Кузя - Виктор Александрович Блытов

довел и растолковал, и они уже работают над документами. А теперь получи погоны для офицеров! И вот приказ о присвоении званий! – он протянул Кузьме листок с приказом. – Только он секретный, потом сдашь мне!

Сотник Макаров подал ему погоны со звездочками и бумагу с печатями. Никита Прокофьевич вручил их Кузьме.

– Вручишь всем сам лично! Сейчас мы не будем это объявлять, а ты уж объяви, пожалуйста, когда все гости уедут.

– А чего я буду Носову и другим вручать погоны? – заупрямился Кузьма, – Николай Николаевич здесь. Вы вручите ему, а потом остальным, пожалуйста – сами. И из ваших рук ему будет приятнее получить на целый порядок!

Никита Прокофьевич заулыбался.

– Если так, как ты просишь – пусть будет! Приятно делать добрые дела. И это правильно, наверное. Тогда вот тебе, Кузьма Степанович, погоны капитана 2-го ранга, а вам, Николай Николаевич, погоны капитана 3-го ранга. Наденете, когда все гости уедут!

Потом он вызывал остальных офицеров.

Он вручил погоны и расцеловал сначала Кузьму, потом Носова, потом всех остальных.

Все, получив погоны, произнесли:

– Служу России и Кубани!

За Верховным атаманом Кубанского казачьего войска подошли и поздравили офицеров Владыка Кубанский и Черноморский, отец Михаил и Науменко.

Кузьма аккуратно записал все указания в записную книжку. Погоны положил во внутренний карман куртки и подумал: «Служил на флоте и только до третьего ранга, а здесь за месяц уже получил второго ранга. Судьба неисповедима. Правда, все это мелочи, но приятно. Хотя, отрабатывать придется, возможно, и кровью!»

– Мы пойдем на полигон с Владыкой и стариками и посмотрим, чему вы здесь научили казаков! – пожав всем руки, сказал Никита Прокофьевич.

Владыка с отцом Михаилом впереди уже направились за КПП. За ними шли все церковные служки.

В помещение штаба прошли Науменко, Кузьма, Носов и Осипович. Остальные офицеры побежали к подразделениям.

Науменко продолжил инструктаж Кузьмы и Носова:

– Срочно дайте команду своим писарям, чтобы заполняли все документы. Вот вам пакет с бумагами на всех вас для наших патрулей, постов и начальников, как МО, так МВД и ФСБ. Вот предписания для всех казачьих атаманов на местах Кубанского и Терского казачьего войска. Вам будет полное содействие с их стороны. Вы будете выполнять задачу, которую вам поставит подполковник Иванов – командир отряда спецназа ГРУ «Снежный барс», к которому вы прикомандированы для выполнения задания. «Снежный барс» находится в Урус-Мартане на территории бывшего кирпичного завода. Это ваша первая цель, куда вы должны прибыть в полном составе. К сожалению, отрядов ГРУ на всё в Чечне не хватает. Ваш отряд должен стать большой подмогой в этом деле. Маршрут движения в этой папке. Все вопросы, заданные мне Носовым, будут решаться в Урус-Мартане с подполковником Ивановым. До Моздока дадим в сопровождение две милицейские машины – дальше пойдете сами с комендантским сопровождением. Все понятно, товарищ войсковой старшина? Кубанки брать в поход нельзя – политика, блин! Казаков в Чечне быть не должно! Будете носить морпеховскую форму. Надеюсь, что те, к которым уже привыкли, кубанки будете носить с гордостью только по возврату на Кубань. Паспорта, у кого есть, тоже сдать все мне сегодня майору Зленко. Вот вернетесь с победой – тогда вернем. Ну, а в казачьей форме будете красоваться здесь на Кубани.

Он прокашлялся, отвернулся, потом вытер рот платком и продолжил:

– Вы отряд морской пехоты Черноморского флота. Для всех легенда такая. Андреевский флаг на вашем знамени недаром. И по званиям с сегодня же проинструктируйте всех. Казаки теперь – матросы. Урядники – старшины. И еще мы с огромным трудом пробили вам самые современные четыре снайперских винтовки, называется «Винторез» ВСС – бесшумные. Для разведки самое доброе дело. Получишь их у Ускова. Он уже получил.

Он опять закашлялся, но потом продолжил:

– За сегодня вечером их надо обязательно отстрелять. Иначе, зачем они? Каждому казаку дарим специальный нож в кожаных ножнах с надписью «Тамань» – наши бизнесмены расстарались. У них специальная сталь из титановых сплавов, каждый клинок подписан надписью «Тамань» и имеет свой номер. Каждый казак получит по рации «Мидланд-500» – связь по ней нормально до 10 километров. Если на горке, то и того дальше. Ни одно подразделение в Чечне так не вооружено, как ваше.

– Отстреляем винтовки! – обрадовался Кузьма, – обязательно отстреляем! Сейчас дам команду отцу Михаилу – он у нас спец в этих вопросах!

Науменко обнял и расцеловал Кузьму, затем Носова.

– С Богом, сынки, только не опозорьте наши седины и славу наших дедов и отцов!

Когда они вышли из штаба их ждали отец Кузьмы, Гнат Буняченко и Пашка Зленко.

Науменко поздоровался и по обычаю облобызался с ними. Они, видимо, знали друг друга и относились друг к другу с уважением.

– Что, Степан Иванович, приехал сына провожать?

– Порадоваться приехали за наше казачье племя, шо не вмерло имя казачье и порадоваться, шо наши сыны с честью выполнят все задачи. Жинка хотела поихать, да я не стал ее брать. Военное дело – не бабское!

– Могли бы и взять! Сына провожать хочется и ей!

– Перехочется! Другие не провожали, и мы не хуже! – твердо ответил отец Кузьмы, глядя Науменко в глаза, – нехорошо, не по-казачьему!

– Да – вы правы! – опустил вниз глаза Науменко.

После этого Носов повел Науменко, Степана Ивановича и Гната Петровича Буняченко на полигон, а Кузьма с Пашей Зленко отправился с документами к писарям. Болела спина от ударов нагайкой и шумела голова от выпитой горилки. Волков и все писари работали в поте лица.

На лугу разведчики бросали гвозди и ножи в цель, стреляли с коней, рубили шашками ветки лозы, показывали элементы рукопашного боя, вызывая восторг гостей.

На полигоне отец Михаил с удовольствием демонстрировал Владыке возможности снайперов, гранатометчики и пулеметчики вели огонь по целям. Минометчики устанавливали на время минометы и орудия и стреляли с закрытой позиции по мишеням. БТРы Миронова порхали, как бабочки, по холмам и пригоркам.

Удовлетворенные гости отобедали в столовой, где для них накрыли торжественный обед, и уехали в Краснодар.

Долго отец на прощанье обнимал Кузьму.

– Береги себя, сынку, береги казаков, шоб стыдно не было потом в глаза станишникам смотреть! Возвращайтесь с победой! – смахнул он слезу с глаза.

Затем Гнат Буняченко, обняв Кузьму, пустил слезу.

– Кузя, ты мне как сын родной! Я и Аленка будем ждать тебя! Одна она у меня! – шепнул он на ухо Кузьме.

Последним уже ближе к вечеру уезжал школьный товарищ Кузьмы Паша Зленко с подписанными контрактами и собранными паспортами казаков или, как их именовали теперь, контрактников.

– Сына береги, Кузьма!

– Постараюсь.