Крымские татары в Великой Отечественной войне - Владимир Евгеньевич Поляков

Луговой Н.Д. не участвовал в боевых операциях, которые так сближают выживших и порождают подлинное боевое братство. Его единственная боевая операция – Баксан, в марте 1942 года.

Вот почему в Крымском обкоме твёрдо знали, что когда понадобится снять Лугового Н.Д., то никто не придет ему на помощь.

Так, 19 июня 1943 года Луговой Н.Д. становится командиром 2-го сектора, а с 18 июля командиром бригады. Чтобы сохранить сложившейся баланс сил, на освободившуюся должность комиссара, назначают не кого-нибудь из секретарей райкомов, а такие в лесу ещё были, а военного – выходца из все той же 48 о.к.д. Мирона Егорова.

С начала года все отряды оказались сосредоточенными в лесах Заповедника в наиболее труднодоступных заснеженных верховьях горных речек Аракча, Пескура, Ускулар, Донга и Писара на северных склонах Главной гряды Крымских гор. С переходом в Заповедник весь радиообмен стал идти только через узел связи Крымского штаба партизанского движения в Сочи. Из-за слабой квалификации обкомовских радистов партизаны неделями не могли установить связь с обкомом.

К тому же, все сходились и в том, что леса Заповедника имеют теневую сторону: позиции противника и партизан одинаковы. Внезапность удара предотвратить не просто, тогда как в Зуйских лесах на многие километры партизаны видели передвижения противника и потому успевали занять оборону даже на внешнем обводе, имея в запасе и главные рубежи обороны.

Интересна и такая дискуссия, которая возникла среди высшего руководства партизанского движения. Такие опытные командиры как Ермаков Д.Ф. и Калугин И.П. старались найти место для стоянки отряда поближе к воде и, чтобы иметь возможность отхода в случае вражеского нападения.

Кураков И.Г. и Луговой Н.Д. были убеждены, что главным достоинством стоянки должна быть выгодная позиция, которая может дать возможность длительного отпора карателям.

Несколько по иному изложил свою точку зрения на этот вопрос в ту пору рядовой партизан Андрей Сермуль. Смысл её сводился к следующему, если раньше, встретив превосходящего в численности противника, партизан или даже группа партизан давали бой и стремились оторваться, то с началом голода, когда истощение стало повальным, пришло понимание того, что сколько не пытайся уйти, противник все равно догонит. Так появилась новая тактика: отходишь до тех пор пока не найдёшь удобную для обороны позицию, а уже там партизан бьется на смерть в прямом значении этого слова. Дальнейшие события, как правило, развивались по двум сценариям: партизан мог погибнуть, что, к сожалению, было не редкостью, но в соответствии с правилами оборонительного боя каждый боец забирал с собой на тот свет минимум втрое больше противников.

Второй вариант заключался в том, что встретив такой отпор и осознав, что легкой добычи нет, а рисковать своей головой никто не хочет, враг уходил.

Таким образом, можно сделать вывод, что, вероятно, правильны были обе тактики, просто, применять их надо в соответствии с конкретно сложившейся обстановкой.

На 9 августа 1943 года в составе бригады было 5 отрядов, в которых насчитывалось 228 партизан. Из них 11 женщин. До 18 лет – 5 человек. Старше 43 лет – 3 человека [5, л. 12].

Оторванные от партизанских реалий и фактически не знающие чем себя занять, «Сочинские партизаны» затеяли очередную реорганизацию партизанского движения. В качестве позитива можно признать то, что после «района», «сектора», наконец, появился подлинно военный термин – «бригада».

В соответствии с постановления бюро Крымского обкома ВКП(б) «Об ошибках, допущенных в оценке поведения крымских татар по отношению к партизанам, о мерах по ликвидации этих ошибок и усилении политической работы среди татарского населения» 18 ноября 1942 года, если партизан брал что-либо из продовольствия у местных жителей, то должен был получить расписку, что все это передано добровольно. Впрочем, как отмечал Федоренко Ф.И.: «Многие командиры, в том числе и я, сомневались тогда в справедливости приказа» [61, с. 124].

Понять его тоже можно, умирающий от голода партизан мог попасть под трибунал, если силой оружия забрал продовольствие у местного жителя без его добровольного согласия. Вот и стали заставлять под дулом автомата писать расписки о «добровольных пожертвованиях».

В отрядах продолжается голод. На 30 июля 1943 года в шести отрядах было всего 252 чел.

Штаб – 13 чел.; 1-й отряд – 22 чел.; 2-й отряд – 25 чел.

Штаб 2-го сектора – 16 чел.; 3-й отряд – 30 чел.; 4-й отряд – 44 чел.; 5-й отряд – 34 чел.; 6-й отряд – 43 чел.

Потери: убито в боях – 73 чел., умерло – 59 чел., пропало без вести – 47 чел. расстреляно – 10 чел. Все данные только по 2-му сектору (заповедник и зуйские леса) [5, л. 12].

Число бойцов в августе 1943 доходит до минимальной цифры за всю историю партизанского движения в Крыму – двести четырнадцать человек.

Всё награждение теперь идет не через военных, а через Центральный штаб партизанского движения. Крымчан стали включать в общие списки награждённых советских партизан. В Москву идет представление о присвоении Федору Федоренко звания героя Советского Союза. Отказ. Несколько награждёний высокими наградами крымских татар

Велиев Смайл. Проводник Судакского отряда. 19.02.42 умело и без потерь вывел из вражеского окружения три партизанских отряда и 350 человек красноармейцев и командиров участников судакского десанта.

Награждён: орден Красного Знамени. Указ от 07.03.43.

Джамалов Иса. Боец 2-го Красноармейского отряда, Ичкино-Колайского отрядов. Награждён орденом Красной Звезды. Указ от 07.03.43.

Кадыев Сеит-Халил. Начальник разведки Карасубазарского отряда. Награждён медалью «За боевые заслуги». Указ от 20.09.43.

30 человек были награждены медалью «Партизан Отечественной войны».

Секретаря Крымского подпольного обкома Рефата Мустафаева представляют к ордену Красного Знамени, но вместо указа о награждении поступает отписка: «В связи с отзывом Крымского обкома награждение не произведено». Обком не простил Рефату Мустафаеву его принципиальную позиции по предотвращению грабежа крымских сел.

Тем не менее, из-за изменения общеполитической обстановки, в лес наконец, потянулось местное население. Партизаны отказываются принимать пополнение из-за отсутствия продовольствия. Желающих стать партизанами уже порядка 150–200 чел., но им было отказано. Приняли только подпольщиков, которым грозила опасность ареста.

С июля 1943 года с «Большой земли» прибыло 65 человек. Примечательно, что ещё в мае 1943 года Николай Луговой обратился к Крымскому обкому партии с просьбой подготовить 150–200 командиров и комиссаров в будущие партизанские отряды.

7.4. Третий период, октябрь 1943 – апрель 1944 гг

31 октября 1943 года части 51-й армии вышли к северному берегу Сиваша и на Перекопский перешеек. В ночь на 2 ноября 1943 года советские войска подошли к Армянску. На восточном побережье Крыма, на Керченском полуострове события тоже развивались, как казалось, достаточно оптимистично. В ночь на 1 ноября 1943 года началась высадка