Исчезновение атомохода - Александр Зубенко

вихрями закручивались в спирали от бешено вращающихся несущих винтов, создавая иллюзию циклопической воронки. Мощный корпус вертолёта «Ми-6», казалось, вспарывал собой пространство, разделяя его на две части. В кабине пилотов было душно, а снаружи на иллюминаторах выступили испарения мёрзлого конденсата. Солнце хоть и било нестерпимо в глаза, но абсолютно не грело. За бортом было ощутимо холодно. Характерная для этой местности погода отчего-то с самого утра совершенно изменилась, повернув циклоны вспять, будто ими руководила какая-то невидимая гигантская рука.

- Ты что-нибудь понимаешь? – спросил Илья второго пилота Сергея. Тот поправил ларингофон, убедился, что наушники скрывают грохот винтов и пожал плечами:

- Сам знаешь, как нас внезапно вызвали на облёт этого квадрата. Кто-то там, в Гидрометцентре, будто бы усмотрел в движении циклонов некую хаотичность, совсем не свойственную данному региону. Затрудняюсь даже ответить, что именно мы сейчас наблюдаем. Костя-радист получил по рации указание из Тикси, что мы должны направить нашу машину в район котловины Амундсена.

- А что там?

- Туда, в эпицентр, якобы движутся все циклоны, словно всасываемые гигантским пылесосом, - Сергей хохотнул. – Наши синоптики рвут и мечут. Такого прежде с погодой никогда не случалось. Подумать только, - он постучал костяшками пальцев по прибору определения высоты, - сразу три соседних циклона, вместо того, чтобы находиться в положенных им местах, вдруг внезапно, как по команде меняют направление, и едва ли не под прямыми углами уходят в сторону котловины Амундсена. Как тебе такое?

- Это синоптики обнаружили?

- Да. Сейсмическая станция со вчерашнего утра только и трубит о каких-то внезапных циклонах, изменивших направление буквально в одну минуту. Крутились себе в спиралях, вращались, как положено, и тут на тебе – бац! – Сергей прищёлкнул пальцами. – Сразу ушли все три в одном направлении. Чувствуешь, как нестерпимо бьёт солнце в глаза? А ведь сегодня по недельному прогнозу должно быть облачно и дождливо, вместе с мокрым снегом. О чём это говорит?

- Что здесь нет циклона.

- Точно! Ушёл к котловине в компании своих «собратьев» в кавычках. Первый циклон, как и положено, располагался над хребтом Бырранга на Таймыре. Второй над Норильском, и третий – наш – как раз над Тикси, откуда мы вылетели. Но это располагались. Иными словами, до вчерашнего утра. И тут вдруг, как сказал один из сейсмологов, внезапно собрались в кучу, устремившись всей благочестивой компанией к котловине Амундсена.

- То есть, они все трое, как приятели, собравшись в группу, прошли над Новосибирскими островами и ушли в открытое море?

- Точнее, в Северно-Ледовитый океан. Вот и верь после этого нашим учёным. Нагородят с три короба, а нам расхлёбывать. Скажи мне на милость, командир, за каким хреном мы летим к чёрту на кулички, чтобы только проверить, будут там циклоны или нет? У них что, у этих учёных, своих зондов не хватает? Запустили бы в стратосферу пару десятков приборов со всякими датчиками, и дело с концом.

- Ну-у, - протянул Илья, - здесь как раз всё закономерно. Если всполошилась не на шутку вся природа над Арктикой, то всполошился и Гидрометцентр. А всполошились синоптики – нам сразу на вылет. Мы ведь числимся в Северной дислокации региона моря Лаптевых. Верно?

- Верно-то оно верно, - нехотя откликнулся по микрофону Сергей. – Но к каким чертям собачьим нас сейчас несёт, вот в чём вопрос. Я ещё с утра заметил нестабильность в погоде. Если нет циклона, то каким образом он умудрился примкнуть к двум другим, словно ими кто-то руководит. Не приходила такая мысль? Как могут атмосферные вихри громадной площади одним махом менять направление почти под прямым углом? Природа-матушка на такое не способна. Это ж тебе не грузовик или трактор: нажал на педаль – и развернулся. А тут, выходит, целые атмосферные климатические образования воздушных масс изменили направление, причём по своей прихоти: куда захотели – туда повернули. Вот это и сбивает с толку.

- Костя! – позвал Илья в ларингофон, обернувшись через плечо. – Слышишь наш разговор?

- Слышу, командир.

- Ещё были какие-нибудь радиограммы?

- Нет.

- То есть? – удивился тот. – За целый час ни одного указания? Тогда действительно, какого беса мы летим к этой котловине, если о нас попросту забыли. Вот черти, чтоб их в душу мать, этих горе-учёных! – выругался он. – Вылетайте немедленно! Вылетели. Направляйтесь мимо Новосибирского архипелага! Направились. Подлетайте к котловине Амундсена! Подлетели. А дальше что? Нас попросту игнорируют в эфире, так выходит?

- Не так, - ответил радист. – Связь утеряна ещё полчаса назад.

- Как утеряна?

- Просто. Мы не слышим - нас не слышат.

- И ты молчал всё время? Почему не доложил?

- Проверял. Настраивал. Думал сбой какой-то. Теперь вот докладываю.

- Час от часу не легче. В каких координатах утрачена связь?

- Когда миновали под собой Новосибирский архипелаг.

- И что?

- Сплошное молчание в эфире. Вызывал, настраивал, посылал даже сигнал бедствия по протоколу. Пустота. Ноль в квадрате. Полное безмолвие.

- А как с другими станциями?

- Никого. Абсолютный вакуум. Приёмники словно умолкли навсегда. Сразу, в один миг, одновременно.

- Ты засёк квадрат?

- Так точно.

- Аномалия какая-то, - вклинился в разговор Сергей. Константин только хмыкнул:

- Я вам больше скажу. Уже полчаса я не могу настроить вектор радиоантенны. Мало того, что не ловит ни одного позывного нашей Северной дислокации, так ещё не ловится ни одна гражданская волна.

- Это как? Поясни.

- Любая радиопередача в эфире, транслируемая в пределах радиостанций Мурманска, Тикси или Новосибирских островов, должна улавливаться нашим пеленгатором. Скажем, политические новости или концерт какой-нибудь. Сводка погоды та же.

- И что?

- И ничего. Даже обычную музыку не могу поймать. Ту, которую слушают в любом автомобиле, если он оснащён обыкновенным радиоприёмником.

Наступила зловещая пауза. Что-то не нравилось Илье в этом сплошном молчании эфира. Что-то гнетущее и утраченное закралось в душу, оставляя неприятный тревожный осадок. Грохот винтов за бортом по-прежнему рассекал воздушные потоки на две части. Небо, теперь уже хмурое и свинцовое, расступалось перед могучей машиной, деля пространство надвое.

- А вот и первый наш «братец» в кавычках! – передал Сергей. – Заметили, как внезапно исчезло солнце в тучах? Этот циклон, очевидно, тот, что был над Норильском.

- Ты им имена ещё дай. Откуда такая уверенность, что именно он?

- Наугад сказал.

- Послушать тебя, так они расположились в ряд,