Кузя - Виктор Александрович Блытов

районах, следить о всех упоминаниях в эфире о «Тамани» или командире отряда Гусаченко. Позывные, частоты, характеристики радиообмена, паролирование – все записывать – я сам буду слушать. А мосты через канал они уже прошли – невелика сложность отвлечь твоих информаторов. Я бы прошел и Гусаченко наверняка прошел. Тем более, с хребта их прикрытие.

– Что будем делать с тем отрядом, который прошел через Шелковскую?

– Пусть идет – это явно опять отвлекающий маневр! Хотя, нет! Дай информацию на блок пост Алхан-Юрта, там стоит работающий на нас Сибирский ОМОН, тот, что по нашей просьбе зачистку делал в Минеральном. Чтобы из этих нейтралов сделать истинных бойцов за веру. Передай им в их канале связи, что к ним идет отряд «Тамань» в составе трех БТРов и трех МТЛБТ с минометами – это боевики Хутиева! Передай все это от имени штаба группировки в Ханкале за подписью оперативного группировки полковника Баранова. Обругай как следует матерными словами этого командира ОМОНА майора, – он прочитал в своем блокноте и усмехнулся, – майора Ржавцева. Пусть постреляют друг друга немного. А у этого Баранова потом остатки усов повыщипывают!

Лом-Али все аккуратно записывал в блокнот и улыбался в широкую черную бороду.

– Мне ясно одно, что этот Гусаченко учился со мной в Рязанском десантном и, скорее всего, на факультете спецназа ГРУ. Узнаю сокурсника по повадкам – одни учителя. Ну, тем нам будет интереснее. По нашим данным ему сорок один год – значит, максимум на два года раньше меня закончил училище – подполковник. Не все нормально у него шло по службе, многие его однокашники уже полковники. Видимо, по повадкам, что в Москве не сидел, а работал в поле. Тем опасней. В Афгане не встречались – значит, это Ангола, Мозамбик, Вьетнам, Куба, Никарагуа или, может, что еще? На их курсе учился наш Мурад – Шахид Хутиев – если, конечно, он на два года старше. Надо будет узнать у него про этого Гусаченко. Но это сам узнаю. У меня память хорошая на лица, увидимся – узнаю обязательно этого Гусаченко, если, конечно, он из спецназа ГРУ.

– Да, еще прошла информация из Миндального: по мосту через канал прошел конный отряд – пять чеченцев, трое украинцев и один русский, вроде из наших. Идут с того берега Терека из разбитого отряда Аслана Бексултанова. Вооружены хорошо, идут верхами, – задумчиво прочитал еще одно донесение Лом-Али, – идут в Аргунское ущелье в штаб руководства к Аслану.

– Понятно, их всех найти и ко мне! Как они идут? Они помогут мне установить обстановку по «Тамани»! – потирая руки, ответил Мовсар.

– От Миндального по лесным дорогам идут, видимо, к Самашкинскому лесу.

– Сегодня же вечером хочу с ними разговаривать. Вышли посты на все дороги! Кто у них старший? – спросил Мовсар, поднял палочку и стал ее строгать десантным ножом, ожидая ответа.

– Он назвался Абубакаром – наш он! – сказал мне человек из Миндального.

– Все они наши, а когда начнешь знакомиться поближе, выясняется, что не совсем наш, а если его немного потереть, то выясниться он совсем не наш. С какого он тейпа? – криво усмехнулся Мовсар.

– Спросим – расскажет, я не знаю, фамилия его неизвестна! – пожал плечами Лом-Али.

– Ладно, пойду, побегаю километров пять, потом гимнастика, а потом умывание и завтрак. Польешь холодной водой? – спросил Мовсар, широко улыбаясь, вынул магазины автоматов, положил их на скамейку и, не дожидаясь ответа собеседника, легкими прыгучими шагами побежал мимо охранника.

Лом-Али пошел выполнять приказание начальника, которому искренне верил и в некоторых вопросах даже боготворил.

Это Мовсар навел по связи русскую авиацию в Грозном зимой девяносто пятого на колонну десантных войск, которая наголову разгромила всю колонну и дала возможность вывести бойцов сопротивления из северной части города. У вокзала, благодаря ему, сцепились в танковом бою две наступающие с разных сторон колонны русских. А вывести без боя окруженных защитников Дворца Президента из-под самого носа у наступающих? А подрыв русского генерала во время переговоров? Мало кто знает, что русского генерала благодаря тонко рассчитанной дезинформации Мовсара подорвали сами русские. Нет, с таким командиром интересно воевать. Предпочитает бесконтактный бой и тонко рассчитывает каждую операцию. Это как в борьбе айкидо, которой увлекается Мовсар – использовать инерцию и силу противника в своих интересах. Интересная борьба, когда противник борется, вроде, как сам с собой, а ты только направляешь его.

Мовсар бежал в гору, обливался потом и вспоминал о своей жизни.

Мовсар был родом из горной Чечни Шатойского района аула Ушкалой. Маленьким мальчиком он остался без отца и мать отвезла его к своим родителям в Казахстан. Там он закончил школу, оттуда ушел в армию и попал в войска спецназа, откуда поступил с хорошими характеристиками в Рязанское высшее воздушно-десантное училище, которое закончил с отличием. Потом Афганистан, самые трудные операции, походы на караваны, охота за главарями душманских формирований. Командир разведвзвода, командир специального разведотряда ГРУ, командир десантно-штурмового батальона. Три боевых ордена «Красной звезды», перспективы перед молодым офицером открывались самые хорошие. Жениться и завести семью он не успел. Предложили поступать в академию имени Фрунзе.

А потом эта неудачная операцию под Кандагаром, когда погибла рота мотопехоты и вся карьера пошла насмарку – заместитель командира воздушно-десантного батальона в Витебской дивизии. А тут развал Союза и один из батальонов во главе с Мовсаром бросили сначала в Тбилиси, потом на захват Вильнюсской телестудии. Впервые пришлось столкнуться не с реальным врагом, а с озлобленной толпой. Кто-то кричал, кто-то толкал, кто-то подстрекал. Один из разгоряченных демонстрантов обозвал Мовсара глупым чуркой и тот не стерпел. Обозвавшего всего в крови оттаскивали в сторону под кусты радостные, под обозрением телевизионных камер западных журналистов, литовские и приехавшие из Польши демонстранты.

– Вот оно, озлобленное, перекошенное лицо русского империалиста! – с пафосом вещал польский журналист и, обращаясь к Мовсару, – товарищ майор, покажите ваши окровавленные кулаки в камеру! Вы его руками или саперной лопаткой?

Злобные, чужие лица, откровенно смеялись и издевались над Мовсаром, стоявшем в ступоре после этих слов.

– Мовсар, не обращай внимания, не поддавайся на провокацию, они специально провоцируют всех нас! – кричал его друг и однокашник Леха Бармотин, сдерживая напор толпы к телевизионной башне. – Они влево пошли, постараются прорвать нас на «Жигулях». Танк пусть подгонят!

Мимо прошли с видеокамерой операторы 600 секунд и незабываемый Александр Невзоров.

– Держите, ребятки, держите их! Снимайте! Вот эту злобную физиономию! – показывал он на литовского демонстранта, бьющего в лицо солдату. – Миша, дай эту сценку с танком полным планом! Покажи, как он дулом двигает! Может