, понятно вам, читать и писать, вводит нам тут в село гигиену, индустриализацию, ликтрификацию, национализацию, имансипацию и разные другие культурные и просвещенные вещи. И мы, товарищи, должны помочь стремлению нашей народной власти и сами должны просвещаться.

Т р е т и й  к р е с т ь я н и н. А ты, что ли, будешь за меня землю копать, пока я тут просвещаюсь?

П я т ы й  к р е с т ь я н и н. Хватит лясы точить! Хотя бы раз что путное сделали, только и знаете болтать: «Товарищи, то надо сделать, товарищи, другое надо…»

П у л ь о. Я прошу вас, товарищи, прошу вас, прошу вас… Вот товарищ Мачак просит слова.

М а ч а к. Это самое… как бы это сказать… Я думаю, что тут некоторые товарищи малость свернули с линии. Находятся тут такие, которые неправильно понимают, будто бы нам вроде и не нужна, как бы это сказать, культурно-просветительная работа. Я бы покритиковал вышеупомянутых товарищей. Жалеть надо, товарищи, что культура и просвещение тута у нас в последнее время, как бы это сказать, падают, это, вниз. Я спрашиваю себя, товарищи, как мы будем развивать наше социалистическое сельское хозяйство, если в нас, это, не будет просвещения…

Т р е т и й  к р е с т ь я н и н. Эй, Мачак, не болбочи! С тех пор как тебя приняли в партию, ты начал хвостом вилять, а раньше-то социалистических богов и в грош не ставил.

П я т ы й  к р е с т ь я н и н. Ты сам сначала просветлися, а потом являйся нас уму-разуму учить.

В т о р о й  к р е с т ь я н и н. Лучше бы ты сказал, куда девались общественные деньги, а то зря языком мелешь.

М а ч а к. А что мне об этом говорить? Я их не брал.

В т о р о й  к р е с т ь я н и н (язвительно). Конечно, какое кому дело, кто их взял. Нет их, вот и все тут.

М а ч а к. Чтой-то ты уж больно разошелся, Шиме. Так и по морде недолго схлопотать.

В т о р о й  к р е с т ь я н и н. От кого это? От тебя?.. А ну, подойди, только тронь!

П у л ь о. Товарищи, спокойно. Мы на собрании или где, мать вашу… Не будем же мы тут, как это говорится, физикально расправляться. Мы сейчас говорим о культуре и просвещении, а не о каких-то там, понимаете, финансовых недостачах. Товарищу Мачаку слово. Продолжай ты, Мачак, и не слушай никого.

М а ч а к. Чего это я хотел сказать?.. Да! Вот, товарищи, когда же это мы тут последний раз культурно и просветительно развивались? Больше года уже прошло, как товарищи из села Верхняя Мрдуша играли на гармошках и плясали наше народное коло. И с тех пор ничего не было. А надо бы наконец и нам подготовить какое ни на есть представление. Да еще такое представление, чтобы в нем, так сказать, проявилась наша социалистическая действительность, что у нас, понимаете ли, положительное, а что отрицательное. И когда наш трудящий человек увидит такое представление, он сможет подойти к своему вышестоящему товарищу и сказать ему: так, мол, и так, товарищ, это вот у