Подземный флот маркшейдера Вольфа - Сергей Анатольевич Смирнов

"Странно", - подумал Кит, сам удивляясь папиной невозмутимости.

Вот и папа только пару раз за время рассказа проронил слово "странно" - и всё.

И Кит начал подозревать, что для папы странно что-то совсем другое, а вовсе не удивительные приключения его отпрыска.

Еще по дороге папа позвонил маме и спросил, как у нее дела. Всем на радость оказалось, что дела в норме и мама готовит ужин.

Быстро темнело...

И только когда они уже выехали на финишную прямую, на родной и знакомый проспект Мира, папу вдруг прорвало.

- С ума можно сойти! - потряс головой папа. - У меня есть портрет молодой Екатерины Второй, нарисованный с натуры. Да еще с ее автографом!.. Никто никогда не поверит!

- "Никто"... - хмыкнул Кит, страшно разочарованный тем, что вовсе не грандиозные события произвели на папу впечатление, а какой-то листочек бумажки с портретом смазливой старинной девчонки. - "Никто" - это мелочи. Вот мама - это да!

Он невольно достал из кармана платок и провел им по верхней губе, под носом.

Папин глаз художника сразу уловил диковину:

- Это у тебя что?

Только сейчас Кит посмотрел... и вспомнил "что". Он держал в руке не свой вечно скомканный клетчатый платочек, а роскошный девчачий кружевной, ослепительно белый... если не считать темно-красных пятен...

- Дай-ка! - вдруг резко потребовал папаня.

Кит обалдел от такого приказа и отдал.

Папа повертел кружавчики, глубоко вздохнул и покачал головой.

- Да, сына... Ты меня переплюнул. Личный платочек Софии Фредерики Августы Ангальт-Цербстской с ее личными инициалами, вышитыми золотой нитью, и с пятнами твоей личной крови. За это, что ли, орден обещан?

- Типа того, - неохотно кивнул Кит.

- Такую реликвию внукам передавать... - снова вздохнул папа. - В придачу с легендой.

- Не поверят, - отрезал не романтично мыслящий Кит.

Папа помолчал.

- Ты бы, Китон, притормозил немного... - вдруг попросил он.

- Чего? - не понял Кит.

- ...а то я тобой гордиться не успеваю, - объяснил папа.

"Это потому что я бояться всего не успеваю...", - подумал в ответ Кит. Но предусмотрительно промолчал.

Когда папа остановил машину во дворе, прямо у подъезда, Кит рванулся было выйти сразу, но папа вдруг остановил его:

- Погоди.

Кит остался... а когда посмотрел сбоку на папу, то не узнал его. Он никогда не видел папу таким сосредоточенным, ушедшим в себя. Невольно Кит затаил дыхание. И не зря.

Папа сидел практически окаменевшим еще секунд десять, а потом глубоко вздохнул, повернулся к Киту и посмотрел на сына... как? Да так, как будто вместе с ним в машине сидел не просто Кит, а настоящий штурман, который должен сказать, куда ехать дальше, потому как впереди вдруг никакой дороги не стало - одни темные дебри.

- А знаешь, что "странно"? - таинственно спросил папа.

- Не... - робко ответил "штурман" Кит.

- А то, что мой отец, то есть твой дед, рассказал мне одну сказку... или легенду... Она передается в нашем роду по наследству, - продолжал папа. - Я все думал, когда ее тебе рассказать. Ты же вроде в маму. Логик, скептик, рационалист... ну и пофигист кстати, а это уже от меня. Ведь на смех отца поднимешь, плюнешь и забудешь. А мне надо было, чтобы ты дальше эту сказку передал... А теперь оказалось, что уже и не нужно передавать. Час настал.

Папа ненадолго замолк и вгляделся в сумеречный осенний двор так напряженно, будто хотел различить в сумраке этот наставший час.

- Похожа эта сказка-легенда на твой рассказ... Только она с противоположным знаком. - Папа снова остро посмотрел на сына, его глаза прямо сверкнули "молыньями". - Врубаешься, Эйнштейн?

- Не-а... - не стал напрягаться Кит, хотя и почуял неладное.

- То-то и оно. - Папа тряхнул головой и шмыгнул носом. - Эта сказка про то, как в начале прошлого века один русский изобретатель создал машину времени и посмотрел, что произойдет в будущем. А там - две мировых войны, а между ними в самой России жуткая революция, еще одна война и репрессии, да и потом в мире всё не слава Богу. И вот решил он тряхнуть матушку Землю, чтобы всем стало не до войн и прочих разборок, а чтобы все объединились. Воевать не друг с другом, а со стихийными бедствиями. И придумал этот безумный гений такое средство: заключить в оболочку горячее ядро Земли вместе с магмой и потрясти ядро, как коктейль... вернее бутылку шампанского... чтобы рвануло, чтобы пробка вылетела... Только не одна, а сразу все пробки, какими заткнуты все вулканы. И он создал для этого дела такую огромную подземную лодку, которая погрузится в недра Земли и сделает оболочку, как паук паутину... Теперь врубаешься?

- Угу, - только и нашел в себе силы угукнуть Кит.

Вся картина мира снова переворачивалась у него в голове, и врубаться дальше ну совсем не хотелось. Да деваться уже было некуда, а папа продолжал.

- Не смахивает ли этот гений на твоего князя Януария Веледницкого, а?.. Мировые войны он остановить не успел, а страшные катаклизмы начались на Земле спустя сто лет. Смекаешь когда?.. Вот-вот. Как раз в наше время. Наводнения, землетрясения, извержения. Сначала мало-помалу... а потом уж мало никому не покажется. Как ты можешь легко догадаться, секрет машины времени был раскрыт вновь, когда на Земле уже творился настоящий ад, вырвавшийся из глубин. И человечество действительно объединилось. Все силы были брошены на строительство подземного флота, которому предстояло не только проникнуть в глубины Земли, но и в глубины времени, чтобы уничтожить корабль безумного гения и ликвидировать сеть, в которую он затянул земное ядро... А значит, и предотвратить грядущие катаклизмы. Как тебе?

В голове Кита становилось горячее, чем в центре Земли, и, похоже, начиналось такое мозготрясение, что вот-вот извилины из ушей полезут.

- Ты погоди дрейфить, Китон, - как-то не слишком бодряще улыбнулся и