Элиезер Юдковский - Гарри Поттер и методы рационального мышления

Минерва и Альбус переглянулись и пожали плечами. Затем Альбус опять углубился в изучение пергамента.

Прошло всего несколько минут, и Северус выскочил из камина обратно, смахивая с себя остатки пепла.

– Что ж, – лицо профессора зельеварения опять ничего не выражало, – боюсь, у мистера Поттера действительно был мотив.

– Говорите! – велел Альбус.

– Лесат Лестрейндж, когда я нашёл его, делал уроки в гостиной Слизерина, – произнёс Северус. – Он не пытался избегать моего взгляда. И, судя по всему, мистеру Лестрейнджу не нравится думать о том, что его родители томятся в холоде и мраке Азкабана, что дементоры высасывают из них жизнь, и что их мучения не прекращаются ни на день, ни на секунду. Всё это он очень многословно описал мистеру Поттеру и умолял его спасти их. Поскольку, понимаете ли, мистер Лестрейндж слышал, что Мальчик-Который-Выжил может сделать всё, что угодно.

Минерва и Альбус опять переглянулись.

– Северус, – сказала Минерва, – я уверена… даже у Гарри… хватит здравого смысла, чтобы…

Её голос оборвался.

– Мистер Поттер считает, что он – Бог, – бесстрастно произнёс Северус, – а Лесат Лестрейндж пал перед ним на колени и вознёс молитву от всего сердца.

Минерва смотрела на Северуса, чувствуя подступающую тошноту. Она изучала магловские религии – именно из-за них родителям маглорождённых приходилось изменять память чаще всего – и она знала достаточно, чтобы понять сказанное Северусом.

– Как бы то ни было, – продолжил профессор зельеварения, – я заглянул в мистера Лестрейнджа, чтобы посмотреть, знает ли он что-нибудь о побеге своей матери. Он ничего не слышал. Но как только он о нём узнает, он решит, что именно Гарри Поттер этот побег устроил.

– Понятно, – медленно произнес Альбус. – Спасибо, Северус. Это хорошие новости.

– Хорошие новости? – воскликнула Минерва.

Альбус посмотрел на неё. Его лицо теперь было таким же бесстрастным, как у Северуса. Она потрясённо вспомнила, что его собственный…

– Я не могу вообразить лучшей причины, по которой кто-то мог вытащить Беллатрису из Азкабана, – тихо ответил Альбус. – А если это не Гарри – позвольте напомнить – тогда это определённо Волдеморт, который сделал свой первый шаг. Но давайте не будем торопиться с выводами. Пока мы слишком многого не знаем. Но скоро узнаем.

Альбус опять встал из-за стола, прошёл к камину, в котором до сих пор горел огонь, бросил туда ещё одну щепотку зелёного порошка и сунул голову в пламя.

– Департамент магического правопорядка, – произнёс он. – Кабинет директора.

Спустя секунду раздался отчётливый и резкий голос мадам Боунс:

– В чём дело, Альбус? Я немного занята.

– Амелия, умоляю вас поделиться информацией, которую вам удалось получить по этому делу.

– О, – в пламени после небольшой паузы раздался холодный голос мадам Боунс, – а обмен будет взаимным, Альбус?

– Может быть, – спокойно ответил старый волшебник.

– Если хотя бы один аврор умрёт из-за твоей скрытности, старый пройдоха, ты за это ответишь в полной мере.

– Я понимаю, Амелия, – сказал Альбус, – но у меня нет желания сеять беспочвенные тревогу и недоверие…

– Беллатриса Блэк сбежала из Азкабана! Какие тревогу и недоверие я, по-вашему, сейчас могу посчитать беспочвенными?

– Возможно, я попрошу вас вспомнить эти слова, – сказал старый волшебник в зелёное пламя. – Ибо если я узнаю, что мои страхи не беспочвенны, я скажу вам. А теперь, Амелия, прошу вас, если вы узнали хоть что-нибудь, пожалуйста, поделитесь с нами.

Последовала ещё одна пауза, а затем голос мадам Боунс произнёс:

– У меня есть информация, которую я получила четыре часа вперёд. Вы всё равно хотите знать?

Альбус помедлил…

(Минерва поняла, что он оценивает вероятность того, что ему потребуется отправиться в прошлое больше чем на два часа назад, считая от этого времени. Поскольку нельзя передавать информацию во времени дальше, чем на шесть часов назад, даже по цепочке Маховиков.)

…и наконец ответил:

– Да, будьте любезны.

– Нам повезло. Одна из авроров, наблюдавших побег, оказалась маглорождённой, и она сказала, что заклинание Огненного Полёта – мы так назвали это явление – может быть вовсе не заклинанием, а магловским артефактом.

Минерву будто ударили поддых, и тошнота усилилась. Любой, кто видел битвы Легиона Хаоса, догадался бы, чья это работа…

Мадам Боунс продолжила:

– Мы попросили о помощи Артура Уизли из Отдела неправомерного использования магловских артефактов – он знает о них больше, чем любой другой волшебник – и дали ему описание произошедшего со слов авроров. Он понял, что это было. Это магловский артефакт, называемый «рехета», и его так назвали потому, что нужно совсем рехнуться, чтобы на нём летать. Всего шесть лет назад одна такая рехета взорвалась, убив сотни маглов и чуть не устроив пожар на Луне. Уизли сообщил, что рехеты используют особую науку, называемую противодействием, и мы планируем создать заклинание, которое заблокирует действие этой науки вблизи Азкабана.

– Спасибо, Амелия, – мрачно отозвался Альбус. – Это всё?

– Я проверю, есть ли у нас какие-нибудь новости с шести часов вперёд, – послышался голос мадам Боунс. – Если что-то будет, я прикажу передать вам напрямую, минуя меня. А вы мне ничего не хотите рассказать, Альбус? К какому из тех двух вариантов вы склоняетесь?

– Пока нет, Амелия, – ответил Альбус, – но, возможно, скоро мне будет, что вам сообщить.

Он отодвинулся от огня, и тот превратился в обычное жёлтое пламя. Каждая минута многолетней жизни старого волшебника, каждая естественная секунда со дня его рождения и каждая секунда, добавленная Маховиками времени, – всё это, и ещё несколько десятилетий, прибавленных переживаниями, отразились на его морщинистом лице.

– Северус? – спросил старый волшебник. – Что это было на самом деле?

– Ракета, – ответил профессор зельеварения – полукровка, выросший в магловском городе, в тупике Прядильщиков. – Одна из наиболее впечатляющих магловских технологий.

– Насколько вероятно, что Гарри знает о таком искусстве?

Северус протянул:

– О, мальчики вроде мистера Поттера знают о ракетах всё. Это, дорогая Минерва, несомненный факт. Вы должны помнить, что в магловском мире всё иначе, – Северус нахмурился. – Но ракеты опасны и дороги…

– Гарри украл и спрятал неизвестную сумму денег из своего хранилища в Гринготтсе, возможно, тысячи галлеонов, – сказал директор и затем пояснил, увидев их удивлённые взгляды.– Я не планировал ничего подобного, я просто совершил ошибку, отправив профессора Защиты присматривать за Гарри, когда тот пошёл снимать пять галлеонов на рождественские подарки… – Директор пожал плечами. – Да, согласен, теперь понятно, что это была полнейшая глупость. Давайте продолжим.

Минерва тихо стукнула головой о подголовник кресла. Несколько раз.

– И тем не менее, директор, – произнёс Северус, – мы не можем считать, что ему о них неизвестно, лишь потому, что Пожиратели Смерти никогда не использовали магловские артефакты в первой войне. Во время войны с Гриндевальдом на Британию падали ракеты. Если, как вы нам говорили, он провёл те годы в магловском приюте… то он тоже должен был о них слышать. А если до него дошли слухи, что мистер Поттер во время учебных боёв использует магловские артефакты, то он непременно постарался бы изучить, какими силами владеет его враг, взять их на вооружение и научиться использовать ещё лучше. Именно так он мыслит. Любая сила, попавшая в поле его зрения, должна служить ему.

Старый волшебник стоял совершенно неподвижно, даже волоски его бороды замерли, как комок проволоки, и Минерве пришла в голову мысль, возможно, самая страшная мысль из всех в её жизни, что Альбус Дамблдор замер на месте от ужаса.

– Северус, – произнёс надтреснутым голос директор, – вы понимаете, что говорите? Если Гарри Поттер и Волдеморт начнут воевать магловским оружием, сгорит весь мир!

– Что? – удивилась Минерва. Конечно, она слышала о пушках, но они не были настолько опасны для опытной ведьмы…

Северус продолжил, как будто её не было в комнате.

– Тогда, возможно, он целенаправленно посылает сообщение для Гарри Поттера. Возможно, он хочет сказать, что любое нападение с помощью магловского оружия встретит ответный удар того же рода. Прикажите мистеру Поттеру прекратить использование магловских технологий в учебных битвах, это покажет ему, что сообщение получено… и он больше не сможет заимствовать идеи, – Северус нахмурился. – Хотя, если задуматься, то и мистеру Малфою… и, конечно, мисс Грейнджер… пожалуй, полный запрет на технологии будет более мудрым решением…

Старый волшебник прижал обе ладони ко лбу и дрожащим голосом сказал: