Юрий Ленчевский - СМЕРШ в тылу врага. Зафронтовая работа военной контрразведки

Ознакомительный фрагмент

Советский разведчик, пройдя подготовку под руководством майора Владимира Климкина, специалиста по внедрению агентов в немецкие разведорганы, благополучно пересек линию фронта, прошел проверку и был награжден немецкой медалью «За храбрость» и ему присвоили звание лейтенанта РОА (Российская освободительная армия, ею командовал Власов). А 1 мая 1944 года его сбросили с самолета на парашюте на территории СССР вместе с батареями для рации, кварцами и топографическими картами.

Радиоигра продолжалась до начала 1945 года. За эти полгода еще двое курьеров попали в «ловушку», организованную советскими контрразведчиками, а радиоточка продолжала посылать дезинформацию противнику[11].

В канун Нового, 1944-го года Указом Президиума Верховного Совета СССР Семен Афанасьевич Калабалин был награжден орденом «Отечественной войны» второй степени. Награду вручал ему лично начальник Главного управления контрразведки «СМЕРШ» Абакумов.

А вскоре Калабалин вернулся к своему прежнему любимому занятию — учительству. Врачебная комиссия признала его полностью негодным к прохождению службы.

До глубокой старости Семен Калабалин и его жена — Галина Калабалина — работали с трудными подростками. Они преподавали в детдомах и детколониях, пока хватало сил — в Кутаиси, в Подмосковье. Последние годы Калабалин заведовал детским домом в селе Кимёново Шатурского района Подмосковья[12].

О том, что Калабалин делал за линией фронта, во вражеском тылу, он никогда никому не рассказывал.

Глава третья. В логове врага

О выполнении задания контрразведки Владимиром Малышевым в немецкой разведывательной школе

В начальный период войны к разоблаченной агентуре противника применялись самые жестокие меры. Чекистам дана команда: «Уничтожай немецких шпионов и диверсантов!» Увы, но понимание того, что с гитлеровской агентурой не только можно, но и должно работать, пришло не сразу! Ввиду отступления нашей армии и тяжелейшего положения на фронтах оперативные игры с использованием перевербованных вражеских агентов практически не проводились.

Изощренность форм и методов гитлеровской разведки, ее высокая активность потребовали от чекистов огромного напряжения сил и энергии, профессионального мастерства, мужества. Особенно тяжелые испытания выпали на долю разведчиков, действовавших в тылу врага. Послать человека на ту сторону — дело непростое. Не каждый согласится, ведь работа за линией фронта всегда связана со смертельным риском. Переход линии фронта уже сам по себе опасен.

В абвере и в СД простофиль не было. Там служили опытные профессионалы. Поединок с ними очень опасен. Посылая своего человека в логово, нельзя отрешиться и от такой крамольной мысли: не перевербуют ли его те спецслужбы.

Наряду с явными врагами нашего народа среди курсантов школ абвера и «Предприятия «Цеппелин» имелись люди, оставшиеся в душе патриотами Родины. «СМЕРШ» засылал своих разведчиков с задачей найти их, помочь им стать на путь активной борьбы, привлечь к выполнению заданий советской контрразведки. Так разведка помогла контрразведке. Одним из них был Владимир Малышев, двоюродный брат Тани Синицыной.

Все началось с весеннего дня 1942 года, когда группа разведчиков, сопровождаемая вражеским огнем, на лодке возвратилась с Невского пятачка на правый берег реки. Выполняя боевое задание, бойцы проделали проход в минном заграждении противника, но понесли потери и взять «языка» не смогли. Не глядя друг на друга, молча, они расположились на отдых в районе Невской Дубровки. Минер Владимир Малышев, вспоминая погибших товарищей, сидел в стороне. К нему подошел незнакомый, аккуратно одетый молодой командир. Поинтересовался фамилией бойца, назвал себя:

— Сотрудник военной контрразведки фронта старший лейтенант Маковеенко.

Чекист старший лейтенант Владимир Никитич Маковеенко не вдруг заинтересовался Владимиром Малышевым. Он присматривался к нему ранее. Узнал, что тот изучал в педагогическом институте немецкий язык, знал основы радиодела, командованием части и товарищами по оружию характеризовался положительно. Маковеенко подбирал кандидатов в разведчики.

Он сел рядом с Малышевым и, всматриваясь в его открытое лицо, завел неторопливый разговор. Чекиста интересовали подробности жизненного пути собеседника, его участие в боях под Лугой, Пушкином, на Невском пятачке. В заключение он пояснил, что намерен привлечь Малышева, разумеется с его согласия, к выполнению одного поручения военной контрразведки, но поговорить об этом им следует в другой обстановке…

— Есть подходящая кандидатура для операции по внедрению, — доложил Маковеенко своему начальнику П.А. Соснихину.

— Кто он?

— Ленинградец Владимир Малышев. В прошлом студент пединститута. Как и я. Боец 5-го отдельного запасного инженерного полка. Изучал в пединституте немецкий язык, — продолжал докладывать Маковеенко.

Подполковник Соснихин знал, если старший лейтенант Маковеенко предлагает кандидатуру для важной операции, то, стало быть, он имеет для этого все основания.

— Вызывайте Малышева в город на Неве, — распорядился Соснихин.

Через несколько дней бойца 5-го отдельного запасного полка Малышева откомандировали в Ленинград. Там его с нетерпением ждал Маковеенко. Встретившись, они разговорились как старые знакомые. Маковеенко познакомил Малышева с положением на Ленинградском фронте, рассказал о попытках вражеской разведки внедрить своих агентов в ряды наших войск.

— Чем же я могу быть полезен? — спросил Малышев.

Чекист не стал скрывать от него своего мнения о том, что именно он — инициативный энергичный комсомолец, в недавнем прошлом студент педагогического института, а ныне умелый боец, знающий минное дело, сносно владеющий немецким языком, увлекающийся радиотехникой, вполне подходит для выполнения важного задания советской контрразведки в тылу врага.

— Но для такой работы необходимо ваше добровольное согласие, — подчеркнул старший лейтенант.

— В чем суть задания? — спросил Малышев.

— Надо проникнуть в немецкую военную разведку.

— Коротко, но ясно, — заметил Малышев и задумался. Потом твердо сказал: — В принципе я согласен.

— Я и не ожидал от вас другого ответа.

— Но у меня к вам ряд вопросов. Первый: каким путем я окажусь на той стороне?

— Как перебежчик.

— Перебежчик — это предатель. А у меня есть родные. Жена, сестра, правда, двоюродная, Таней зовут. Нет, добровольно сдаться в плен врагу не могу.

— Другого пути у нас нет. Этого требуют интересы дела, нашей борьбы с врагами, — спокойно убеждал Малышева старший лейтенант. — Даже легкая тень не упадет на ваше доброе имя — об этом мы побеспокоимся. Вам не нужно же оказаться в плену. Военнопленных немцы вербуют в свои разведывательные школы, из них готовят свою агентуру. К перебежчикам они расположены больше. И это важно на первом этапе вашего пребывания в плену.

Малышев согласился.

Пачки советских денег, которыми снабжали агентов абвера

Чекисты стали готовить его для выполнения важной операции против вражеской разведки…

Против Ленинградского и Волховского фронтов активно действовал крупный орган немецкой военной разведки — абверкоманда-104, входящая в состав группы армий «Норд». Она дислоцировалась во Пскове и имела в своем подчинении две абвергруппы. Одна из них при 18-й немецкой армии, войска которой блокировали Ленинград с юга. Подготовку агентов-разведчиков и радистов — для заброски в расположение и на коммуникации наших войск — абверовцы вели в разведывательных школах. Чекистам известно, что одна из них располагается в городе Валга, на границе Эстонии и Латвии. В распоряжении абверкоманды-104 имеется мощная приемопередающая радиостанция «Марс». Этим условным наименованием абверовцы прикрывают свой разведывательный центр. Чекисты хотели знать о замыслах «Марса», иметь там свои глаза и уши. Малышеву предстояло завоевать доверие гитлеровцев, проникнуть в школу немецкой военной разведки, собрать сведения о тех, кто в ней обучается, где, когда, с каким заданием будет направлен в расположение наших войск.

— Для успешного решения этой задачи нам предстоит подготовить для вас такую легенду, чтобы ей поверили немцы. Она должна как-то заинтересовать вражескую разведку, помочь вам оказаться там, где нужно, — говорил Маковеенко.

— А где нужнее всего? Можете сказать? — спросил Малышев.

— Разумеется. Против нашего фронта активно действует разведывательный орган абвера «Марс». Это — главный объект вашего внимания. Попасть туда — большая удача.

Военный контрразведчик Владимир Никитич Маковеенко и будущий разведчик Владимир Олегович Малышев сразу нашли общий язык. Одессит Маковеенко умный, находчивый, веселый человек, импонировал Малышеву.