Элиезер Юдковский - Гарри Поттер и методы рационального мышления

– Если у вас нет другого объяснения для собранных мною данных, то вам придётся опубликовать мою статью, доктор Малфой.

Последней каплей стала насмешка на лице доктора Поттера.

– Ах так? – рявкнул доктор Малфой. – А с чего вы решили, что магия не исчезает сама по себе?

Время остановилось.

Драко и Гарри Поттер обменялись взглядами, полными потрясения и ужаса.

Затем Гарри Поттер выпалил какое-то, вероятно, очень плохое слово для воспитанного маглами.

– Я не подумал об этом! – воскликнул он. – А должен был! Магия уходит. Чёрт, чёрт, чёрт!

Тревога Гарри Поттера оказалась заразительной. Драко машинально полез в карман мантии и стиснул волшебную палочку. Он-то думал, что дом Малфоев в безопасности. Раз они роднились только с семьями, которые могли проследить свою родословную хотя бы на четыре поколения назад, то им ничего не грозило. Раньше ему не приходило в голову, что этого может быть недостаточно, чтобы предотвратить конец магии.

– Гарри, что нам делать? – в панике Драко чуть ли не кричал. – Что нам делать?!

– Дай мне подумать!

Через несколько мгновений Гарри схватил с ближайшего стола те же перо и пергамент, которые он использовал для изображения статьи, и начал что-то быстро писать.

– Мы разберёмся, – непроницаемым голосом сказал Гарри. – Если магия исчезает из мира, мы установим, как быстро она исчезает и как много времени у нас осталось, чтобы что-нибудь сделать. А затем мы выясним, почему она исчезает, и тогда сделаем что-нибудь по этому поводу. Драко, силы волшебников уменьшаются с постоянной скоростью или внезапными скачками?

– Я… Я не знаю…

– Ты говорил мне, что никто не сравнится с четырьмя основателями Хогвартса. Поэтому это происходит уже как минимум восемь веков, так? Не слышал ли ты о проблемах, которые внезапно начались пятьсот лет назад, или о чём-то в этом духе?

Драко попытался заставить метавшийся в панике мозг работать.

– Мне всегда говорили, что никто не был настолько искусен, как Мерлин, а после этого никто не был так хорош, как основатели Хогвартса.

– Хорошо, – сказал Гарри, продолжая писать. – Потому что около трёх столетий назад маглы начали сомневаться в существовании магии, и я думал, что это может быть как-то связано. А примерно сто пятьдесят лет назад маглы дошли до технологий такого уровня, что они перестают работать в присутствии магии, и я подумал, не может ли это работать и в обратном направлении.

Драко вылетел из кресла в таком гневе, что с трудом выговаривал слова:

— Так это маглы!…

– Проклятье! – прорычал Гарри. – Ты хотя бы себя слышишь? Это началось как минимум восемь веков назад, а маглы в то время ничем интересным не занимались! Мы должны выяснить настоящую причину! Маглы могут иметь отношение к исчезновению магии, но могут и не иметь – если в этом случае ты свалишь всю вину на них и это помешает нам выяснить, что на самом деле происходит, однажды утром ты проснёшься и обнаружишь, что твоя палочка стала обычной деревяшкой.

У Драко перехватило дыхание. Его отец часто в своих речах произносил «волшебные палочки сломаются в наших руках», но Драко никогда по-настоящему не задумывался, что же это на самом деле означает, в конце концов, с ним-то это не должно было случиться. А теперь внезапно подобная перспектива показалась очень реальной. Обычной деревяшкой! Драко несложно было себе это представить: он достаёт палочку, пытается сотворить заклинание – и обнаруживает, что ничего не выходит. И такое может случиться буквально с каждым.

Больше не будет волшебников, не будет магии, никогда. Будут лишь маглы, у которых останется несколько легенд о величии предков. Некоторых из этих маглов будут звать Малфоями, и больше от их имени не останется ничего.

Впервые в жизни Драко осознал, почему существуют Пожиратели Смерти.

Он всегда считал само собой разумеющимся, что, когда вырастет, он станет Пожирателем Смерти. Теперь Драко понял, почему отец и его друзья клялись отдать жизнь, лишь бы предотвратить кошмар, который может произойти. Бывают случаи, когда ты не можешь просто стоять в стороне и наблюдать. Но что если это произойдет всё равно, что если все жертвы, все друзья, которых они потеряли в борьбе с Дамблдором, целые семьи, которые они потеряли, что если всё это было напрасно…

– Магия не может исчезать, – сказал Драко. Его голос срывался. – Это было бы несправедливо!

Гарри прекратил писать и сердито посмотрел на него.

– Твой отец никогда не говорил тебе, что жизнь несправедлива?

Отец говорил так каждый раз, когда Драко использовал это слово.

– Но, но это слишком ужасно, чтобы быть правдой…

– Драко, позволь мне тебя кое с чем познакомить. Я называю это Литанией Тарского. Её перефразируют под конкретное применение. В нашем случае она будет звучать примерно так: «Если магия уходит из мира, я хочу верить, что магия уходит из мира. Если магия не уходит из мира, я хочу верить, что магия не уходит из мира. Я не буду цепляться за веру, которой не хочу». Если мы живём в мире, из которого магия уходит, в это нам и следует верить, чтобы знать, чтобы предотвратить, чтобы, при наихудшем стечении обстоятельств, подготовиться и сделать всё возможное за оставшееся нам время. Неверием мы не помешаем катастрофе. Так что единственный вопрос, который должен нас занимать, это «Уходит ли магия на самом деле?», и если таков мир, в котором мы живём, тогда в это мы и хотим верить. Литания Джендлина: «Правда не перестаёт быть правдой. Признание не сделает её хуже». Понял, Драко? Я хочу, чтобы потом ты выучил их наизусть. И ты будешь повторять эти слова всякий раз, когда у тебя появится искушение поверить в то, что правдой не является. Впрочем, скажи это прямо сейчас. Повторяй за мной: «Правда не перестаёт быть правдой. Признание не сделает её хуже». Давай.

– Правда не перестаёт быть правдой, – дрожащим голосом отозвался Драко. – Признание не сделает её хуже.

– Если магия уходит из мира, я хочу верить, что магия уходит из мира. Если магия не уходит из мира, я хочу верить, что магия не уходит из мира. Повтори.

Драко с каким-то нехорошим предчувствием повторил эти слова.

– Хорошо, – сказал Гарри. – Помни: возможно, это не так, и тогда ты не должен в это верить. Сперва мы хотим узнать, что в действительности происходит, в каком мире мы живём.

Гарри вернулся к своей работе, быстро написал что-то ещё, после чего повернул пергамент так, чтобы Драко мог прочесть, что на нем написано. Драко склонился над столом. Гарри поднес светящуюся зелёную сферу поближе.

Наблюдение:

Маги не так могущественны, как во времена основания Хогвартса.

Гипотезы:

1. Магия уходит из мира сама по себе.

2. Волшебники смешиваются с маглами и сквибами.

3. Знания о могущественных заклинаниях утрачены.

4. Волшебники в детстве неправильно питаются, или ещё что-то, не связанное с кровью, мешает им вырастать сильными.

5. Технологии маглов влияют на магию. (Уже 800 лет?)

6. У могущественных волшебников рождается меньше детей. (Драко = единственный ребёнок? Проверить наличие детей у трёх сильных магов – Квиррелла / Дамблдора / Тёмного Лорда.)

Эксперименты:

– Хорошо, – Гарри теперь дышал немного спокойнее. – Когда нужно исследовать совершенно непонятное явление, разумнее всего провести несколько очень простых экспериментов, которые можно сделать сразу же. Нам нужны какие-нибудь лёгкие проверочные вопросы, позволяющие сделать выбор в пользу одной из гипотез. Наблюдения, которые позволят нам выделить одну из них.

Драко, остолбенев, уставился в список. Внезапно он понял, что знает множество чистокровных магов, у которых только один ребёнок. Он сам, Винсент, Грегори, да практически все. Двумя самыми могущественными магами по общему мнению были Дамблдор и Тёмный Лорд, и ни один из них не имел детей, как и предположил Гарри…

– Довольно трудно будет разделить номера 2 и 6, – сказал Гарри. – В обоих случаях речь идёт о крови – придётся составлять график угасания волшебства по времени, выяснять, есть ли в нём связь с числом детей у различных групп магов, измерять способности маглорождённых и сравнивать их со способностями чистокровных магов… – пальцы Гарри нервно барабанили по столу. – Давай пока что просто объединим пункты 6 и 2 и назовём их «гипотезой крови». Пункт 4 маловероятен – все бы заметили внезапное ослабление магии после перехода волшебников на новый рацион. И предположить, что его изменение происходило с одинаковой скоростью на протяжении 800 лет, тоже получается с трудом. Пункт 5 маловероятен по той же причине – угасание происходит постепенно, а технологический прорыв у маглов произошёл сравнительно недавно. Четвёртый пункт похож на второй, а пятый похож на первый. Так что главное, чтобы наш эксперимент выдавал различные результаты для гипотез 1, 2 и 3. – Гарри повернул листок к себе, обвёл эти цифры и повернул лист обратно. – Магия угасает, кровь слабеет, знание исчезает. Какой эксперимент позволит нам получить три разных результата и укажет на верность одной из гипотез? И что мы должны увидеть, чтобы понять, что все три теории ошибочны?