Анатолий Соколов - Сталинградская битва. От обороны к наступлению

В тот же день в донесении Военного совета Донского фронта на имя Верховного Главнокомандуюшего говорилось: «Выполняя Ваш приказ, войска Донского фронта в 16.00 2.2.43 года закончили разгром и уничтожение окруженной сталинградской группировки противника… Захвачено свыше 91 тыс. пленных, из них более 2500 офицеров и 24 генерала… Боевые действия в городе Сталинграде и в районе Сталинграда прекратились»[207]. По данным немецких историков, в плен попало около 113 тыс. солдат и офицеров — немцев и румын[208].

Операция «Кольцо», а вместе с ней и вся стратегическая контрнаступательная операция на сталинградском направлении завершилась блестящей победой Красной Армии. Сталинградская битва длилась 200 дней и ночей. В нее было втянуто более 3,6 млн человек. В результате фашистский блок потерял до 800 тыс. человек (в том числе 461,1 тыс. — безвозвратно), около 2 тыс. танков и штурмовых орудий, свыше 10 тыс. орудий и минометов, до 3 тыс. боевых и транспортных самолетов и свыше 70 тыс. автомашин. Всего за время Сталинградской битвы с 17 июля 1942 г. по 2 февраля 1943 г. армии фашистского блока потеряли около 25 % сил, действовавших на советско-германском фронте. До 1,5 млн солдат и офицеров противника (с учетом потерь в ВВС) было убито, ранено и взято в плен[209]. Огромные потери сил и средств катастрофически отразились на общей стратегической обстановке и потрясли всю военную машину фашистской Германии. Это было такое поражение, какого враг не испытывал с начала Второй мировой войны.

Потери советских войск в Сталинградской битве составили около 1 млн 130 тыс. человек (из них около 480 тыс. безвозвратные), а за период контрнаступления — 485,8 тыс. солдат и офицеров, в том числе безвозвратные — около 155 тыс.[210].

Историческая победа под Сталинградом принесла огромные военно-политические и военно-стратегические результаты. Красная Армия, захватив стратегическую инициативу, перешла в общее наступление от Ленинграда до предгорий Кавказа, начав массовое изгнание врага с оккупированной территории СССР.

Победа под Сталинградом потрясла фашистский военный блок, угнетающе подействовала на союзников Германии, вызвала в их стане неразрешимые противоречия. Правящие круги Италии, Румынии, Венгрии и Финляндии стали искать предлоги для выхода из войны. Япония и Турция окончательно отказались от вступления в войну с Советским Союзом. Грозный призрак неизбежного поражения впервые возник в сознании населения Германии.

Сталинград стал символом необыкновенной стойкости, мужества и героизма советских воинов, вызвав гордость, прилив сил и уверенность в победе у всего народа. Победа вселила дух уверенности у народов порабощенных Германией стран Европы, усилила движение Сопротивления нацистскому режиму и активизировала партизанскую войну, особенно в Югославии и Франции.

Президент США Ф. Рузвельт назвал победу эпической. В своей грамоте городу Сталинграду он отметил, что победа будет вечно вдохновлять сердца всех свободных людей. У. Черчилль назвал победу под Сталинградом изумительной, а король Великобритании прислал меч с надписью: «Гражданам Сталинграда, крепким как сталь, от короля Георга V в знак глубокого уважения британского народа».

В Сталинградской битве сотни тысяч советских воинов проявили беспримерный героизм и высокое воинское мастерство. 55 соединений и частей, отличившихся в битве, были награждены орденами, 179 — преобразованы в гвардейские, 44 — получили почетные наименования. 112 воинам присвоено звание Героя Советского Союза. 22 декабря 1942 г. была учреждена медаль «За оборону Сталинграда» (ею было награждено свыше 707 тысяч участников Сталинградской битвы)[211], а впоследствии Сталинграду было присвоено почетное звание «Город-герой».

Роль артиллерии в победе под Сталинградом

Еще до событий под Сталинградом в период боев на харьковском направлении в мае 1942 г. произошел знаменательный для артиллеристов факт. Отличившиеся при отражении ожесточенных контратак вражеских танков и пехоты артиллеристы 13-й гвардейской и 244-й стрелковых дивизий капитан И. Криклий, младший политрук И. Стаценко, старший сержант А. Смирнов, сержанты С. Жарко, М. Немфира, П. Нестеренко и рядовые Н. Григорьев, А. Кулинец, И. Петрош первыми в Красной Армии были награждены только что учрежденным орденом Отечественной войны I и II степени[212].

За первый год войны артиллерия значительно укрепилась. Она выросла количественно и качественно. Особенно важным являлось вооружение ее новыми 45-мм и 76-мм пушками, тяжелыми реактивными, подкалиберными и кумулятивными снарядами. Это значительно повысило возможности батальонной, полковой и дивизионной артиллерии в борьбе с вражескими танками. Одновременно росло воинское мастерство солдат и офицеров артиллерийских частей. Мастерство в сочетании с высокими моральными качествами артиллеристов Сталинградского фронта во главе с начальником артиллерии полковником А. А. Гусаковым обеспечивало результативность огневого поражения ударных группировок фашистских дивизий, рвавшихся к Волге.

Укомплектованность артиллерийских частей Сталинградского фронта материальной частью была в среднем от 60 до 85 %. Однако недостаточным было обеспечение их тягой, средствами связи и приборами разведки, что неизбежно осложняло маневр, управление огнем и особенно массирование огня[213].

К началу оборонительных боев и сражений под Сталинградом имелось всего до 4600 орудий, минометов и боевых машин реактивной артиллерии (РА) наземной и зенитной артиллерии. В последующем численность артиллерии неуклонно возрастала в результате прибытия на фронт свежих войск и частей РВГК, привлечения артиллерии Волжской флотилии и зенитных средств Сталинградского корпусного района ПВО страны. В итоге, например, уже к середине сентября количество артиллерии увеличилось почти в 1,5 раза.

Соответственно этому изменялась и ее средняя плотность: общая — с 10 до 14 единиц на 1 км, а на важных направлениях, например в 62-й армии, — с 16 до 30 и более; для ведения огня с закрытых огневых позиций — с 9 до 10 единиц на 1 км, а на важнейших участках — с 13–14 до 20; увеличилась и противотанковая плотность (с учетом зенитных орудий) — с 4–6 до 7–8 пушек на 1 км, а на решающих направлениях в результате маневра — с 10–12 до 15 и более единиц на 1 км[214]. На открытой танкодоступной местности под Сталинградом при наличии 10–12 орудий на 1 км можно было отразить атаку 20–25 танков на 1 км, т. е. первый танковый эшелон, а последующие должны были уничтожаться огнем танков, средствами пехоты и авиации.

Хуже обстояло дело с зенитно-артиллерийским прикрытием войск, особенно в ходе боев на дальних подступах к городу. Для поддержки своих войск противник привлекал авиацию 4-го воздушного флота, а затем итальянскую и румынскую. Для отражения ее ударов во фронте имелось всего 155 зенитных пушек, что составляло 1 орудие на 3 км. Поэтому основная тяжесть борьбы с воздушным противником ложилась на истребительную авиацию. С отходом к городу положение в сентябре несколько улучшилось после прибытия зенитных частей РВГК и привлечения средств ПВО страны. При наличии к этому времени уже около 1000 только зенитных орудий их плотность повысилась почти в 7 раз[215].

К концу периода общее количество артиллерии оборонявшихся войск на сталинградском направлении увеличилось почти в 3 раза[216]. Это был один из важнейших факторов, способствовавших устойчивости и непреодолимости обороны советских частей и соединений.

Ожесточенные бои разгорелись на рубеже Клетская, Суровикино, Верхнекурмоярская, особенно возросла напряженность оборонительных сражений, в ходе которых советские артиллеристы разили врага огнем с закрытых позиций и прямой наводкой. Бои в районах Верхнебузиновки, Нижнечирской, Качалинской, Абганерово и особенно в Сталинграде — лучшее тому подтверждение.

Артиллеристы и минометчики своим точным сосредоточенным и заградительным огнем встречали фашистские танки и мотопехоту еще на подступах к переднему краю обороны советских дивизий, нарушая боевой порядок врага, и во взаимодействии с воинами других родов войск наносили ему такие потери, которые вынуждали немецкое командование вводить все новые и новые силы, менять направление ударов, снижать темпы наступления в поисках слабых мест в нашей обороне. Все это в конечном счете привело к тому, что гитлеровцам не удалось с ходу, «на одном дыхании» прорваться к Дону и через Калач к Сталинграду. И здесь немалая заслуга прославленных в боях артиллеристов — истребителей танков.

Организация противотанковой обороны являлась ключевым вопросом в каждой дивизии, а ее основой были артиллерийские противотанковые опорные пункты.

К этому времени глубина ПТО возросла. Так, в полосе 181-й стрелковой дивизии генерала Т. Я. Новикова, прикрывавшей кратчайшее направление на Калач, она достигала 6–7 км в результате привлечения к борьбе с неприятельскими танками не только артиллерии, но и танков. Одновременно большое внимание уделялось маневру противотанковыми резервами в дивизиях и армиях. Особенно показательными в этом отношении являются события 7–8 августа в районе Качалинской.