Михаил Cвирин - Танковый прорыв. Советские танки в боях, 1937–1942 гг.

К 10 часам утра 12 августа передовая 11 мотострелковая бригада корпуса вышла к реке Жиздра левее позиций 322-й стрелковой дивизии, переправилась через реку и, сбив охранение противника в районе Дудино, Волосово, перешла к обороне, прикрывая развертывание основных сил корпуса.

Тем временем 178-я и 183-я танковые бригады тоже переправились через Жиздру. По личному приказанию Баграмяна командир корпуса генерал Бурков в 12:30 с хода атаковал передовые части противника. К 14 часам 183-я танковая бригада заняла деревню Починок, 178-я — деревню Белый Верх. Увы, со стороны командарма приказ на контратаку танков без пехотной поддержки был явной ошибкой — несмотря на введение в бой (в 15:00) 186-й танковой бригады, к вечеру корпус, потеряв 35 машин, был вынужден оставить Белый Верх и отойти на рубеж Починок, Перестряж. Гораздо успешнее оказались действия танков из засад — так, КВ лейтенанта Р. В. Шкирянского из 178-й танковой бригады на восточной окраине деревни Белый Верх остановил колонну танков противника, подбив семь из них.

Ночью в расположение 10-го танкового корпуса начали выходить части 1-го гвардейского кавкорпуса. Утром 13 августа атака по противнику была повторена — и опять неудачно; танкисты и кавалеристы были остановлены атакой авиации и мощным встречным ударом немецких танков.

Действия 10-го танкового и 1-го гвардейского кавалерийского корпусов на левом фланге немецкого наступления 12 августа — 3 сентября 1942 г.

Лишь в ночь на 14 августа командир 10-го танкового корпуса отдал приказ на переход к эшелонированной обороне и действиям из засад. Эта тактика оказалась успешной — несмотря на подход основных сил, в течение дня 14 августа немцы так и не смогли прорвать оборону танкового корпуса. Однако им удалось добиться успеха восточнее, отбросив части 1-й гвардейской кавалерийской дивизии. Пройдя вдоль реки Вытебеть, танки противника заняли Волосово, Бело-Камень и вышли к Жиздре у Дретово. Одновременно враг вклинился и правее, в полосе 2-й гвардейской кавдивизии, заняв Дубну. После этого удержание центра обороны стало бесполезным, и в ночь на 15 августа Баграмян дал приказ на отвод танкового корпуса к реке Жиздра на рубеж Дретово, Поляна. Тем временем части трех дивизий 61-й армии прорвали кольцо окружения и вышли к своим, сохранив целостность, штабы и боевые знамена.

14 августа Гальдер, внимательно следивший за развитием «Вирбельвинда», записал в своем дневнике: «Операция „Смерч“ развивается довольно успешно, но войска лишь с трудом преодолевают упорное сопротивление противника и очень труднопроходимую и подготовленную в инженерном отношении местность». Однако уже на следующий день тональность его записей изменилась: «Операция „Смерч“ развивается медленно и с трудом». 16-го августа он констатировал «На фронте 2-й танковой армии весьма незначительное продвижение вперед с большими потерями», а 18-го ссылался на очень сильное сопротивление и труднопроходимую местность.

Таким образом, в ходе тяжелых боев с 15 по 19 августа наступление противника было остановлено. Однако ему удалось оттеснить части 16-й армии за реку Жиздра, а затем, угрожая окружением 322-й стрелковой дивизии, форсировать реку и выйти в район Алешня, Павлово, Алешинка. На плацдарм севернее Жиздры были переброшены 9-я и 19-я танковые дивизии, но к этому времени сюда подошел переданный из резерва фронта 9-й танковый корпус генерал-майора А. В. Куркина, а немецкое наступление окончательно выдохлось.

• августа Гальдер записал: «Доклад группы армий „Центр“ о том, что наступление 2-й танковой армии без усиления ее 2–3 пехотными дивизиями невозможно».

По докладу заместителя начальника ГАБТУ начальнику Генерального штаба от 26 сентября 1942 года, за все время боев 10-й танковый корпус потерял 64 машины: 9 КВ, 15 Т-60 и почти все «Матильды» — 40 штук. В то же время вступивший в бой заметно позже 9-й танковый корпус понес более значительные потери — 17 КВ,

• Т-34, 2 Т-70, 13 Т-60 и 19 танков иностранных марок (очевидно, тех же «Матильд» либо «Стюартов»), всего 72 машины. Очевидно, такая разница в потерях объясняется более умелыми действиями В. Г. Буркова, предпочитавшего обороняться из засад и в отсутствии пехотной поддержки не атаковать противника без нужды.

Тем временем Ставка решила сама провести операцию на окружение — «подрезав» немецкий клин с востока и одновременно атаковав под его основание с запада. Именно так в течение 1941–1942 годов, а отчасти и в 1943-м немцы боролись с советскими танковыми прорывами. Для предстоящей операции была выделена 3-я танковая армия генерал-лейтенанта П. Л. Романенко, находившаяся в районе Черни для отражения возможного наступления противника через Орел на Москву. Армия имела в своем составе 12-и и 15-й танковые корпуса и 179-ю отдельную танковую бригаду, а также 154-ю и 264-ю стрелковые дивизии. Непосредственно перед операцией ей была передана 1-я гвардейская мотострелковая дивизия, четыре артполка РГК, два полка гвардейских минометов, два истребительно-противотанковых и пять зенитно-артиллерийских полков, а также другие части. Всего в 3-й танковой армии насчитывалось 60 852 человека, 436 танков (48 КВ, 223 Т-34, 3 Т-50, 162 Т-60 и Т-70), 168 бронемашин, 677 орудий и минометов (в том числе 124 «сорокапятки»), 61 зенитный автомат 37 мм и 72 установки РС. Кроме того, армии была придана так называемая северная группа войск 61-й армии под общим командованием Д. К. Мостовенко, основу ее составлял 3-й танковый корпус — еще 78 танков, из них 72 легких.

План действий был следующим. 3-я танковая армия, нанося удар в направлении Сорокино, Речица, должна была выйти на рубеж Слободка, Старица, уничтожить противника в районе Бело-Камень, Глинная, Белый Верх и, соединившись с частями 16-й армии, окружить его ударную танковую группировку в районе Бело-Камень, Глинная, Гудоровский, Сорокино.

61 армия своей северной группой содействовала 3-й танковой армии; атакуя на ее правом фланге, северная группа форсировала реку Вытебеть в районе сел Бело-Камень, Волосово, Ожигово и должна была в дальнейшем наступать на Тростянку. Южная группа обеспечивала левый фланг 3-й танковой армии, наступая в направлении Леоново, Кирейково с целью выйти на фронт Уколицы, Кирейково, 1 км южнее Передель.

Тем временем 16-я армия, атакуя навстречу 61-й и 3-й танковой с рубежа Гретня, Кричина в направлении Озерны, Никитское, Отвершек, выйти на рубеж Старица, Дубна, Панево, должна была не допустить отхода противника на юг и содействовать замыканию кольца окружения.

Первоначально предполагалось ввести в бой танковые корпуса только после того, как пехота 3-й танковой армии (две стрелковые дивизии) прорвет оборону противника, пройдет с боем до 16 км и форсирует реку Вытебеть в ее глубине.

Перевозка 3-й танковой армии из-под Тулы в район Козельск, проходила с 15 по 19 августа и велась комбинированным порядком — танки перевозились по железной дороге (всего переброшено 75 эшелонов), моторизованные и мотоциклетные части армии передвигались походным порядком, пройдя расстояние 120 км в течение четырех суток. 25-километровый марш танковой армии из района выгрузки в исходный район для наступления был закончен к 21 августа. Сложнее обстояло дело со стрелковыми дивизиями, имевшими недостаточно автотранспорта — они прибыли на место самыми последними.

Смена частей 61-й армии 154-й и 264-й стрелковыми дивизиями 3-й танковой армии, прорывающими оборону противника на участке ввода этой армии, была произведена в ночь с 20 на 21 августа. При этом авиация противника не оказала движению существенного сопротивления, районы выгрузки подвергались атакам с воздуха лишь в единичных случаях. Но все же маневр танковой армии был немцами своевременно обнаружен — еще 12 августа Гальдер упомянул в своем дневнике агентурные сведения, сообщавшие о «создании в районе Тулы крупной танковой группировки, которая предназначена для действий в районе Мценска и Орла». Очевидно. с этого момента германское командование не упускало 3-ю танковую армию из поля своего внимания.

Положение на 22 августа и общий план наступления 16-й, 61-й и 3-й танковой армий

Задачи для наступления армиям были поставлены 18 августа — таким образом, командный состав дивизий и бригад получил для подготовки своих частей к наступлению три дня. Исключение составляли только две стрелковые дивизии 3-й танковой армии, которые прибыли на место лишь в ночь на 21 августа и имели в своем распоряжении только одни сутки.

Обнаружив готовящийся контрудар, противник поспешил перейти к обороне по южному берегу реки Жиздра. Передний край обороны 53-го армейского корпуса был усилен большим количеством противотанковых средств, минными полями, спешно вырытыми окопами и легкими блиндажами, а танки отведены в глубину для создания оперативного резерва. Здесь же торопливо строились тыловые оборонительные полосы, состоящие из более надежных дзотов и блиндажей в несколько накатов. Кроме того, в ряде районов нашей воздушной разведкой были обнаружены корпусные резервы: Панево, Жилково — до двух пехотных полков с танками; Ульяново, Дурнево — скопление пехоты и танков; севернее Кирейково — до двух полков с танками. 25-я моторизованная дивизия находилась во втором эшелоне в районе Дубна, Белый Верх, Старица. Вся оборона противника опиралась на рубежи рек Жиздра и Вытебеть, сеть лощин и оврагов, а населенные пункты были превращены в укрепленные узлы.