Искусство подводной войны. СССР против США, 1945-1972 - Павел Олегович Леонов

валу 15 000 лошадиных сил. Удлинение корпуса по сравнению с оригинальным составило 39,6 метра, из которых 13,7 приходилось на отсек с навигационной и управляющей аппаратурой, 3 метра на вспомогательные механизмы, а 22,9 метра предназначалось для двух рядов по восемь ракет «Поларис». Число 16 было выбрано по результатам голосования технического совета адмирала Рейборна на основании усредненных рекомендаций.

Интересный факт: «по письменному приказу адмирала Берка [при поддержке Рейборна и прочих адмиралов] Риковер не был допущен к предварительным слушаниям [по проекту лодки]». Вся ответственность возлагалась на Рейборна, поскольку опасались, что Риковер в очередной раз будет доминировать в проекте[157].

Здесь необходимо отметить, что ускорение программы «Поларис» (перераспределение финансирования) привело к отмене трех флотских программ: реактивного гидросамолета «Си мастер», крылатой ракеты «Регулус-2» и ракеты «Тритон». То есть бездумного увеличения финансирования, о котором мы так часто слышим от людей, крайне поверхностно знакомых с бюджетированием США, не было.

Запуск Спутника-1 дал американской стороне положительные стимулы – 18 марта 1958 года появился меморандум, в котором описаны принципы навигационной спутниковой системы, которая позже станет известна как «Транзит» и будет использоваться для точного наведения ракет с лодок на цель. 21 июля 1958 года отдел «Поларис» состоял из трех групп: Анализ и исполнение, Оценка и испытания, Развитие спутниковой навигации. Понятно, что в дальнейшем эта система разрослась.

Одной из самых интересных особенностей работы над системой «Поларис», с точки зрения управленца, будет являться отсутствие единого подрядчика (суммарно наличествовало 13 контрагентов) на исполнение работ. Как же предполагалось контролировать совместные работы и почему они были завершены так быстро, несмотря на сложность проекта?

В первую очередь заказчик в лице адмирала Рейборна, осознавая важность и срочность возложенной задачи, применил системный подход, в котором требовалась объективность, независимость и экспертные знания для данного подрядчика и оценка влияния на общую систему от подсистемы. В некотором роде он стал предшественником метода инкрементального тестирования[158].

Отдел специальных проектов ВМС США в 1957 году стал родоначальником метода оценки и анализа проектов (методология PERT). Этот метод предназначался для масштабного, единовременного, сложного проекта. В него закладывается неопределенность, дающая возможность разработать график проекта без точного знания деталей и необходимого времени для всех его составляющих.

Начнем с перечисления значимых подрядчиков:

«Вестингхауз», стартовая площадка и направляющие;

«Дженерал Электрик», система управления, запуска, наведения;

«Аутонетикс», инерциальная корабельная система навигации;

«Сперри Рэнд», общее управление навигационным разделом, в том числе разработка дизайна системы;

«Интерстэйт Электроникс», измерительная аппаратура;

«Локхид», испытания;

Бюро кораблестроения США (вместе со своими верфями, частными и государственными);

«Геркулес Паудер» и «Аэроджет Дженерал», ракетные двигатели.

Помимо всего перечисленных, в проекте участвовали многочисленные поставщики деталей и оборудования, а также Массачусетский технологический, оказывая помощь «Дженерал Электрик».

Леверинг Смит, ставший к 1958 году техническим директором ОСП, подготовил первую программу оценки «Полариса», которая объединяла ранее разделенные технические и эксплуатационные требования. Жесткие требования к графику разработки не оставляли шансов медленному раздельному графику испытаний с пошаговыми тестами. Получалось, что каждое завершенное изделие должно было тестироваться максимально возможным числом тестов, как по раздельности, так и в общей системе сразу.

Для итогов производства ракетного комплекса на лодке в дальнейшем предполагался полный прогон всего оборудования при установке на верфи, при сдаче каждой ПЛАРБ. Во вторую очередь производился запуск ракеты с лодки на мысе Канаверал, чтобы убедиться в отработке действий системы и экипажа на борту. В-третьих, через год после сдачи лодок предполагалось произвести случайное тестирование в режиме полной предстартовой подготовки.

«Траектория полета ракеты рассчитывалась вручную. Вначале для тестового полета она просчитывалась вручную от начала и до конца. Составлялась номинальная траектория и находилась точка отделения [головной части], которая давала вам точное расстояние для поражения цели, для этой точки бралось ускорение, и это было то ускорение, на котором отрубалась тяга, и необходимо было вставить полученные вычисления данных на стартовой площадке».

24 сентября 1958 года состоялся первый запуск «Полариса» АХ-1, который оборвался в полете из-за ошибки в программе. За ним последовали еще четыре неудачных запуска (последовательно: взрыв на стартовой площадке, перегрев топлива в полете, некорректный полет, некорректный полет). Начиная с третьего запуска телеметрия анализировалась отдельным подразделением (физическая лаборатория Университета Джона Хопкинса) с немедленной выдачей рекомендаций и устранением выявленных недостатков в производственном цикле.

Бросковые и летные испытания опытных образцов «Полариса» производились прямо в базе ВМС США Норфолк с борта судна «Обсервейшен Айленд»/USS Observation Island, EAG-154.

20 апреля 1959 года происходит первый удачный запуск АХ-6 на 300 миль с мыса Канаверал. Технически это все еще был неуправляемый снаряд, запущенный по рассчитанной траектории. Наконец, 11-й запуск (АХ-11) 15 июля 1959 года подтвердил работоспособность инерциальной системы наведения ракеты.

Система навигации на подводных лодках, в тот момент определение собственного места, была довольно далека от современных стандартов точности. Предполагалось, что загрузка данных с аппаратуры лодки в ракеты будет обеспечивать необходимую точность расчетов при запуске. Для этого была использована система спутниковой навигации «Транзит» (запущена в рабочем режиме к 1964 году), а на борту лодки устанавливался компьютер AN/UYK-1[159], достаточно маленький, чтобы его можно было протащить через рубочный люк. Этот компьютер обрабатывал данные с корабельной навигационной системы (в частности, Ship’s Inertial Navigation System, SINS) и пользовался данными системы ЛОРАН, радионавигационной системы, широко применявшейся морскими силами союзников во Второй мировой войне[160]. Стандартным навигационным оборудованием для лодок «Полариса» были: система инерциальной навигации, электромагнитное отслеживание скорости воды (привязанное для внесения поправок в инерциальную систему); приемник системы «Лоран-С»; приемник системы «Транзит»; перископ типа 11 (астронавигационный, для определения местоположения по звездам), и сонар (для изучения рельефа дна и соотнесения данных с картами). Все это обрабатывалось двумя NAVDAC компьютерами (Navigation Data Assimilation Computer), основным и резервным.

Когда ракета запускалась к цели, данные наведения (рассчитываемые по точке запуска, пункта назначения и желательной характеристики траектории) должны были быть загружены в ракету. Поскольку ракета запускалась с движущейся платформы, данные наведения должны были корректироваться в реальном времени в зависимости от навигационных данных. Но вот технологии не успевали за таким решением, не было настолько мощных средств вычисления. Были предложены карточки цели (target card), которые включали в себя данные для пуска в зависимости от района старта и списка целей. Система должна была работать так: лодка всплывала в позиционное положение (выставляя антенны наружу), приемник General Electric получал данные от спутников (система «Транзит»), вносил их в компьютер, который также получал данные от инерциальной навигационной системы, широту и долготу. Используя эту информацию и обрабатывая входящую навигационную информацию методом наименьших квадратов (дает возможность