Кузя - Виктор Александрович Блытов

за реку и о чем-то оживленно разговаривали.

– Если наши командиры узнают, о чем я веду здесь переговоры, то меня расстреляют! – Джихад качнул головой и сжал губы, – мы с тобой профессионалы и я тебе говорю, что мы должны найти пути окончания этой войны. У нас есть горячие головы и не дай Аллах поедут взрывать у вас в Москве или другом городе или захватывать заложников. Многие командиры уже говорят об этом. Джохар пока против, но он руководит не всем. А мысли такие уже есть и люди есть уже там. Ждут сигнала, а оружие и взрывчатка завезены. Тогда этой войне не будет конца. Мы понимаем, что Россия пока играет с нами, как с мышью. Когда мы ее разозлим, то закончится вся демократия и будет просто резня.

– Я думаю, Джихад, как решить этот вопрос! – мягко сказал Николай Николаевич, поджимая губы, – кто может его решить? К кому обратиться, чтобы все не испортить? Сам понимаешь, что испортить можно сразу. Уже испорчено много!

Джихад посмотрел на поле за рекой, там на траве боролись раздевшиеся Кузьма и Мовсар. Джихад улыбнулся.

– Мовсар болеет Кузьмой – мне все уши прожужжал про этого «Зверобоя», хотел с ним сразиться! – лицо Джихада выражало какую-то далекую боль.

– Ты не болеешь? – заботливо спросил Николай Николаевич.

На поле мелькнули ноги Мовсара, и он оказался на траве в сильных объятиях Кузьмы. Оттуда разнесся веселый смех.

– У меня здесь болит! – Джихад с болью на лице показал на грудь, – душа болит за то, что происходит, за моих братьев, сестер и родителей. Болит, понимаешь?

Внезапно где-то далеко раздался шум вертолетов. Было видно, что где-то над лесом несколько Ми-24-х выходили на цель. Раздались далекие взрывы.

– Со стороны Рошни-Чу! – сказал с болью Джихад, – это нас с тобой в доме старейшины на Заречной улице уничтожают. Недаром я в последний момент сменил место встречи.

Николай Николаевич не мог прийти в себя:

– Дай связь! – попросил он Джихада. Тот крикнул что-то и через минуту к нему прибежал чеченец с рацией.

Вересов быстро настроил рацию на частоту и вызвал Пал Палыча. Тот ответил сразу.

– Что у вас там происходит?

– Прошло по дороге двенадцать БТРов со стороны Урус-Мартана, но не наши, а, видимо, с Грозного. Какой-то ОМОН сидел в разгрузках и с автоматами, гранатометами. Со стороны Рошни-Чу слышатся выстрелы.

– Себя не обозначать! Выйди на связь с «Громобоем» и доложи обстановку! Пусть немедленно отзовут ОМОН и вертолеты!

Из-за дома выглядывали встревоженные снайпера и солдаты. Борзоев, Кузьма и Осипович бежали к дому.

Джихад приказал немедленно убрать «Хаммеры», и шоферы резво понеслись выполнять приказание.

– Кто знал о нашей встрече? – жестко спросил Джихад Вересова.

– Никто, кроме Бармотина! Но за него я уверен, как за себя!

– Косвенно, кто имел отношение?

– Я предупредил начальника разведки, что буду проводить мероприятия в районе Рошни-Чу и попросил его в этом районе не работать и не планировать мероприятий на сегодня! – с придыханием ответил Вересов, – а, может, утечка прошла от вас?

Подбежавшие офицеры с волнением смотрели на Джихада и Вересова, державшего в руках гарнитуру от рации.

Джихад задумался и уверенно сказал:

– Исключено, Николай Николаевич! Знали четыре человека! Трое здесь, один вне подозрений!

– Тогда, Джихад, возвращаясь к нашим переговорам! Завтра я вылетаю в Москву и постараюсь продумать все варианты положительного решения. Буду разговаривать с самим верхним. Может, он что и подскажет? Надо ситуацию разруливать, чем дальше она становится неуправляемой, тем больше крови прольется и тем дольше она будет литься.

В рации раздался шум и через минуту Пал Палыч доложил:

– Вертолеты отозваны, а вот ОМОН проводит зачистку в Рошни-Чу по приказанию с самого верха!

– Значит, от вас утечка, Николай Николаевич! Рад был тебя видеть! Хлопцев Миколу и Дмитро я оставлю у себя до твоего возвращения из Москвы! На всякий случай. Страховка не помешает от непредвиденных случаев. Типа сегодняшнего Рошни-Чу.

Они пожали друг другу руки, обнялись и Вересов, Кузьма и Мирошенко направились к машинам. За ними быстрым шагом пошел Умар со снайперами. Борзоев остался стоять за Джихадом.

Когда Вересов отошел подальше, Борзоев тихо спросил Джихада:

– Удалось что-нибудь решить?

– Лучше тебе не знать этого, Мовсар! – ответил спокойно Джихад.

Осипович и Вороненко стояли рядом с Кож-Ахмедом и смотрели вслед отъезжающим машинам.

Приехали на место даже раньше времени. Встретились с Пал Палычем, который предупредил, что по дороге непрерывно рыщут БТРы ОМОНа, а разведчики доложили, что на дороге стоят несколько блокпостов.

– На БТРе не пройдем без документов и знаков различия! Надо вызывать сюда Алексея. Я чувствую, что на нас охотятся! – задумчиво сказал Вересов.

Через полтора часа на дороге на Рошни-Чу остановились четыре БТРа. С брони переднего спрыгнул высокий, крепкий человек. В свете прожекторов БТРов он казался очень высоким.

– Что, Николай Николаевич? – обратился он к менее высокому, спрыгнувшему со второго БТРа.

– Да вроде как здесь должны быть! – ответил низкий и худой и вызвал радиста с рацией.

– «Зверобой»! Я «Громобой»! На связь! Прием!

– Я «Зверобой»! – раздался сразу ответ.

– Вы где находитесь?

– Вас наблюдаем – следуем к вам!

Внезапно откуда-то сбоку раздался натруженный рев моторов и на дорогу выскочил, подминая придорожные кусты, БТР.

Автоматчики со стоявших БТРов соскочили с брони, а гранатометчики сразу навели на него свои гранатометы.

Выскочивший из кустов БТР включил прожектора и резко остановился. С брони соскочили несколько человек. Навстречу им побежали высокий и низенький офицеры. Он встретились на полдороге и начали обниматься.

– Ну, как вы там? Живые?

Пошли объятия, постукивания по плечу.

– Еле до вас добрались, по всей дороге блокпосты, никого не пропускают на Рошни-Чу. ОМОНовцы зверствуют.

– Понятно! – протянул Кузьма, обнимая одной рукой Аленку, прижавшуюся к нему.

– Алексей, ты зачем ее взял? – шепнул он Бармотину, но тот в ответ лишь отмахнулся рукой и виновато пожал плечами.

К Вересову подошла Настя Черемухина со своей снайперской винтовкой и виновато спросила:

– Извините, а Мишу Осиповича вы там видели?

Внезапно она всхлипнула.

– Да видели, видели. Все нормально! – ответил тот и посмотрел на Кузьму, – Кузьма, расскажи ей все!

Кузьма посмотрел на Настену и тяжело вздохнул.

– Настя, все нормально! Леню видели, он нормально. Вернется домой через несколько дней.

Настена уткнулась Кузьме в другое плечо и заплакала.

«Вот черт!» – подумал Кузьма и так и стоял с двумя девушками, прижавшемся к нему.

– Вот ваши документы, знаки различия и ваши береты! – отдал документы Кузьме и его товарищам Носов.

Все разобрали свои документы, сняли афганки и одели береты.

БТРы развернулись в сторону Урус-Мартана. БТР, пришедший