Разведка и шпионаж. Вехи тайной войны - Андрей Юрьевич Ведяев

канун событий телеграмму, в которой пишет, что «оппозиционеры и реакция… активно подготавливают “перенесение борьбы на улицу” … видна растерянность венгерских товарищей и, как нам кажется, известная потеря уверенности в том, что из создавшихся затруднений ещё можно выйти. Нам представляется, что в создавшейся обстановке венгерские товарищи вряд ли смогут сами начать действовать смело и решительно без помощи им в этом деле».

Телеграмма Андропова была получена в Москве в 12.30, расшифрована и разослана членам и кандидатам в члены Президиума ЦК КПСС. А в 15.00 в Будапеште началась демонстрация, в которой приняли участие 200 тыс. человек, закончившаяся погромом. Демонстранты снесли памятник Сталину и попытались захватить ряд зданий в Будапеште.

В такой обстановке 24 октября председателем Совета министров Венгрии назначается Имре Надь. Было объявлено о роспуске Венгерской партии труда. Однако это только спровоцировало гражданскую войну, поскольку существовали непреодолимые противоречия между правительством и выпущенным из-под ареста главой венгерской католической церкви Йожефом Миндсенти. Из отрядов повстанцев была создана Национальная гвардия, распущены органы госбезопасности и выдвинуто требование немедленного вывода советских войск.

Фактически сразу после этого началась бойня — по Будапешту прокатилась волна самосудных казней, когда пойманных коммунистов, сотрудников спецслужб и даже членов их семей после зверских издевательств вешали на деревьях вниз головой, прибивали огромными гвоздями к полу. Стремясь остановить погромы и убийства в Будапешт были введены советские части с категорическим приказом огня не открывать. И почти сразу начались убийства советских военнослужащих и членов их семей. За 6 дней беспорядков с 24 по 29 октября погибло 350 советских военнослужащих и около 50 членов их семей.

Стремясь до конца не вмешиваться в происходящие в Венгрии события, советское руководство пошло навстречу требованиям Надя и 28 октября 1956 года советские войска были выведены из Будапешта. Но это привело только к эскалации гражданской войны. Буквально на следующий день на площади Республики перед зданием горкома партии толпа расправилась с сотрудниками госбезопасности и столичного горкома партии. В ходе расправы было убито 26 человек во главе с секретарем горкома Имре Мезе. Их всех повесили на деревьях головой вниз со следами пыток и лицами, обезображенными кислотой.

Бандформирования путчистов в общей сложности насчитывали до 50 тыс. человек, из которых более половины составляли «хортисты». Сегодня в либеральной прессе их именуют «студентами и рабочими». Однако, судя по спискам убитых, студентов среди них было не так уж много. То, что «хортисты» составляли костяк отрядов, вынуждены были сквозь зубы признать и современные венгерские историки. Так, обороной города Печ, центра урановой промышленности, созданной в Венгрии при содействии и на деньги Советского Союза, командовал майор Чорги — хортистский офицер, воевавший на Восточном фронте, в распоряжении которого находились более 2 тыс. боевиков. Город Мишкольц также защищали хортисты и переброшенные сюда из Западной Германии эмигранты, прошедшие подготовку в «Организации Гелена».

С 25 октября в Венгрию активно завозилось оружие, а для доставки использовались грузы Красного Креста. В частности, 26 октября с территории Австрии прибыл груз, который содержал оружие и боеприпасы. В тот же день сотрудники сомбатхейского управления полиции в грузовике с опознавательными знаками Красного Креста обнаружили немецкие штурмовые винтовки МП-44, американские пистолеты-пулемёты «Томпсон» и патроны к ним.

Тем временем обстановка стремительно накалялась. Сказывались отсутствие у советского руководства продуманной тактики совместных действий с союзниками по Варшавскому Договору, учёта специфики народных традиций, многочисленные искривления в политическом курсе высшего венгерского руководства.

1 ноября правительство Надя приняло решение о выходе Венгрии из Варшавского Договора и вручило соответствующую ноту Посольству СССР. Одновременно Венгрия обратилась в ООН с просьбой о помощи в защите «суверенитета». В этих условиях, ввиду явной угрозы западной интервенции, страны социалистического содружества, в том числе Польша, Югославия и Китай, которые поначалу приветствовали венгерские события, сошлись во мнении, что порядок в Венгрии можно спасти лишь путем вооруженного вмешательства.

Рано утром 4 ноября начался ввод в Венгрию новых советских воинских частей под общим командованием Маршала Советского Союза Георгия Константиновича Жукова. В Будапеште для захвата мостов через Дунай, горы Геллерт, Будайской крепости, зданий парламента, министерства обороны, полиции, вокзалов, штаба сопротивления в кинотеатре «Корвин», радиостанции «Кошут» были созданы специальные штурмовые группы и отряды. Им были приданы 150 десантников на бронетранспортерах, усиленные 10–12 танками. В этих отрядах находились ответственные работники советских органов госбезопасности: начальник 1‑го управления Главного управления пограничных и внутренних войск Герой Советского Союза генерал-майор Кузьма Евдокимович Гребенник, назначенный позднее военным комендантом Будапешта, заместитель начальника 3‑го Главного управления (военная контрразведка) КГБ при СМ СССР генерал-майор Павел Иванович Зырянов, начальник Управления «С» (нелегальная разведка), заместитель начальника ПГУ КГБ при СМ СССР генерал-майор Александр Михайлович Коротков. Им предстояло организовать захват и арест членов правительства Надя и руководителей мятежа.

В центре города советские войска встретили упорное сопротивление мятежников. Им пришлось применять огнемётное оружие, зажигательные и дымовые снаряды. Были значительно усилены штурмовые группы. Опасаясь многочисленных жертв среди мирного населения Будапешта, советское командование отменило воздушную бомбардировку города, развернув уже в воздухе самолёты Ту-4.

На остальной части Венгрии успешно действовали подразделения 8‑й механизированной и 38‑й общевойсковой армий. Завладев городами Сольнок, Дьер, Дебрецен, Мишкольц, они разоружили пять венгерских дивизий и пять отдельных полков (более 25 тыс. военнослужащих) и захватили всю венгерскую авиацию на аэродромах.

Всего за четверо суток советские войска смогли разгромить и рассеять почти пятидесятитысячную армию мятежников, взять под контроль все основные города и объекты, уничтожив при этом 2 тыс. 652 мятежника. Потери советской стороны составили 669 человек убитыми, 51 пропавшими без вести и 1251 ранеными.

Посольство СССР, охраняемое советскими танками и подразделением десантников, превратилось в важный центр власти в Будапеште, в разных частях которого шли ожесточенные бои. Начальник 7‑го управления КГБ СССР генерал-лейтенант Алексей Дмитриевич Бесчастнов рассказывал, что когда в ноябре 1956 года он пришел на доклад к Андропову и сел напротив, то тут же раздался звон разбитого стекла и два удара в стенку. Оказалось, стрелял снайпер. Позицию он выбрал на чердаке дома напротив посольства, но — оба раза промахнулся: пули ушли выше от цели на пять сантиметров.

Андропов видел не на фотографиях, а своими глазами повешенных на деревьях и телеграфных столбах коммунистов и работников органов госбезопасности Венгрии. Видел тела изувеченных людей, валявшихся на мостовой, подвергавшихся надругательствам и глумлению. Свидетелями жестоких казней стали его жена и сын. Есть версия, что сын Андропова Игорь был похищен мятежниками и освобожден бойцами спецназа под командованием Гейдара Алиева. Венгерские события сильно повлияли как на самого Андропова, так и на членов его семьи: супруга Татьяна Филипповна