Операция «Пилот» - Ирина Владимировна Дегтярева

не собирался отступать. Он не хотел, чтобы его водили за нос, вели переговоры без него.

— Не знаю, как он отнесется к присутствию посторонних. — Кабир все еще не решался. — Мне необходимо его известить. И что ты, собственно, хочешь от этой встречи?

Впервые Игорь видел на лице самоуверенного араба тень сомнения. И это доставило ему профессиональное удовольствие. Он заставил его работать на ГУР и теперь продолжал поддавливать. При этом не сказать что ему очень нужно было знать, где конспиративная квартира ИГ в Софии, к тому же эту явку, скорее всего, законсервируют после визита туда чужака или вовсе сменят на другую.

— Посмотреть, что за человек, насколько серьезны твои намерения задействовать сеть ИГ нам в помощь. Зачем мы вообще притащились в Болгарию, ради чего столько времени ждали? Я тут, между прочим, за казенный счет торчу.

— Ну, попробовать можно. — Кабир со скептическим выражением лица написал сообщение Алиму.

Через пару минут пришел ответ. Неведомый Алим не возражал.

— Только я сяду за руль, — попросил Кабир. — Я неплохо ориентируюсь в городе. Обойдемся без навигатора.

Он и в самом деле вел очень уверенно. Покрутил по улицам центра, затем выехал за город, приближаясь к подножию Витоша — горы, которая виднелась везде в Софии снежной шапкой на вершине. Игорь с интересом глазел по сторонам, уже догадываясь, что «квартира» — это вилла, и не исключено, что на ней расположена одна из баз ИГ. Там отдыхают после ранений, как и в Турции, как и в Израиле, где игиловцы часто подлечиваются и проходят реабилитацию. Там, возможно, проводится обучение некоторых бойцов, туда приезжают инструкторы по минно-взрывному, диверсионному делу, кое-кто из них — это «бывшие» сотрудники ЦРУ или МИ6, профессионалы в такой подготовке.

Подтверждением версии Игоря стала очень высокая живая изгородь, высаженная по периметру забора, плотная и колючая. Чем только кормили эти деревья, что они вымахали такими гипертрофированными? Вилла с большой территорией, на которой множество строений наподобие ангаров, светло-серых, со спутниковыми антеннами на крышах и еще каким-то оборудованием в коробах.

Они въехали на территорию по узкой дорожке, буквально продираясь по узкому коридору из деревьев. Ворота за ними автоматически закрылись. Тишина. Создалось ощущение, что вилла безлюдна, но Игорь чувствовал — за ними пристально наблюдают. Живой коридор оборвался внезапно, и тут оказалось что-то вроде КПП и вторые ворота. Значит, они находились в подобии шлюза. Такого устройства территории Игорь никогда не встречал. Это на случай штурма? Если прорвутся нападающие через первые ворота, их ждет сюрприз в виде вторых и будки, похоже, с бронированными стеклами и укрепленными стенами. Хотя выглядит она как обычный домик для охраны.

Из будки вышел высокий мужчина в ветровке, едва сходившейся на более чем плотной фигуре. Смоляная шевелюра с проседью на висках и местный загар указывали на то, что он болгарин. Это обстоятельство смутило Игоря. Он не представлял, что игиловцы наймут в охрану местных. Какая тут конспирация? Даже если предположить, что его не пускают дальше будки охранника, мимо него ездят арабы. Впрочем, машины, привозящие их, наверняка микроавтобусы с тонированными стеклами, через такие не разглядишь пассажиров. С другой стороны — иметь в охране местного удобно на случай внезапной проверки полиции.

Кабир опустил стекло рядом с собой, и подошедший быстро заговорил с ним по-болгарски, улыбаясь приветливо. Игорь в недоумении уставился на улыбающееся загорелое лицо, даже не понимая, о чем конкретно тот говорит, хотя болгарский не так уж сложно понять славянину. Какой смысл было обращаться к арабу на болгарском?

Игорь ушам своим не поверил, когда Кабир вдруг ответил охраннику по-болгарски. Вот тут разведчик понял, что угодил в такую передрягу, в какую никогда еще не попадал. И тягостные предчувствия, терзавшие его последнее время, начали сбываться. Прилетело оттуда, откуда и не ждал.

— Что происходит? — спросил он негромко.

Кабир обернулся с улыбкой и спросил с сочувствием по-русски, хоть и с легким акцентом:

— А ты еще не понял?

Игорь ничего больше спрашивать не стал, биться в истерике и вопить, как его обманули, не стоит. Бессмысленно за двумя заборами, в окружении наверняка вооруженных людей. Только вызовет очередную снисходительную улыбку у Кабира, или как его зовут на самом деле.

«То, что это не ИГ, не западные спецслужбы — ясно. Вряд ли болгары. Неужели русские так работают? — Игорь покосился на носатый профиль араба, уже парковавшегося у большого дома кремового цвета с высокими окнами по фасаду. — Теперь всё, всему конец!» — вспышками, как петарды, стали взрываться воспоминания, рассыпаясь искрами деталей по черному небосводу подсознания и подсвечивая то, что до поры до времени оставалось в тени, неосмысленным, не связанным с другими фактами.

Всплыли эпизоды их знакомства. Его знание русского, и как выяснилось теперь, и болгарского. Тот «стриптиз» после тренировки, когда араб стал вдруг при нем переодеваться. Психологический ход. Не для того, чтобы восхитились его крепким телосложением, не перед девушкой же, а для того, чтобы Игорь неосознанно отметил, что записывающая аппаратура отсутствует. Тогда Игорь обратил на это внимание и, в самом деле автоматически, расшифровал посыл араба: «Вот я, весь перед тобой, никаких затаенных мыслей, никакого подвоха». Конечно, он мог спрятать устройство куда угодно, и все-таки это был невербальный жест. И он сработал, Игорь расслабился. Да мало ли было знаков, которые не связались в единую логическую цепочку. Кабир (или как там его на самом деле) — разведчик, он подставлялся под вербовку и лихо ввел в заблуждение.

«Если не убьют, то попытаются завербовать, — подумал Игорь, глядя, как Кабир вышел из машины, подкидывая ключи от замка зажигания на ладони, обошел капот и приблизился к дверце — последнему бастиону перед неизбежным. — А может, захотят вывезти в Россию? Накачают транквилизаторами и потащат через границу. Нет, ради чего такие полонезы вокруг меня, не для того лишь только, чтобы потешить профессиональное самолюбие, дескать, притащили за жабры разведчика ГУР? “Золотую рыбку” захотят использовать».

— Ты долго так будешь сидеть? — Кабир открыл дверцу. Сделал приглашающий жест в сторону дома. Говорил он теперь все время по-русски: — Нам есть о чем поговорить. Можно выпить и закусить под приятный, обоюдоострый разговор.

Выбора не оставалось. Бежать не получится, да и бессмысленно. У этого Кабира наверняка масса записей их разговоров наедине, где Игорь высказывался в отношении нынешней украинской власти довольно резко, если не сказать крамольно. Да и что кому докажешь, когда станет известно, что он вербовал русского разведчика и ни сном ни духом… Тогда либо он аховый профессионал, либо предатель. А поскольку ярлыки последнее время