Розмари - Маша Драч

никак не облегчала всей ситуации. Я даже про себя боялась произнести то, что Дьявол мертв, в душе теплилась дурацкая надежда, а разум упорно твердил, что из такой западни выйти живим никому не удастся, даже Лерою.

Мы пили чай, но его чудодейственная сила — усмирять расшатанные нервы — на нас троих никак не подействовала. Калэб отставил свою пустую чашку, залез на диван рядом со мной и, свернувшись калачиком, положил голову ко мне на колени. Амис сидела в кресле, поджав, одну ногу под себя. Мне казалось, что подруга из нас всех выглядела самой собранной. Впрочем, в этом весь ее характер, ее натура — она умела быть сильной, когда это необходимо. Я же вся тряслась, скорей от нервов, чем от страха. Перманентное чувство, что за нами вот-вот нагрянут, никуда почему-то не исчезло.

— И всё же, что произошло? — тихо спросил Алестер, когда Калэб забылся тревожным сном.

— Всё случилось внезапно, — начала я и поведала нашу сумасшедшую историю на одном дыхании. Я говорила слишком быстро и без запинки. Мне казалось, что стоит хотя бы раз сделать паузу и я больше не смогу собраться с силами, чтобы закончить рассказ.

— Так его убили? — напряженным тоном спросил Алестер, когда я замолчала.

— Я… Я не знаю. В него выстрелили несколько раз. Я видела кровь и то, что те люди, которые на нас напали, окружили его. А еще… У Лероя на поясе были гранаты, думаю, это они спровоцировали взрыв. Но Хэтти… Ее убили, в этом я абсолютно точно уверена.

— Проклятие! — выругался Коулман. — Я же предлагал ему какое-то время переждать у меня, — он прикрыл глаза и тяжело вздохнул.

— И почему он не согласился?

— Из-за своего дурацкого упрямства и тупой гордости. Мы немного повздорили. Накануне Лерой приезжал ко мне. Я знал, что он не успокоится и поднимет тему насчет твоего прибывания в моем доме. Утверждал, что я подверг тебя опасности, и мне стоило всё ему тут же рассказать, как есть. Я ведь уговорил Лероя не срываться с места, когда он залег. Ему же хотелось разобраться с вашим этим… Главным в борделе.

— Он и разобрался, — подала голос Амис.

Мы с Коулманом одновременно посмотрели на нее.

— Блэйк в тот вечер продал какую-то девушку за огромные деньги. Решил отпраздновать это дело в шикарном ресторане. Как я поняла, ваш Лерой его перехватил по дороге и… Когда Блэйка привезли в бордель, на нем живого места не было. Короче, скончался еще до того, как врач успел приехать. Уборщица потом долго смывала следы внутренностей Азейнберга с пола. Так этому говнюку и надо! Собаке собачья смерть.

— В общем, — продолжил Алестер. — После нашей размолвки Лерой больше не выходил со мной на связь, даже не разрешил к Калэбу на день рождения приехать, только подарок согласился передать и упомянул о каком-то банковском ключе.

Я смотрела на свой уже давно остывший чай, переваривая только что полученную информацию.

— Я попытаюсь связаться с нужными людьми и узнать точно, что произошло с Лероем. А вам, лучше отдохнуть, пока есть возможность. Не исключено, что потом об отдыхе вы будете только мечтать, ведь еще ничего не окончено.

Мы втроем лежали на разложенном диване в гостиной. Я подумала, что нам не стоит разбредаться по всему дому, ведь опасная ситуация могла возникнуть в любой момент и мы должны готовы бежать, если потребуется.

— Лерри еще не вернулся? — первое, о чем спросил Калэб, как только проснулся.

Мы с Амис уснуть не смогли, поэтому просто лежали, пялясь в потолок и думая о своём.

— Нет, солнышко, — я повернулась к Калэбу. Сейчас он выглядел настолько уязвимым и печальным, что мое сердце просто разрывалось от боли.

— Но ведь он приедет? Они же не заберут у нас его, правда? Не заберут? — эта вселенская надежда, что так отчётливо прослеживалась в глазах Калэба, просто причиняла мне невыносимую боль. Я бы хотела его как-то утешить, уверить, что всё будет хорошо, но не могла, больше не хотелось лгать.

— Спи, тебе нужно поспать, чтобы набраться сил, — я поцеловала Калэба в макушку и прижала к своей груди. Он, словно чувствуя мое бессилие, больше не стал задавать вопросов и последовал моему совету.

— Куда мы поедем? — вдруг тихо спросила Амис. — Очевидно же, что в этом городе нам оставаться нельзя.

— Отправимся к моей бабушке. Она живет на юге, далеко от всего этого дерьма.

— К бабушке? — от удивления глаза подруги округлились. — Постой, ты ведь ничего не помнишь о своей семье… или…

— Я вспомнила, — устало ответила я.

— Как? Когда? — Амис даже привстала немного на локтях.

— Еще в особняке, во время перестрелки, — я осторожно высвободилась из объятий спящего Калэба и села, скрестив руки на груди.

— Вот как. Даже не знаю, хорошо это или плохо.

— Это замечательно, — я невесело улыбнулась. — Теперь хоть какая-то часть моей жизни встала на свое место. Впрочем, как-то странно осознавать, что когда-то я ходила в школу, у меня были друзья и… Настоящая семья. Представляешь, оказывается, у меня были отличные оценки по литературе. А еще дома у нас был пес. Его звали Зевс. Я была влюблена в одноклассника и мечтала стать учителем. Черт, — я замолчала, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. — Моя жизнь была такой правильной, пока какие-то подонки не убили моих родителей. Теперь кроме бабушки у меня никого больше нет из родственников.

— Всё наладится. Алестер нам поможет. Ты не одна, у тебя есть мы, пусть и не самая образцовая компания, но всё же.

— Вы для меня самые лучшие, — я крепко обняла Амис. — Других людей мне и не нужно, — мы немного расчувствовались, но я не стыдилась теперь своих слез. Как-то Алестер сказал мне, что я должна научиться принимать свои слабости и кажется, именно это у меня сейчас и получилось сделать.

— Знаешь, а я ведь кое о чем совсем забыла, — Амис разорвала объятия и вынула из кармана своих джинсов брошку, которую мне на Рождество подарил Алестер. — Когда ты уехала из борделя, твои вещи быстро растащили, но я успела забрать это чудо. Подумала, что будет хорошо, когда-нибудь тебе ее отдать. Правда, она сломалась из-за того, что я пару раз сегодня шлепнулась на пол.

— Ничего страшного, — я взяла украшение и посмотрела на одно отколовшееся крылышко. — Наверное, это знак, что Мотылёк навечно потерян для нас и теперь я стала той, кем когда-то была.

— Действительно. Очень символично.

Неожиданно в гостиную тихо вошел Алестер. Мне хватило лишь одного взгляда на него, чтобы всё понять без слов.