Юрий Ленчевский - СМЕРШ в тылу врага. Зафронтовая работа военной контрразведки

Ознакомительный фрагмент

Глава вторая. Семен Калабалин — Литературный герой и курсант школы абвера выполнил задание «СМЕРШ»

О том, как полтора года он абвер за нос водил

В наши дни мало кто знает книгу Макаренко «Педагогическая поэма». Макаренко Антон Семенович (1988–1939). Русский советский писатель, педагог. В 1920–35 гг. руководил юношескими воспитательными учреждениями на Украине. Автор ряда книг, наибольшую известность из которых получил роман «Педагогическая поэма» (1935).

Знаменитый педагог Макаренко рассказывал о трудовой коммуне, воспитательном учреждении, в котором делали людей из бывших беспризорников, воров. А таких после революции было пруд пруди.

Беспризорники буквально наводнили улицы крупных городов страны, железнодорожные дороги, подвалы и чердаки домов.

В одной из бесед с А.В. Луначарски, Ф.Э. Дзержинский говорил: «Я хочу бросить некоторую часть моих личных сил, а главное — сил ВЧК, на борьбу с детской беспризорностью. Это же ужасное бедствие. Ведь когда смотришь на детей, так не можешь не думать — все для них. Плоды революции — не нам, а им. А между тем сколько их искалечено борьбой и нуждой. Тут надо прямо-таки броситься на помощь, как если бы мы видели утопающих детей»[3].

27 января 1921 года при ВЦИК была создана комиссия по улучшению жизни детей. Председателем комиссии был назначен Ф.Э. Дзержинский. В тот же день ВЧК направила чрезвычайным комиссиям страны циркулярное письмо. «…ВЧК надеется, — говорилось в этом письме, — что товарищи, работающие в ЧК, поймут важность и срочность заботы о детях, а потому, как и всегда, окажутся на высоте своего положения. Забота о детях есть лучшее средство истребления контрреволюции. Поставив на должную высоту дело обеспечения и снабжения детей, Советская власть приобретает в каждой рабочей и крестьянской семье своих сторонников и защитников, а вместе с тем широкую опору в борьбе с контрреволюцией»[4].

20 марта 1921 года Чрезвычайная комиссия Туркестанской республики направила всем областным ЧК приказ № 27, в котором обращалось внимание чекистов на тяжелое положение детей и на необходимость всемерной помощи Советской власти в работе по охране и снабжению детей.

«Сейчас пришло время, — говорилось в приказе, — когда, вздохнув на внешних фронтах, Советская власть может со всей энергией взяться за это дело, обратить свое внимание в первую очередь на заботу о детях, этой будущей опоре коммунистического строя.

И чрезвычайные комиссии, как органы диктатуры пролетариата, не могут остаться в стороне от этой заботы, и они должны помочь всем чем могут Советской власти в ее работе по охране и снабжению детей.

Для этой цели Президиум ВЦИК назначил председателем комиссии по улучшению жизни детей Председателя ВЧК тов. Дзержинского. Пусть это будет указанием и сигналом для всех чрезвычайных комиссий. Каждая чрезвычайная комиссия должна рассмотреть, что и как она может сделать для детей, назначив для этой работы ответственного руководителя и подыскав соответствующих работников как у себя, так и через Женотдел, Облпрофсоветы и т. п.[5]»

Много тысяч детей, оставшихся без родителей и крова, спасли чекисты от голодной смерти. По инициативе чекистов в различных городах были созданы приюты, детские дома и трудовые колонии, где дети были окружены вниманием и заботой.

Каждый, кто читал «Педагогическую поэму» Макаренко, наверняка помнит одного из ее главных героев — бывшего вора Семена Карабанова.

Как и все остальные персонажи книги, образ Карабанова не был придуман писателем. Под этим именем он вывел реального человека — своего ученика и последователя Семена Калабалина.

Карабанов-Калабалин, беспризорник, вор стал человеком.

Конечно, Карабанов-Калабалин не был столь знаменит, как его наставник, но и в безвестности прозябать ему тоже никогда не приходилось.

Всю жизнь занимался он воспитанием трудных детей. Директорствовал в детдомах. Вместе с женой — тоже героиней «поэмы» — на практике воплощал педагогическую методику Макаренко. Был удостоен звания «Заслуженный учитель РСФСР».

О бывшем беспризорнике, пошедшим по стопам своего учителя, регулярно писали газеты, благо почва была благодатная. Известная писательница Фрида Вигдорова[6] посвятила судьбе Калабалина целую трилогию — «Дорога в жизнь».

И в то же время о подлинной жизни его не знал никто.

Первое знакомство с чекистскими органами вряд ли оставило у Калабалина хорошую память. В январе 1938-го, когда он работал директором детдома, его арестовали по печально известной 58-й статье УК. Калабалин был обвинен в антисоветской агитации среди молодежи.

Собственно, по-другому, наверное, не могло и быть. Человек прямой и открытый, он всегда, всю жизнь говорил то, что думал, и в выражениях не стеснялся. Такие люди обычно долго не живут.

Но ему, на удивление, везет. За решеткой Калабалин провел всего месяц и был отпущен «за недоказанностью»: с воцарением Берия по стране прокатилась робкая волна освобождений и пересмотров.

Калабалин вообще был счастливчиком. Он мог погибнуть много раз, но неизменно судьба уберегала его от смертельной, казалось, опасности[7].

Приведем биографию Калабалина, которую он написал в 1942 году по просьбе сотрудников НКВД.

«Родился я в 1903 году, 14 августа, в селе Сулимовке на Полтавщине. Мои родители занимались сельским хозяйством — батрачили, т. к. земли своей, избы и вообще никакого имущества не имели. В связи с тем, что не было своего гнезда, мы часто переезжали из села в село на жительство, а в селе из избы в избу поселялись за отработок.

Себя я помню из села Сторожевого Чутовского района Полтавской области. Уже девятилетним мальчиком я был определен в пастушки к кулаку Сивоволу за три рубля в лето и за первые штанишки в жизни из сурового полотна. На другое лето я был определен пастухом к кулаку Завгороднему в с. Васильевку, — уже за 8 (рублей), а на третье лето к кулаку Наливко Николаю.

Зимою ходил в церковно-приходскую школу 4-летку, которую и закончил в 1915 году. В том же году меня свели к помещику Голтвянскому и продали за 40 р. в год; лето — пастухом, а зиму — коровником.

В 1916 году в августе месяце на пощечину помещицы я ответил кнутом по ее спине и бежал с усадьбы. Около двух недель жил в огородах, питаясь — что стащу и, наконец, ушел в г. Полтаву. Жил в воровских притонах, на кладбище и промышлял карманными и квартирными кражами. Имел около полусотни приводов в полицию и однажды был направлен в колонию для малолетних преступников.

В конце 1917 года пристал к вооруженному отряду, налетевшему на город и ушедшему в лес в окрестности г. Полтавы. Оказалось, что во главе отряда красных партизан стоял мой брат Иван. (Вот еще один пример природного везения Калабалина.) Впоследствии отряд вошел в состав 1-го Украинского Советского полка им. Шевченко. Брат был командиром батальона, я — разведчиком. В бою с гайдамаками под ст. Раздольная я был ранен в ногу, лежал в Николаеве, а затем уехал в Полтаву (кажется, в 1919 г.). Я нашел своего брата Ивана, который партизанил против деникинцев (помню операции: налет на юнкерское училище; на ст. Кобеляки пустили под откос броневик и вырезали около сотни деникинцев).

Затем отряд влился, если мне память не изменяет, в 501-йполк, который действовал против деникинских войск. В бою под Белогородом был ранен в руку. Лежал в Харькове, заболел тифом, был переведен в тифозный городок, а после выздоровления — уехал к родным в с. Сторожевое, где застал отца, мать и младшую сестру. Братья Ефим, Иван, Андрей и Марк были в Красной Армии.

Пожив дома около месяца, я уехал в Полтаву и, кажется, в марте или апреле 1920 года с отдельным 53-м батальоном уехал на Польский фронт. Под Проскуровом был ранен в обе ноги, но не сильно. Лежал с неделю в какой-то деревне, а затем добрался до г. Полтавы и в армию больше не возвращался.

Встретившись с «друзьями» по воровской жизни, я организовал группу воров человек 10 и занимались грабежами. Мой старший брат Ефим был начальником военного отряда резерва милиции в Полтаве. Моя группа воров подверглась его преследованию. (Такое может быть только в России — брат ловит брата! — Прим. авт.). В декабре 1920 г. он всех нас переловил и посадил в тюрьму. Я просидел три месяца и решением комиссии по делам несовершеннолетних был отправлен в детскую трудовую колонию им. М. Горького (см. «Педагогическую поэму» А. Макаренко, где я прохожу как герой поэмы под псевдонимом Семен Карабанов). В колонии Горького вступил в Комсомол. В 1922 г. был командирован на рабфак в г. Харькове при Сельхозинституте и в 1927 г. закончил Инженерно-мелиоративный факультет. Был призван в армию и определен в школу одногодичников при 25 стр. дивизии им. Чапаева в г. Полтаве. Через два месяца был демобилизован как ограниченно годен по состоянию здоровья — болезнь желудка».