Кубанский егерский корпус 1786-1796 гг. - Павел Осипович Бобровский

не более 87-ми верст, но из них 20 верст «самыми труднейшими дефилеями» через Табасаранский хребет, верхняя часть которого покрыта дремучим лесом. Обе покатости чрезвычайно круты, имеют множество каменистых, утесистых стремнин.

Булгаков, выступив 29-го апреля из лагеря на р. Хамри-Озени, на другой день, не доходя 18-ти верст до Дербента, свернул на запад и к вечеру приблизился к началу Табасаранского дефиле; здесь он расположился лагерем. Подъем на главный хребет, или Бент, на протяжении трех верст представлял такие затруднения, что до полудня 1-го мая могли подняться только казаки и один егерский батальон. Остальные войска помогали подниматься артиллерии и обозу; дорога на глинистом грунте от шедшего дождя до того испортилась, что нужно было пособие не менее 200 человек, чтобы подвинуть с места 12-ти фунтовый единорог. Но этот подъем артиллерии и повозок продолжался почти до полудня 2-го мая.

Не меньше затруднений отряд испытывал при спуске по ущелью на протяжении 14-ти верст: тут по косогору проходила столь узкая дорога, что по ней только два драгуна могли ехать рядом. Вправо от нее стремнина сажен на 100 глубины, а влево перпендикулярная стена в 80 сажен. С вершины горы нависшие камни, казалось, готовы были скатиться каждую минуту и задавить прохожего. Одна изломанная повозка останавливала движение всей колонны. Едва ночью 2-го мая егерские батальоны и казаки прибыли в долину, где начинались владения Дербентского хана. Когда люди улеглись на биваке, то проливной дождь произвел такое наводнение в узкой долине, что им пришлось провести всю ночь в воде, не смыкая глаз. Ясное утро обсушило и обогрело солдат.

Булгаков с отрядом, оттеснив передовыми войсками мелкие партии неприятельской конницы, подошел к Дербенту едва в час пополудни 4-го мая и расположился в ханских садах против предместья Дубари, примыкая правым флангом к морю, а левым – протянулся к горам, для чего рассыпаны были егеря 3-го батальона, вошедшие в связь с войсками главного корпуса.

Овладение Дербентом, в котором приняли участие егеря 3-го и 4-го батальонов Кубанского корпуса, действовавшие из траншей против замка Нарын-кале (на западной оконечности крепости), не потребовало больших усилий, когда 7-го мая удалось войскам главного корпуса овладеть передовою башнею. Батареи, построенные в траншеях в 40 саженях от замка Нарын-кале, своим огнем произвели обвал 10-го мая и в тот же вечер растворились настежь ворота, через которые хлынула толпа жителей в сопровождении 120-ти летнего старца, имевшего в своих руках серебряные ключи Дербента, того самого старца, который за 74 года перед сим подносил ключи императору Петру Великому. Главнокомандующий вступил в город торжественно 13-го мая и занял все посты войсками отряда Савельева.

Под Дербентом Каспийский корпус простоял до 24-го мая, а граф Зубов, передвинув в этот день войска на речку Рубас-чай, занялся устройством дел покоренного ханства. Подкрепления подходили малыми частями; но князь Цицианов со 2-м батальоном Кубанского егерского корпуса, частью кавалерии и полевой артиллерии мог выступить на соединение с корпусом Зубова только 23-го июля.

По прибытии генерал-майора Платова с Чугуевским казачьим полком 30-го мая, граф Зубов для занятия ханств Бакинского и Кубинского решился двинуть два передовых отряда или авангарда, под командою Платова и Булгакова. За авангардом Платова должны были следовать главные силы.

Отряд Платова, составленный из казаков с придачею 4-го батальона кубанских егерей Лазарева, выступил с позиции на р. Рубасе 30-го мая и, обойдя Кубу с левой стороны, остановился 21-го июня на позиции в Курт-Булаке, по дороге в Шемаху.

Авангард Булгакова в составе двух батальонов Кавказского гренадерского, 3-го батальона кубанских егерей, 14-ти эскадронов Нижегородского и Владимирского драгунских полков, при десяти орудиях полевой артиллерии, после затруднительной переправы через р. Самур 2-го июня, двинулся по направлению к Баку и, пройдя от Самура около 100 верст, 6-го июня остановился в ожидании занятия Баку войсками десанта.

Главные силы, следуя в двух перехолах за отрядом Платова тоже прошли мимо Кубы в 20-ти верстах и 21-го июня расположились лагерем в урочище Курт-Булацком.

После занятия гор. Баку десантом адмирала Федорова, Булгаков снялся с позиции на р. Гильгени 24-го июня и через три дня достиг Кубы. Кубинский отряд Булгакова, расположенный лагерем у Кубы служил связью между главными силами графа Зубова и отрядом Савельева в Дербенте.

Таким образом, после овладения Дербентом, наши войска без всякого сопротивления овладели берегом Каспийского моря и держали в повиновении ханства Кубинское и Шемахинское. Единственные серьезные затруднения встречены были на переправе через реку Самур, которая вследствие таяния снега в горах, затопила пространство при устьях на четыре версты. Приходилось переправляться с большими предосторожностями. По бродам от одного берега до другого протянуты были казачьи цепи. Солдаты, сомкнувшись в густые ряды и взяв друг друга за руки, переходили через реку под прикрытием драгун, которые до некоторой степени сдерживали стремление воды. Немало затруднений для движения отряда Платова и главных сил представляло Шемахинское ущелье: тут солдатам приходилось переносить орудия на руках, каждую повозку обоза приходилось поднимать и опускать поодиночке.

Бежавший в горы Шейх-Али-хан своими происками беспокоил кубинский отряд. Булгаков решился овладеть ханом, приезжавшим в урочище Черек, отстоявшим не далее восьми часов пути от лагеря кубинского отряда. Для нечаянного набега в ночь на 3-е июля составлено было два летучих отряда: в одном назначено 300 егерей 3-го батальона Кубанского корпуса, 120 драгун и 30 казаков, в другом, Платова, – до 1000 всадников, драгун и казаков.

Булгаков вел егерей ночью, по дороге, покрытой дремучим лесом, подымаясь на кручи по тропинкам, усыпанным множеством камней и пересеченной родниками, размывавшими глинистую почву. Впереди шел кубинский наиб Вали-бек, бывший в тайных сношениях с Шейх-Али-ханом. Когда егеря прибыли в Черек, хана уже в нем не было. Еще позднее прибыл туда Платов с драгунами. Оказалось, что хан, заблаговременно извещенный о грозившей ему опасности, пробрался к горцам, обитавшим в верховьях Самура, в селение Ахты.

Бой при Алпанах 1-го октября 1796 года. Между тем, в сентябре месяце, при деревне Олпане или Алпанах, в восьми верстах от кубинского лагеря, хамбутай Казикумыкский собирал значительные скопища акушинцев и лезгин, с целью нападения на русских. В селении Ахты собирались другие горские народы и к ним присоединились джаро-белоканские лезгины.

30-го сентября партия горцев отогнала 145 волов провиантского магазина, пасшихся поблизости кубинского отряда и захватила двух погонщиков малороссиян. Булгаков, не подозревая о замыслах хамбутая Сурхай-хана и о сборе в селении Алпанах скопища горцев в 15000 человек, выслал для открытия неприятеля капитана Семенова с ротой егерей 3-го батальона Кубанского корпуса. Пройдя четыре версты, Семенов вступил в ущелье, ведущее к