Кузя - Виктор Александрович Блытов

– Кысмет! Иодика хуьлда хьан! Аллах акбар! – ответил Абубакар и снова обнялся с чеченцем.

– Аллах акбар! – ответил тот.

Все молча сели на коней и не спеша поехали дальше.

– Что он все меня разглядывал? – спросил Осипович Абубакара.

– Хотел коня твоего купить, но я сказал, что вы украинцы очень жадные и не продадите.

Осипович рассмеялся.

– Если бы вы были один, он бы вас зарезал, а коня забрал бы, если бы вы ему коня не подарили. Такие обычаи. А так вы вроде наш гость. Поэтому пока все нормально! – добавил Алешечкин.

– Ты, казак, хорошо знаешь наши обычаи! – сказал с долей иронии Абубакар.

– Немного знаю. Вырос с вашими парнями, вместе в школу ходили, вместе мяч гоняли, вместе яблони трясли! – ответил Алешечкин.

– А он не наведет на нас свою шайку, чтобы забрать коней? – спросил обеспокоенно Осипович, – передайте по связи, чтобы колонна пока стояла.

– Может навести, но он сказал, что они нейтральные, но мы же тоже можем это посмотреть и убедиться в верности его слов, – хитро улыбнулся Абубакар и повернул коня в кусты. За ним повернули все чеченцы и казаки. Затем Абубакар сломал ветку и стер следы коней.

Ждать пришлось недолго. Раздался топот копыт и мимо промчался молодой чеченец верхом на коне. Он внимательно рассматривал следы, но не заметил, как отряд Осиповича съехал с тропинки.

– Поскакал кого-то предупреждать о нас, или следить за нами! – спокойно сказал Абубакар.

– Что делать то будем? Снять бы надо эту охрану! – тихо сказал Осипович, доставая нож.

– Его убьешь – шум поднимут, всем аулом будут нас догонять. Кровная месть. Зачем? Надо или обмануть, или отвлечь. Давайте сделаем так.

К мосту через канал подъехали два УАЗика и «Нива».

– Эй, как тебя? – вылез из УАЗика Кузьма. – иди сюда!

Чеченец, стоявший на мосту, подошел к Кузьме.

– Что вы ходите, товарищ подполковник? – посмотрел он на погоны Кузьмы.

Кузьма усмехнулся.

– В званиях разбираешься? В армии служил? Ты откуда?

– С поселка Миндального. А в армии служил, у нас все чеченцы служат в армии. 106 воздушно-десантная дивизия – Кундуз в 1983 году! – ответил гордо чеченец.

– Афган прошел, значит? Ну, тогда откуда ты и что здесь делаешь?

– Так стою на воду смотрю, а сейчас пойду в аул. Вода – это вечность. Нас не будет, а она будет течь.

– А где здесь аул? – осмотрелся вокруг Кузьма.

– Так здесь, за тем поворотом дороги! – показал чеченец.

– Как тебя зовут? Проводи нас к вашим старикам! – твердо сказал Кузьма, вытирая пот, – хочу с ними поговорить!

– Мурад меня зовут! Старики у нас нейтральные, а боевиков в ауле нет!

– Тем более садись, прокатимся потихоньку! – Кузьма показал на свой УАЗик.

– Хорошая машина – продай! – предложил чеченец и показал на «Ниву», – у нас уже зачистка была, молодых парней увезли ваши «омоны».

– «Нива» не продается, трофей, а закончится война – так подарю, если уцелеет! – улыбнулся Кузьма, – а насчет парней я обещаю – разберемся.

– Я жду здесь племянника, но если ты просишь, то я провожу! – сказал решительно чеченец. «Нива» и один УАЗ поехали в аул, а УАЗ с Носовым остался на мосту.

Как только они скрылись за поворотом, сразу выехали на дорогу разведчики Мирошенко и дали сигнал проходить всей колонне. Скоро мост прошла вся колонна и на мосту остался ожидать своих из аула лишь один УАЗик. Колонна прошла и у поворота углубилась в кусты и вышла к небольшому озеру. Дальше по дороге на юг пошли лишь чеченцы Абубакара и Осипович со своими людьми. За ними в паре километров прошли казаки из отделения Мирошенко. Остальные разведчики замели ветками следы прошедшей колонны и заняли позиции в километре от колонны.

Третье отделение поднялось на вершину Терского хребта, где встретили блокпост псковской дивизии воздушно-десантных войск.

– А мы за вами давно следим. Почему без флага идете? – спросил Атаманова чернявый сержант.

– Да скрытно выдвигаемся на Ханкалу. Так приказали! А здесь встретили боевиков, вот флаг и сняли.

– Боевики за Сунженским хребтом ближе к Самашкам. А вы можете пройти здесь прямо на Грозный. С другой стороны, между Терским и Сунженским хребтами можно пройти, а можно по Терскому хребту, – сержант предложил закурить, но Атаманов и его бойцы отказались.

– Мы не курим! Извини!

– Судя, по форме вы морпехи?

– Да, отряд «Тамань» из бригады морской пехоты Черноморского флота.

– Так хохлы ж запретили вам воевать? – ехидно спросил сержант.

– А мы не из Севастополя, а из Новороссийска! – ответил Атаманов, – нам можно, а как, не шалят здесь боевики?

– Да как сказать! Эти окопы и блокпост боевиков, наши их в начале весны отсюда выбили. В Миндальном боевиков нет, может, есть сочувствующие, но у нас с ними отношения нормальные. Главное быть людьми и получишь к себе нормальное отношение. Здесь у нас канал, а дорога вся просматривается, как на ладони. Видели мы вас издалека. Грамотно идете, чувствуется опытные командиры у вас, впереди одна разведка, за ней с собакой против мин вторая разведка. Только, похоже, вы больше отдыхали, чем шли. Не спешите? Сначала думали – боевики идут, а потом вас увидели и поняли, что свои. Кстати, псковские, новгородские, питерские у вас есть?

– Не, больше кубанские и ставропольские! Большинство с юга! Так боевики сюда заходят? Вам сверху виднее.

– Понятно. Не видели мы боевиков. Наши колонны изредка здесь ходят. Вот вчера проходила на Ищерскую одна, потом вы сюда. С местными был у нас раньше полный контакт. В нас даже по ночам не стреляли, а вот третий пост засобачились с местными, так их каждую ночь начали обстреливать. А тут, намедни, третьего дня, наш Миндальный зачем-то сибирский ОМОН причесал, зачистку организовали, черт их побери! Ведь были нейтральными, никого не трогали. Как ЗЭКи, выпущенные вчера из тюрьмы, вели себя эти ОМОНовцы. Так ночью прошлой и в нас стреляли. Это из-за них. Хорошо укрепления укрыли. Говорят, они там ограбили весь этот поселок Миндальный. Кур, коз, овец не считается, что забирали – вроде как реквизиция. И молодежь угнали несколько человек. И вот плохо, что приемники, деньги, золото, все, что нашли ценного – к их рукам прилипло. А мы теперь все за них страдаем! К нам девушка одна приходит из поселка, молоко приносила – рассказала. Местные говорят, что еще появился здесь отряд какого-то Мовсара Борзоева – зверюга страшный, говорят. Серьезный отряд – несколько раз выходили на перехват наших колонн, разделали одну колонну под ноль. И где-то здесь ходят между Сунжунским хребтом и Сунжей. На