Попаданкам не изменяют, дорогой дракон, или Замуж за истинного (СИ) - Ева Кофей

могут даже отдалённо представить себе, что чувствую женщины, подобные Виктории?

— Какую боль он тебе причинил? Он ничего ужасного не сделал.

— Наследник укрепит его положение в системе короны. Нужно не забывать, что у Скайлера уже есть наследник. И пусть его жена погибла при родах, что считается дурным знаком. Пусть у него нет истинной… Рождение наследника, мальчика — это очень важно.

— Драконы живут так долго… Почему нужно так спешить?

— Как же ты глупа… Драконы живут долго, а люди — нет. Они должны видеть, что есть будущее. Они должны быть спокойны. Только тогда будет подчинение и порядок. И потом… что это у тебя на голове?

Она резко запускает длинные холодные пальцы в мои волосы и словно магией заставляет сложную причёску расплестись. Липовые пряди, добавленные для объёма, падают на пол.

Королева смотрит на моё каре с отвращением.

У меня отчего-то начинает дрожать полная нижняя губа. То ли так сильно сама перенервничала, то ли это тело Виктории подводит меня. Но разве же принцесса боялась хоть кого-нибудь? Разве же она боялась королеву?

Глядя в ледяные глаза, я отчего-то могу поверить, что всё именно так.

И вновь удивляюсь — как такая женщина смогла терпеть унижение от своего мужа? Почему она закрывает глаза на поведение своего сына? Дело в том, какой мир? Или какие люди в нём?

Резко холодею, потому что вспоминаю, как Ричард говорил, что не раз и не два спасал своей жене жизнь. Прикрывал её перед короной. О, дорогой, неужели речь шла о твоей милейшей мамочке? А вовсе не о короле или придворных?..

Уже не знаю, надеется ли на это, или опасаться, что вся королевская семья поехавшая и мне на параде сладко уж точно не придётся.

Этот праздник так важен для всех вокруг. Казалось бы, с самого первого моего появления меня будто бы готовили к тому, что будет дальше. Гарольд корпел над нарядами и заражал весь замок истеричным тремором. Сирина едва ли не грохалась в обморок при мысли о том, что она будет рядом со мной на мероприятии такого масштаба. Это даже смогло привести её в чувство и сделать вид, что она не выбегала из моих покоев, хлопнув дверью…

Алиса в первый же день сообщала мне об обычиях и заставляла заучивать имена приблежённых к короне господ.

Поверить не могу, что я всё-таки продержалась все эти дни и дожила до того момента, когда придётся предстать перед королём и королевой Файрэ-Лиры…

Даже для меня волнительно.

Тем более… если мать Ричарда такая, то каким должен быть его отец, чтобы сломить Аквинтию?

Парад королевских особ — традиционный праздник, который длится несколько дней раз в пятнадцать неполных лет. Когда именно — это указывают звёзды.

Они вообще много чего указывают. Апокалипсис, например, тоже. Но никто их не слышит. И я ничего не могу сделать с этим.

Ну да что уж теперь… я буду стараться надеяться на лучшее.

Так вот, парад это великий праздник, который объединяет драконов, великих правителей, обычных людей, которым драконы благоволят и богов, которые в свою очередь благоволят драконам. Так смыкается круг, так снисходит на головы селян благое знамение, что следующие пятнадцать лет будут такими же благодатными, как и предыдущие.

Ближайший члены королевской семьи должны посетить пять священных мест и совершить несколько ритуалов.

И я, конечно же, должна буду находиться среди них.

Не знаю, взяли ли бы они с такой охотой с собой будущую бывшую жену принца. Но теперь, когда я его истинная, у меня и выбора никакого нет.

Даже не король с королевой, а именно мы будем блистать на этом великом празднике в глазах сотен людей.

Я совершенно не против успокоить всех. Положительная установка на будущее в конце концов ещё никому не вредила.

Но Аквинтия… Она пронзает меня таким взглядом, словно ей больно даже сидеть рядом со мной. Что полностью противоречит её словам о том, что я как можно скорее должна стать матерью наследника. И как мне в этом разобраться?

— Что вам не нравится? — я выгибаю бровь. — Моя новая причёска. Мне нравится, когда она носится именно так — свободно. Но я вас уважаю, поэтому позволила вплести чужие пряди в свои волосы и сотворить чудесную причёску. Аккуратную и ничем не выбивающуюся из привычного вам уклада вещей. Так отчего же вы решили её разрушить?

Губы королевы становятся больше похожи на тонкую невзрачную линию. Впрочем, так ей даже гармоничнее.

— Ты думаешь, что сможешь обмануть меня этим? Ты забываешь, с кем говоришь, деточка…

— Нет, это вы забываетесь. По какой-то причине, вы хотите посадить на трон именно Ричарда. И для этого вам нужно, чтобы именно я родила ему ребёнка. А это очень большое дело. Разве же можно… так меня волновать?

Странно, но королева будто бы даже не может воспринять эти слова правильно. Как осторожный, но всё же укол в её сторону. Как изящную словесную игру.

Вместо этого она отвечает просто, даже слишком просто:

— Рожать детей — неужели большая работа? От тебя не требуется многое, не нужно надумывать себе лишнего. Или нужно рассказать, как это делается?

Такая чопорная, казалось бы, женщина, и вправду хочет говорить об этом?

Я киваю.

— Пожалуйста, я уверена, что упустила этот момент и не понимаю его… как следует…

Не один мускул не дрогнул на её безупречном лице. Она даже будто бы с вежливым смирением принялась холодно объяснять, как делаются дети. Если бы кто-то из слуг услышал такое от королевы, он бы наверняка в тот час же грохнулся в обморок. А драконица, наверное, и бровью бы не пошевелила…

— Так вот, после семя твоего мужа закрепляется в тебе и…

— Достаточно, — прошу я даже робко.

Аквинтия окидывает меня придирчивым взглядом.

— Точно всё поняла? А теперь, пожалуйста, объясни мне, зачем ты сделала это со своими волосами?

— Захотелось обновления. У вас бывает такое?

— Нет. От добра добра не ищут… Как тебе выглядеть — это решать не тебе. Виктория, ты должна быть прекрасно об этом осведомлена. Что бы сказала на это главная фаворитка короля? О чём бы шептался двор? А простые люди? Ты совершенно не осознаёшь свою ответственность перед ними…

Мне в какой-то момент начинает казаться, что меня пытаются свести с ума.

— Я правда не думаю, при всём уважении, Ваше Величество, что людей будет волновать моя причёска. А если