Обжигающе горячая... - Александр Александрович Яйков

и заиграли желваками на скулах, она попала своей догадкой в точку. Только вот, такая ’’меткость’’ ее отчего-то не порадовала и, чувствуя как молчание становится уже неприлично долгим, скорее даже напугало.

— Да… Наверное можно и так сказать. Сейчас у меня сильно болит сердце… за свою пропавшую дочь. Я очень за нее волнуюсь… и хочу узнать, жива она или нет — управитель области очень медленно подбирал слова и такое абсолютно несвойственное ему поведение пугало еще сильнее, вызывая у девушки желание создать хотя бы один магический щит.

— Да-да, конечно могу. Сария настояла чтобы я освоила это плетение. Говорила что ко мне могут ни единожды обратиться с такой специфической просьбой — заверила в своих возможностях девчонка и лишь после этого, с огромным запозданием, осознала где именно могла пропасть Славия. А учитывая отправленное недавно подруге в Галион письмо… Индрис вполне могла считать себя соучастницей данного исчезновения одной большой девицы — Только… Господин Бураст, мне для этого будут обязательно нужны ее волосы или ногти.

Повинуясь молчаливому жесту, помощник обошел стол и, достав из кармана сразу два мешочка, один довольно крупный и увесистый, а другой очень маленький, он положил второй перед целительницей. Она тут же развязала крохотные завязки и раскрыла его. Ну а увидев внутри комок из скатанных волос, покивала головой, соглашаясь помочь.

— Да. Этого будет вполне достаточно. Я сейчас сформирую нужное плетение и сразу посмотрим — взяв в руки комочек магесса даже прикрыла глаза, не желая смотреть на этого мрачного гиганта, явно сдерживающего ярость после того как Индрис упомянула свою подругу. Целительница отчего-то была полностью уверена в том, что использовав нужное плетение, получит лишь пустой отклик смерти… и, наверное, поэтому дернулась от неожиданности, когда почувствовала чужую жизнь.

— Что? — прогремел в палате грозный вопрос. Опасаясь того что этот громила в нетерпении начнет крушить все вокруг себя, девчонка испуганно пискнула и поспешила дать предельно правдивый ответ.

— Жива! Ваша дочь сейчас точно жива. Вероятно ранена, но жива. Ритм сердца предельно медленный, а это значит что на ней использовали замедление жизни. Такое делают чтобы придержать движение крови в теле перед операцией.

— Хорошо… — позволил себе немного расслабиться мужчина и после короткой паузы, во время которой Индрис не спешила открывать глаза, управитель области задал новый вопрос — Можешь сказать где она сейчас?

— Нет. Конечно же нет. Даже поставленная на человека метка не может указать, где он точно находится. Я сейчас могу уточнить лишь примерное направление, но для этого нужна очень сильная концентрация. Придется немного подождать и…

— Делай! — просто приказал мужчина и заставив стол жалобно скрипнуть под его весом, присел на его край. Так он показал что готов немного подождать и в то же время дал понять что терпение его крайне ограничено. Радуясь тому что резерв был не пуст, и тратя энергию на поддержание плетения, девушка попыталась отстраниться от окружающего мира и незримого давления. Учитывая шорохи и дыхание двух нетерпеливых мужчин, получилось у нее не без труда, после чего она наконец-то прикоснулась к чувству направления. Ну а затем, сориентировавшись в пространстве и, развернувшись на лево, выставила руку в нужную сторону, едва не ткнув пальцами в живот помощника члена гос совета. Ну а когда Индрис наконец-то открыла глаза, она, еще до вынесения вердикта наблюдающими за нею людьми, поняла что у Сарии точно появились новые проблемы.

— На севере — мужчины молча переглянулись, видимо подтверждая свои первоначальные догадки… А в следующий миг целительнице в затылок прилетел тот небольшой но увесистый мешочек, мгновенно выбивая из нее сознание. Но на этом они не остановились и уже через десяток секунд на заведенных за спину девичьих руках застегнулись кандалы из мертвого железа, отсекая молодую магессу от своего дара.

— Видимо Славию и ее боевую десятку взяли живыми. У нее в голове очень много компромата против меня, так что на своем месте я точно не усижу. Поэтому, собираем все самое ценное и уходим в вольные баронства. Там людям с деньгами всегда рады. Но сперва… попробуем выменять мою дочь на эту целительницу. А еще лучше забрать с собой и эту Сарию. Ее умения нам бы точно пригодились.

— Может мне договориться с теми наемниками из северян? Магическая поддержка нам бы в Галионе не помешала — с хитрой усмешкой предложил уже помощник «не» управителя области и «не» члена совета, а Бураст конечно же согласился.

— Давай, договаривайся. Как я понял, у этой наглой магессы есть один боевой защитник, так что идти туда без магов нет никакого смысла. Повоевать со стражей, пока ищем Славию, точно придется.

— Хорошо. Тогда прямо сейчас пойду их искать и готовиться к отбытию. К завтрашнему утру постараюсь все организовать — покидая палату, предупредил своего господина этот неприятный тип.

— Сколько же проблем из-за одной несговорчивой девчонки. Если не получится ее подчинить, тогда просто ее убъю. Надену на эту тварь кандалы, а потом удавлю собственными руками — глядя на хрупкую шейку целительницы, мужчина едва сдержался чтобы не выплеснуть на нее свою клокочущую в груди ярость. Жизнь дочери была для него важнее всего, поэтому он решил немного потерпеть и придержать свою злость до того момента когда она будет уместна.

— Завтра… — пообещал самому себе Бураст и, завязав Индрис рот специально принесенной с собой тряпкой, тоже вышел из палаты. Дел за эту ночь предстояло переделать немало, но в первую очередь нужно было предупредить парня целительницы о том, что она опять убежала в Галион к подруге, чтобы он не искал ее и не мешался под ногами — Все будет завтра…

Конец отступления.

Глава 40

И снова рабочие будни. Стражники присматривали за очередью, чтобы буйный люд не затоптал друг друга в извечном споре о том кто будет следующим. Волс прыгает с мечом, тренируя навыки безмагического боя и радуя девиц всех возрастов видом своего обнаженного и блестящего от пота торса. Ну а Сария… она опять увлеклась практикой и сидя меж двух хирургических столов, лечила людей быстрее, чем ей подводили новых страждущих. Желающих получить какие-то артефакты, она просто просила подождать за чайным столиком и, выделяя новому делу небольшое количество ресурсов своего разума, то и дело принималась одновременно возиться еще и с этим.

Мельтешение людей, хирургических инструментов и заготовок — все то, что девушка медленно но верно начинала считать скучной рутиной, перенося свою работу из разряда того что приносит ей новый практический опыт, к разряду мусора