Архимаг, который живет в подвале. Том 1. Том 2 (СИ) - Оро Призывающий

Угу, угу. Просто они тут тебя кормят, поят и обихаживают, да и вообще приятнее сидеть в подвале в окружении красивых девочек, а не в гордом пыльном одиночестве, вот и весь секрет.

Впрочем, причины доброты Октября волнуют меня в последнюю очередь; я шумно выдохнул. Итак, что мы имеем?

Плюсы: дед жив, Цитадель Деменции всё ещё работает, не давая ему покинуть подвал, а Система потихоньку приходит в себя.

Минусы: в подвале полно посторонних, которых не очень хочется выгонять. И, что куда важнее, Тёмные знают о подвале. Хоть и не смогли в него проникнуть — тоже плюс.

Поднявшись с кресла, я махнул рукой.

— Да и чёрт с ним, собственно, — заключил я. — Просто приведи подвал в порядок в ближайшие пару дней. Выкинь весь этот мусор и всё такое.

— И с чего мне это делать? — в голосе Октября звучало ехидство. — Ты запер меня здесь, парень, но я устроился тут сам. Исчезнешь снова — я плакать не буду.

Замерев на месте, я развернулся к старику лицом.

— Помнится, мы это уже проходили, дед, — проговорил я. — Оздоровительная порка, помнишь?

— Тогда с тобой был Архимаг, — парировал Октябрь. — Без него ты бы продул всухую.

— С чего ты взял, что он и сейчас не со мной?

— Тогда ты сразу привёл бы его сюда, — кивнул дед. — Я ведь прав.

Я оглянулся; взгляд упал на заваленный всевозможным мусором стол. Поугрожать ему, что ли, теми маникюрными ножничками, которые вертела в руках Элиза?..

Да ну. Это же просто смешно.

Все вокруг молчали, глядя на нас двоих и ожидая, чем закончится этот разговор. Даже в дверях смежной комнатки возникла заспанная тётя Зина.

—…ладно, — произнёс я. — Но я всё ещё могу выставить тебя отсюда. Просто призвать где-нибудь в другой части города — и не пустить обратно.

— Что? — старик рассмеялся мне в лицо. — Ты угрожаешь мне… свободой?

— Можно и так сказать, — я улыбался в ответ. — Но, видишь ли… свобода бывает не такой, какой её себе представляешь.

Старик уставился на меня с видом «ну давай, удиви меня».

— Твой клан мёртв, — сообщил я. — Твоя «любимая» внучка-разочарование попущена и пролюбила всё, что только могла.

Строго говоря, я не знал наверняка ни того, ни другого — да, три месяца назад Снежана Зимина представляла из себя жалкое зрелище, но мало ли, что ещё могло измениться за это время!

Но фокус в том, что старик тоже этого не знает.

— Если я вышвырну тебя отсюда, ты не станешь главой Зиминых, — продолжал я. — Ты станешь… ну, не знаю. Старым бомжом на улицах полуразложившегося города. Власть принадлежит корпоратам и Больжедору. Шахты? Шахты под корпами, а значит, у тебя нет главного рычага давления. Нет людей. Нет дома. Нет даже еды… И, конечно, нет компании вокруг, — я обвёл рукой помещение. — Как тебе такая свобода, старик?

В помещении повисло молчание. У Октября в голове явно ворочались шестерёнки. Да уж, непросто осознать такое, когда ты всё ещё помнишь, кем был долгие годы. Но в моём блефе слишком много правды, и он должен это понимать.

—…ладно, — заключил Октябрь. — В конце концов, для того, чтобы устроить тут небольшую уборку, мне даже особо ничего делать не придётся. Вы же мне поможете, так, девочки?

Я пожал плечами.

— Мне всё равно, как именно ты это сделаешь. Главное — результат. Совсем скоро мне понадобится и этот подвал…

Я хмыкнул, сделав паузу.

— И ты.

[ Вы выдали своему деду задание, ] — сообщила Система.

Хех. Квест — генеральная уборка. Ну что ж, квесты разные нужны, квесты разные важны. Да и в конце концов… пусть старик привыкает к мысли, что я вернулся и снова главный. А то — почему ты не сдох, почему ты не сдох…

Развернувшись, я махнул рукой.

— Эрика, Эльза. Идём.

Здесь разобрались; теперь заглянем и к Тёмным в библиотеку.

Посмотрим, чем ещё я располагаю для войны с Робленом и Вивианной. А также всеми остальными.

* * *

Автор завёл себе телеграм-канал и теперь будет настоятельно просить вас на него подписаться в каждой главе. https://t. me/oroshitpost

Глава 19

—…как же хорошо, что вы вернулись, глава! — выдохнул Револьд Кир, трогательно промокая морщинистую лысину платочком.

Он покачал головой.

— Мерзавка Вивианна со своим гадёнышем-присным порочит доблестное имя Тёмных. Люди начинают думать, что суть Тёмных в бесконечном разврате, как будто ничем другим мы не занимались вовсе. Как они ошибаются, глава!

Я лишь махнул рукой, не особо вслушиваясь в его болтовню. Старик нёс это вот уже десять минут, с тех самых пор, как мы появились в академической библиотеке. Кажется, дедушку Револьда, уже почти потерявшего надежду на реванш, пробило на эмоции при виде меня, вот он и перечислял все те дела, которыми были славны Тёмные в прошлом.

—…мы вырывали кадыки своим врагам, заставляя их жалеть о том, что они перешли нам дорогу! Если бы кто-то рассказал мне о том, до чего бы опустимся, я бы лично освежевал его, не поверив в такую гнусную ложь… Но теперь это реальность, ох, глава!

— Хорошо-хорошо, — согласился я. — Давайте-ка лучше ближе к делу.

— А вот я бы послушала и про свежевание… — задумчиво произнесла Эльза, накручивая волосы на палец.

Ох. Кто бы сомневался.

С другой стороны… возможно, это решение проблемы? Хотя бы временное.

— Хорошо, — согласился я. — Тогда делимся на две группы. Револьд и Эльза идут вон туда и тихонько обсуждают свежевание; если кто-то хочет, может тоже к ним присоединиться… есть желающие?

Я обвёл взглядом притихших Тёмных, собравшихся в помещении.

Тишина. Больше желающих нет.

— Вот и отлично, — заключил я. — Тогда Револьд в том углу передаёт опыт подрастающему поколению, а мы обсуждаем текущие дела.

Удивительно, конечно. Старик Револьд громкий, и восторги свои выражает многословно… но меня изумило не это, а то, что остальные Тёмные были того же мнения.

Я ожидал, что после случившегося в шахтах Тёмные вообще не захотят иметь со мной дел — не то что признать во мне главу. Ожидал, что они захотят меня прикончить, обвиняя в случившемся. Но они меня…

…реально были рады видеть?

— Ладно, — я уселся в кресло рядом с Эрикой. — Для начала хотелось бы понять, чем вы тут занимались в эти месяцы, пока меня не было. Я имею в виду, после того, как всё произошло и вы засели здесь, в библиотеке.

Высокий лысый тип глядел на меня мрачно. Его рука методично водила бруском по лезвию большого клинка, натачивая его до идеального состояния, но это больше напоминало обсессивно-компульсивный психоз, чем подготовку к бою.

— По большей части… мы тут и торчали, глава.

— В самом начале делали вылазки, чтобы отыскать наших, — добавила девушка с зелёными волосами, лет за 20. — Тех, кому не повезло уйти сразу.

— Угу. Потом чуть не попались…

— Выяснилось, что многие готовы перейти под крылышко к Вивианне.

Я устало вздохнул.

— Ладно, но ведь Тёмные Вивианны не ходят всей толпой. Вы могли бы… ну, не знаю… прикончить хотя бы тех, что регулярно ломятся в дверь подвала общежития. Серьёзно, это же за пятьдесят метров от вас!

— Вот именно, глава, — вздохнул тип с ножиком. — Слишком близко.

— Убежище не должны были найти, так что мы стали потише…

— Тем более, там не сами люди Вивианны, а лишь наёмные шестёрки, её личные «охотники за головами». Из бывших скамщиков, работавших на нас раньше. Зато если бы мы их прикончили, сюда явились бы уже серьёзные ребята…

— Я предлагала атаковать их, — заметила девушка с зелёными волосами. — Или не их, а хоть кого-то. Но большинство было против.

— Большинство? — сощурился я. Давно ли у Тёмных демократия?

— Мы никак не могли договориться…

— Но что-то же вы делали? Вон, Эрика выбирается на поверхность, стреляет там в людей… Рисует…

— Простите, глава, — Эрика уставилась в подлокотник, минуя мой взгляд. — Там в основном по мелочи.

— Объяснись, — я скрестил руки на груди.

— Конечно, мы что-то делали, — подтвердила она. — Я, Револьд и другие выбирались… Карали шестёрок Вивианны, оставляли метки. Мы просто делали, чтобы о нас не забыли, пока мы ждём вашего возвращения, глава.

Моего возвращения?

Вот как.

— Вы так сильно верили, что это случится? — я сощурился. — Но… что, если бы я не вернулся?

Тёмные переглянулись; где-то в задних рядах послышались вздохи.

— Это бы значило, что всё слишком плохо, глава, — ответила Эрика.

Я покосился на Револьда и Эльзу, которые весело щебетали в уголке о своём, о маньяческом.

Да уж,