Разведка и шпионаж. Вехи тайной войны - Андрей Юрьевич Ведяев

«За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», «За победу над Японией» и другими.

«В заключение мне хочется сказать, — пишет Михаил Данилович, — что моя биография ничем не отличается от биографий сотен и тысяч других людей моего поколения. И я из деревни, и я учился в сельской школе, трудился в поте лица с детского возраста, видел и испытал гнёт помещика, видел урядника, стражника, попа, видел их издевательства. Жил и видел ход революции в феврале 1917 г., видел и ощутил реально итоги Социалистической революции в октябре 1917 г., мы получили помещичью землю и стали работать на себя. Ушёл в РККА, прошёл большой длинный трудный путь от солдата 46‑го стрелк. полка на Зап. фронте, прошёл годы становления нашей армии, её развития и совершенствования, прошёл всю Великую Отечественную войну, стал генералом нашей советской армии. Путь от солдата до генерала не лёгкий и очень длинный. И я, как и многие мои боевые товарищи, не без гордости вспоминают о том, что нам выпала великая честь вложить в дело разгрома фашистских полчищ долю своего ратного труда. Мне хочется сказать, какое глубокое чувство благодарности сохранилось в душе моей, ко всем верившим мне дорогим солдатам, сержантам и офицерам. По зову партии они шли в бой за Родину на смерть, увечья, страдания. Они верили приказу и шли не останавливаясь ни перед чем и побеждали. Вечная им слава!»

Зов Вальгаллы

И сколько б ты ни жил, в какой бы ни был силе,

И кто бы ни склонял тебя на все лады,

И сколько б ни вело следов к твоей могиле —

Дождь смоет все следы, дождь смоет все следы…

Вадим Егоров

Русский город Николаев, крупнейший центр судостроения на Чёрном море, был оккупирован немецко-фашистскими захватчиками 16 августа 1941 года. На следующий день внимание немецких офицеров внезапно привлекла музыка Вагнера, доносившаяся из окон одного из больших особняков города. Войдя в дом, гостеприимно распахнувший свои двери, они не могли и предположить, что теплое радушие хозяев, изъяснявшихся на хорошем немецком языке, для многих из них обернётся холодным ветерком из Вальгаллы…

В последний день лета 2017 года я ехал вместе с полковником Александром Андреевичем Полуешкиным в город Сельцо Брянской области. В центре Сельца служебная машина областного управления ФСБ резко свернула в переулок, круто развернулась в одном из дворов и в следующее мгновение остановилась перед серым кирпичным фасадом школы № 1 имени Героя Советского Союза Виктора Александровича Лягина. Здесь нас уже встречали директор школы Алексей Юрьевич Ивкин и Людмила Андреевна Астахова — участница Великой Отечественной войны, историк, краевед.

«Немцы при отступлении сожгли Сельцо, населения здесь практически не осталось, — рассказала Людмила Андреевна. — И вдруг мне попал список Героев Советского Союза, уроженцев Брянщины, и среди них — фамилия Лягин. Тогда я стала писать письма и выяснила, что подвиг Лягина связан с Украиной, с городом Николаев».

Под руководством Людмилы Андреевны, которой с нами уже, увы, нет, в школе был открыт музей Лягина. Его экспозиция начинается у стенда «Сельцо — родина Лягина». Он родился здесь 31 декабря 1908 года. На следующем стенде представлена его семья — отец Александр Ильич, мать Мария Александровна, сестры Анна, Софья и Екатерина, братья Николай и Александр. Жена Лягина, которую звали Ольга, умерла в Ленинграде в 1935 году. Но у них осталась дочь Татьяна 1930 года рождения — она была здесь в школе на открытии памятника отцу 8 мая 1968 года вместе с сыном Алёшей — внуком чекиста. Сейчас Алексей Викторович Есипов живет в Санкт-Петербурге, мы поддерживаем с ним дружеские отношения. В 1934 году его дед окончил Ленинградский политехнический по специальности инженер-механик, затем работал инженером на Ленинградском станкостроительном заводе.

В 1938 году он был направлен на работу в Управление НКВД по Ленинградской области, а затем переведен в Москву для прохождения службы в центральном аппарате внешней разведки (5‑й отдел Главного управления госбезопасности НКВД СССР). По словам внука, дед был спортсменом, обладал яркой внешностью и еще в детстве с помощью своей мамы, дочери смоленского дворянина Смирнова, выучил немецкий и английский. С июля 1939 по июнь 1941 года Лягин находился в США. Перед выездом туда он женился (скорее всего, по решению руководства) на Зинаиде Мурашко, также сотруднице внешней разведки. В США у них родился сын.

Вернувшись в Москву 15 июня 1941 года, капитан госбезопасности Лягин, к тому времени уже зам. начальника внешней разведки по научно-технической линии, просится на фронт, но получает отказ Лаврентия Павловича Берии с мотивировкой: «Твоя война будет другой». Поскольку в США Лягин, по профессии инженер-судостроитель, занимался американскими программами строительства авианосцев, ему поручают подготовку нелегальной резидентуры на случай оставления Николаева. Однако в последний момент её руководитель отказывается от задания. Тогда Лягин снова идёт к Берия и предлагает на это место себя, мотивируя это тем, что руководитель резидентуры в Николаеве — главном черноморском судостроительном центре — должен иметь инженерную подготовку и разбираться в вопросах судостроения. «Будет очень трудно, — сказал Берия. — Гарантии остаться живым — нет». — «Понимаю», — ответил Лягин. — «Задание получите завтра».

До места Лягин добирался на попутках и пароходом. В кармане у него были документы на имя инженера-судостроителя Виктора Александровича Корнева. В Николаев он прибыл за десять дней до того, как 16 августа 1941 года туда вошли немцы, и остановился на улице Черноморская на квартире у Эмилии Иосифовны Дуккарт.

Ещё с дореволюционных времен в Николаеве жило немало немцев. И хотя сама Дуккарт родилась в России и преподавала в школе немецкий язык, среди её родственников в Германии был даже барон. Вначале Эмилия Иосифовна хотела эвакуироваться вместе с дочерью Магдой Ивановной Дуккарт. Они уже собирали чемоданы — и вдруг её вызвали в НКВД и попросили остаться: «Придет человек и будет жить у вас на квартире. Сделайте так, чтобы ему было комфортно». Она была членом партии и всё поняла.

Вместе с дочерью они переехали в большой особняк, который до революции принадлежал её прадеду. Магда, пианистка и красавица, стала гражданской женой Корнева. А когда в город входили немцы, он попросил открыть окна и приказал Магде играть музыку Вагнера. Это сразу привлекло внимание немецких офицеров, они зашли в дом — где случайно нашлось шампанское. Подняли бокалы за победу германского оружия, за барона. С тех пор в доме Дуккартов, которым немцы вернули всё конфискованное Советами имущество, часто бывали генерал Штром, старший