Розмари - Маша Драч

свои влажные после душа волосы. — К тому же Калэб привязался к тебе и, думаю, Алестер чувствует долг перед ним. Ладно, хватит о грустном и серьезном, — парень заулыбался. — Давай я тебе лучше помогу собраться. Мы сегодня поедем в одно классное место: суперская музыка, отличные коктейли и просто невероятная атмосфера.

Я постаралась проникнуться задорным настроением Френсиса. В конце концов, зима ушла и забрала с собой всю ту горечь и безысходность, что так долго мучили меня. Я хотела расслабиться, отпустить себя и прекратить думать о Дьяволе.

Френсис помог мне распаковать подарок, красивое красное платье, сделанное из шелка, приятно удивило меня. По моим меркам оно выглядело очаровательно, хотя мое предпочтение носить джинсы и кеды всё равно осталось непоколебимым. Парень принес туфли, тоже красного цвета и захватил с собой косметичку.

Пока Френсис занимался моими волосами, я постаралась прочувствовать его и понять, как именно реагирую на этого человека. Его энергетика была созвучна с энергетикой Алестера — светлая и какая-то даже уютная. Наверное, это и не удивительно для людей, которые состоят в отношениях. У них возникает много сходств. Парень не вызывал у меня отторжения, хотя его чрезмерная активность и болтливость немного раздражали. Френсис человек искусства, именно поэтому он так необычен в своем поведении. Он кружился вокруг меня, словно скульптор, который жаждал показать миру свое непревзойденное творение. Его светлая энергия, которая почему-то в моем представлении была наполнена золотистым цветом, незримо начала наполнять мои вены. Я перенимала настроение Френсиса, из-за чего собственные эмоции медленно переставала испытывать. Мне вдруг стало так легко и хорошо, будто бы и не было всех тех печалей.

Когда парень наконец-то завершил свою работу, я получила возможность посмотреть на себя в зеркало. Светлые глаза, густо накрашенные черными тенями, выглядели по-особенному красиво, и взгляд стал каким-то глубоким и роковым. Крупные черные кудри красиво лежали на плечах, словно бы так я ходила всю свою жизнь. Красное платье с небольшими кружевными рукавами, облегало мою худощавую фигуру, подчеркивая грудь. Я была красивой, по-настоящему красивой, как те женщины с обложек журналов. Именно такой и должна быть Розмари. Даже туфли на небольшом каблуке сейчас мне казались самой удобной обувью на свете. Это преображение мне нравилось, но в то же время приносило немного боли. Возможно, если бы Дьявол увидел меня такой, то стал бы иначе относиться?

Я живо помнила тот вечер, устроенный в честь Рождества, тогда он был другим. Мы танцевали… Этот танец… Он нас соединил невидимой нитью, пожалуй, именно тогда я прочувствовала этого человека как никогда точно и глубоко. Я бы многое отдала, чтобы хоть на несколько минут вернуться в тот вечер. В сердце больно кольнуло от воспоминаний.

— Как тебе? — спросил Френсис, напоследок поправив мои волосы.

— Красиво, очень красиво, — честно ответила я. — Где ты этому всему научился?

— На гастролях. Макияж, прическа, внешний вид — это то, в чем я немного смыслю и за что получаю гораздо больше денег, чем за танцы, — он игриво улыбнулся. — Чтобы научиться уверенности в себе и полюбить себя, нужно начать с внешнего вида и, пожалуй, этот пункт мы успешно выполнили.

Я еще раз глянула на себя в зеркало. Да, я выглядела замечательно, но ведь взгляд всё равно не скрыть даже за плотным слоем черных теней.

9

Мы приехали в клуб с характерным для таких заведений названием «Неон». Его огромная вывеска ярко горела в темноте и немного раздражала глаза. Я поежилась, ощутив себя здесь совершенно чужой. Новизна обстановки заставила насторожиться и задуматься над тем, а нужны ли мне все эти походы в клубы и дизайнерские шмотки? Ради чего я это делала? Ради принятия себя? Любви к себе? Слишком много философских вопросов для такого легкомысленного места.

Выйдя на улицу, я глубоко вдохнула свежий воздух и посмотрела в ясное ночное небо. Светила луна, мерцали звезды и где-то там сейчас находился мой Дьявол. Чем он занимался? Всё ли с ним хорошо? Несмотря на то, как он со мной поступил, да и на наши отношения в целом, я по-прежнему волновалась за него. Как бы я временами не злилась и ненавидела этого человека за его жестокость, мне было трудно думать о том, что сейчас он находился буквально в метре от смерти.

— Роза? — Френсис взял меня под руку и повел ко входу.

— А где Алестер? — мысли настолько неожиданно и сильно поглотили меня, что, кажется, я на секунду выпала из реальности.

— Сейчас припаркуется и присоединится к нам.

Мы не стали стоять в очереди как все остальные гости. Крупный охранник в строгом черном костюме и с гарнитурой в правом ухе пропустил нас внутрь. Ритмичная музыка оглушила меня, как только я переступила порог клуба. В подобных заведениях я прежде никогда не бывала и смутно понимала, как здесь устроен мир. Люди бесновались под песни, которые громко звучали из динамиков. Истеричный блеск разноцветных огней больно бил по глазам, но постепенно я начала привыкать к нему.

Алестер присоединился к нам в тот момент, когда улыбчивый молодой администратор провел на второй этаж, где находилась забронированная Коулманом ВИП-ложа. Здесь музыка не грозилась разорвать барабанные перепонки, а в воздухе не витал терпкий запах сигаретного дыма. Расположившись в мягком кресле, оббитом красным бархатом, я наблюдала за людьми, которые продолжали танцевать внизу. Френсис сел рядом с Алестером и осмотрелся по сторонам.

— А тут совсем ничего не изменилось с нашего прошлого визита.

— Зейн не привык постоянно менять интерьер, — ответил Коулман и расстегнул несколько верхних пуговиц на своей рубашке.

— А кто такой Зейн? — поинтересовалась я, чтобы хоть как-то влиться в общий разговор.

— Один очень влиятельный в мафиозном мире человек, — ответил Френсис. — Крайне странный тип.

— Никогда о нем раньше не слышала.

— Это неудивительно, он нездешний, — объяснил Алестер. — Просто держит бизнес в нескольких крупных городах.

— А ты встречался с ним когда-нибудь?

— Вел его некоторые дела. Он и с Лероем знаком, вытягивал его несколько из передряг.

Всё, что, так или иначе, было связано с Дьяволом, автоматически вызывало у меня усиленный интерес.

— А в чем именно проявляется странность этого Зейна?

— Ну, знаешь, когда человек любит убивать других людей под классическую музыку или, скажем, устраивать всякие игры для своих жертв, в рамки нормальности это никак не впишешь, — Френсис хохотнул, будто только что рассказал какую-то смешную шутку.

— Это правда? — я перевела вопросительный взгляд на Алестера.

— Да, но в целом Зейн неплохой человек, во всяком случае, он не