Созвездие Лубянки. Люди и судьбы - Андрей Юрьевич Ведяев

сотрудником центрального аппарата ВЧК в Москве, однако уже через год, как значится в документах, он «демобилизуется из ВЧК и поступает в Электротехнический институт». 2 декабря 1921 года, проучившись всего несколько месяцев, Серебрянский был арестован на квартире своего старого товарища, правого эсера Давида Абезгауза, и четыре месяца провёл в тюрьме. 6 февраля 1922 года, по предложению Владимира Ильича Ленина IX съезду Советов, ВЧК была упразднена, а вместо неё было создано ГПУ при Народном комиссариате внутренних дел РСФСР. 29 марта 1922 года Коллегия при председателе ГПУ, рассмотрев дело Якова Серебрянского, освободила его из-под стражи, лишив, однако, права работать в политических, розыскных и судебных органах, а также в Наркомате иностранных дел.

Поскольку Серебрянский ещё в марте 1918 года был начальником отряда Бакинского Совета по охране продовольственных грузов на Владикавказской железной дороге, он устроился на работу заведующим канцелярией нефтетранспортного отдела Московского топливного комитета («Москвотопа»), но в 1923 году был арестован по подозрению во взяточничестве. Следствием, однако, выдвинутых против него обвинений подтверждено не было. Серебрянского освобождают на поруки, и в октябре 1923 года он поступает на работу в газету «Известия». Здесь он становится кандидатом в члены ВКП(б).

В ноябре 1923 года председатель ОГПУ СССР Феликс Эдмундович Дзержинский направляет Якова Блюмкина нелегальным резидентом внешней разведки ИНО ОГПУ СССР в Палестину. Блюмкин предлагает Серебрянскому поехать вместе с ним своим заместителем. В декабре 1923 года Яков Серебрянский был принят на должность особоуполномоченного закордонной части ИНО ОГПУ СССР и в том же месяце вместе с Блюмкиным выехал в город Яффу.

В июне 1924 года Блюмкина отзывают в Москву, и резидентом становится Серебрянский. Руководство ОГПУ в лице первого заместителя председателя ОГПУ Вячеслава Рудольфовича Менжинского, который одновременно являлся начальником Секретно-оперативного управления (СОУ), в состав которого входил иностранный отдел (ИНО), поставило перед новым резидентом задачу глубоко проникнуть в боевое сионистское движение, выступавшее против экспансии англичан на Ближнем Востоке, рвавшихся к иракской нефти и контролю над Суэцким каналом. За короткое время Серебрянскому удалось привлечь к сотрудничеству с советской разведкой большую группу эмигрантов из России, причем не только еврейских поселенцев, но и бывших белогвардейцев, которым было обещано получение советского гражданства. Среди них А.Н. Ананьев (И.К. Кауфман), Ю.И. Волков, Руперт Людвигович Эске (он же Иван Иванович Рачковский), Н.А. Захаров, Андрей Николаевич Турыжников и другие. Все они составили ядро боевой группы, ставшей впоследствии известной как «группа Яши».

Уже в начале 1925 года советская разведка доносила о новых агрессивных планах Англии по подготовке консолидированной Европы к войне против СССР. Так, в секретном письме французскому правительству от 2 марта 1925 года будущий премьер-министр Чемберлен прямо указывал на необходимость включения Германии в англо-французский блок, направленный против СССР.

Аналогичные планы вынашивались и в Германии. Среди их сторонников был генерал-майор Макс Гофман (Carl Adolf Maximilian Hoffmann), который на момент начала Первой мировой войны являлся начальником оперативного отдела штаба 8‑й германской армии в Восточной Пруссии и руководил разработкой плана сражения при Гумбиннене – именно там, где был тяжело ранен Яков Серебрянский. После поражения при Гумбиннене командующим 8‑й армией был назначен генерал Пауль фон Гинденбург (Paul Ludwig Hans Anton von Beneckendorff und von Hindenburg), а начальником штаба армии – генерал Эрих Людендорф (Erich Friedrich Wilhelm Ludendorff). Вместе с Людендорфом Гофман разрабатывал планы сражений при Танненберге и на Мазурских озёрах. В конце августа 1916 года Гофман был назначен начальником штаба Главнокомандующего Восточным фронтом Леопольда Баварского. В этом качестве Гофман представлял германское командование в ходе переговоров о Брестском мире и играл ключевую роль в оккупации Прибалтики, Украины и Белоруссии. 27 июня 1919 года Василий Шульгин цитировал в своей газете «Великая Россия» выдержки из интервью Гофмана британской газете Daily Mail, в котором тот откровенно признавался, что «Украина и другие государственные образования не более как эфемерное создание… В действительности Украина – это дело моих рук, а вовсе не творение сознательной воли русского народа. Никто другой, как я, создал Украину, чтобы иметь возможность заключить мир, хотя бы с одной частью России…».

Выйдя в 1920 году в отставку, Гофман вместе с немецким промышленником Арнольдом Рехбергом (Arnold Rechberg), владельцем калиевого концерна Wintershall AG (ныне крупнейшая немецкая газовая и нефтяная компания, подразделение BASF), разработал так называемый «план Гофмана», предусматривавший создание европейского блока против СССР. Рехберг, как и Гофман, был близок к генералу Людендорфу и консультировал его по экономическим вопросам. Именно Рехберг сыграл ключевую роль в приходе Гитлера к власти и входил в «круг друзей рейхсфюрера СС» (Freundeskreis Reichsführer SS).

Членом правления Wintershall AG был Гюнтер Квандт (Günther Quandt), в годы нацизма «фюрер военной экономики», основатель промышленной империи, в которую входили Deutsche Bank AG, Daimler-Benz AG, AEG (Allgemeine Elektrizitäts-Gesellschaft), VARTA (Accumulatoren-Fabrick A.G.) и другие финансово-промышленные группы. Квандт был первым мужем Магды Геббельс, а их сын Харальд Квандт (Harald Quandt), усыновлённый Геббельсом, вместе с братом Гербертом (Herbert Werner Quandt) унаследовал промышленную империю отца. Владея 46,7 % акций автомобильного гиганта BMW, братья стали самыми богатыми людьми ФРГ. Официально состояние семейства Квандтов сегодня оценивается в 31 млрд евро, большую часть из которого составляют их суммарные активы BMW – почти 26 млрд евро. Именно эти круги толкали и толкают объединённую Европу на восток к расширению «жизненного пространства» за счёт «неполноценных» народов, годящихся разве что в качестве бесплатной рабочей силы.

Как мы видим, к середине 1920‑х годов со всей очевидностью стали вырисовываться контуры новой мировой войны. Поэтому советским руководством было принято решение о создании нелегальных резидентур для глубокого проникновения на крупнейшие промышленные и военно-стратегические объекты противника с целью проведения диверсий и саботажа в случае начала военных действий. Для выполнения этой задачи Яков Серебрянский был направлен в 1926 году нелегальным резидентом в Бельгию. В феврале 1927 года он выезжал в Москву, где был принят в члены ВКП(б). Из Москвы он едет нелегальным резидентом в Париж, где остаётся до марта 1929 года.

После возвращения в Москву 1 апреля 1929 года Серебрянский был назначен начальником 1‑го отделения (нелегальная разведка) ИНО ОГПУ, оставаясь при этом руководителем Особой группы, именовавшейся в узком кругу «группой Яши». Теперь у него был личный кабинет на Лубянке, свой аппарат сотрудников Центра и сеть созданных им нелегальных резидентур за кордоном, включавших многочисленных глубоко законспирированных агентов. При этом «группа Яши» фактически являлась параллельной разведывательно-диверсионной сетью, независимой от руководства ИНО. Группа подчинялась лично председателю ОГПУ СССР Вячеславу Рудольфовичу Менжинскому, по инициативе которого и была создана. Уникальность ситуации заключалась в том, что Серебрянскому и его