Битва за Норд-Ост - Виктор Степанов

невыясненным. Но одно спецназовцы знают точно: роковой выстрел был сделан не из Белого дома.

После «победы» Бориса Ельцина над Верховным Советом состоялся «разбор полетов». Недовольство президента и его ближайшего окружения было направлено против «отказников», по вине которых они натерпелись страха в одну из памятных ночей октябрьского противостояния. Кое-кто даже настаивал на привлечении сотрудников обеих групп, как пособников «красно-коричневых», к уголовной ответственности. Тем не менее, «Альфу», Борис Николаевич, морщась и ворча, все же простил, а вот «Вымпел», к сожалению, — нет. «Этих прощать не стану. Больно дерзкие, понимаешь», — заявил президент и подписал указ о переходе «Вымпела» в состав МВД. Это фактически означало ликвидацию уникального подразделения. Что в конечном итоге и произошло. 112 офицеров «Вымпела» подали рапорта об отставке. Около 150 человек перешли в Управление охраны, Службу внешней разведки, ФСК, МЧС. Часть людей ушла в коммерческие структуры. И только 50 человек, большинство из которых — вынужденно, согласились служить в отряде специального назначения «Вега» МВД России.

С началом Первой чеченской войны группа «Альфа» и отряд «Вега» постоянно участвовали в оперативно-боевых мероприятиях, осуществляли разведку, обеспечивали безопасность оперативноследственных групп и руководства ФСБ. Свой воинский долг бойцы спецподразделений выполняли с честью. Многие из них получили ранения и контузии, некоторые — погибли в бою. Десятки бойцов «Альфы» и «Веги» за образцовое выполнение боевых задач были награждены орденами и медалями, получили внеочередные воинские звания и благодарности.

14 июля 1995 года банда чеченских террористов под командованием Шамиля Басаева напала на мирный город Буденновск, где захватила здание горбольницы и свыше тысячи человек заложников.

Свидетельствуют очевидцы.

Геннадий Цабин, майор отдела внутренних дел, г. Буденновск:

«В 12.00 14 июня у меня в дежурной части раздался звонок контрольно-пропускного поста ГАИ, где сообщили, что к нам в райотдел направляются три КАМАЗа, в которых находятся работники милиции, якобы везущие из Чечни убитых там русских солдат. Документы предъявить подозрительные милиционеры отказались. Едва я успел положить трубку, как услышал на улице выстрелы и увидел боевиков, расстрелявших моих товарищей: старшего лейтенанта Сергея Глушенко и участкового инспектора Рудьева. Боевики ворвались в райотдел, завязался бой. Почти полчаса отстреливались мы из пистолетов, стараясь не дать проникнуть дудаевцам в оружейную комнату. Но силы оказались неравными. Позже, когда подоспели омоновцы, я узнал, что погибли, защищая Буденновск, 8 милиционеров»[127].

Михаил Н., житель Буденновска:

«Чеченцы, когда стреляли, не разбирали, кто перед ними… Зверье! Я сам видел девчушку — за хлебом бежала, ей лет 10, а они ее, гады, из автоматов»[128].

Дмитрий Хлебников, водитель станции «Скорой помощи», г. Буденновск:

«Я с фельдшером Людмилой Гасюковой ехал на вызов к раненым на Пушкинскую. Но вдруг по машине открыли огонь. К нам ворвался бородатый чеченец с зеленой повязкой на голове и под дулом автомата потребовал ехать на площадь, где я увидел около 30 боевиков. Они расстреливали детей и стариков, сгоняли в кучу людей. Над зданием администрации развевалось зеленое знамя. Выстроив живой мост примерно из 700 человек, чеченцы под автоматами погнали мирных людей через весь город в нашу районную больницу. Тех, кто не подчинялся или пытался бежать, расстреливали на месте. Бородатый приказал фельдшеру Гасюковой выйти из машины и присоединиться к пленным, а мне приказал ехать с ним на базар, где шла пальба по людям. Едва он вышел из машины, как нарвался на ответный огонь омоновцев. Я нажал на газ и сумел прорваться сквозь автоматные очереди на улицу Интернациональную. Мне каким-то чудом удалось остаться живым»[129].

Раиса Гончарова, заведующая родильным отделением буденновской больницы:

«Ко мне в отделение позвонила акушерка Иванова — она в центре города живет. По-моему, около часа дня было: “На улицах чеченцы, убивают. Закройте роддом, а то придут, и позвоните куда-нибудь ”. Я, честно скажу, не поверила. Выстрелов мы не слышали. Думаю, наверное, кто-то пальнул, и началась паника. Про чеченцев у нас с самого начала войны говорили: мол, они в любой момент могут войти и устроят террор. А в том, что Буденновск не обойдут, не сомневались. Хотя бы из-за предприятия “Полимер ”.

Бросилась я в административный корпус — он на втором этаже. Секретарь успокаивает — ничего не знаю. Возвращаюсь через реанимацию, слышу, что хирургов вызывают в приемный покой. Обычно зовут анестезиологов. А тут… Значит, действительно что-то случилось. Хирурги уже бегут по коридору, я за ними. В приемном покое — раненые. Наши, буден-новцы. Стонут. У кого рука прострелена, у кого ноги перебиты.

Наш замглавного Костюченко Петр Петрович уточняет: “Да, в городе чеченцы, стреляют везде. Готовьте операционную ”.

А тут узнала, что в приемный покой три чеченца привезли своего раненого. Позволила домой старшей акушерке Ольге Надеиной. Она в военном городке живет, где летчики. Дома была соседка. Она дала телефон командира полка. Сообщаю, что в больнице чеченцы: “Будем думать, примем меры ”.

Мы как думали: через несколько минут вертолеты сядут — за больницей большое поле. Охрану дадут, разберутся с бандитами. Однако ничего подобного не случилось. Где-то через час увидела: в больницу по улице Калинина ведут огромную толпу людей. Чеченцев в охране совсем мало, а людей очень много. Привели их — сначала расставили возле забора по одному, а потом расставили возле здания. Вскоре подъехали чеченцы на КАМАЗах и бензовозе» [130].

Отряд Басаева насчитывал свыше сотни боевиков, имеющих на вооружении автоматы, снайперские винтовки, 40 гранатометов «Муха», 20 гранатометов «Шмель», 5 пулеметов калибра 7.62, один станковый пулемет, два крупнокалиберных пулемета ДШК, ручные гранаты, 50 мин направленного действия, 50 противопехотных мин. Кроме того, по оценкам военных, у чеченцев могло находиться до ста килограммов взрывчатых веществ. Требование террористов — вывод российских войск из Чечни.

Для непосредственного руководства операцией по освобождению заложников в Буденновск прибыли заместитель председателя правительства России Николай Егоров, министр внутренних дел Виктор Ерин, директор Федеральной службы безопасности Сергей Степашин и командующий Северо-Кавказским военным округом Анатолий Квашнин. В город были стянуты дополнительные подразделения внутренних войск, министерства обороны, переброшены спецподразделения «Альфа» и «Вега». Было обеспечено блокирование террористов, укрывшихся в больнице, проведен комплекс спецмероприятий по обеспечению охраны общественного порядка в Буденновске.

Переговоры с бандитами проходили трудно. Басаев хам ил, угрожал расстрелом заложников и выдвигал, помимо вывода войск из Чечни, новые требования: «прекратить полеты вертолетов над районной больницей, прекратить осаду больницы, выработать механизм амнистирования всех чеченских боевиков, предоставить Чечне независимость»[131].

После нескольких дней бессмысленных взываний к разуму чеченцев, беспрерывного басаевского хамства и угроз, в оперативном штаба было принято решение о силовом варианте